Вялотекущая инвестиция


Сергей ПЛЕТНЕВ

После директивного введения рыночной экономики в 1992 году в России образовался правовой вакуум, поскольку нормативные акты, необходимые для работы в новых условиях, приняты еще не были. Топливно-энергетический комплекс очень нуждался в инвестициях, так как пользование недрами стало платным, а у отечественных компаний отсутствовали средства.

Уже в 1992 году был принят Закон о недрах, в котором впервые упоминались соглашения о разделе продукции как форма организации отношений между государством и инвестором. Такая форма существовала в ряде стран и представлялась весьма привлекательной тем, что не требовала от государства никаких финансовых вложений в разработку месторождений. Пик добычи российской нефти пришелся на середину 80-х годов, а в начале 90-х без крупных вложений добыча стала стремительно падать. Тогда казалось, что без иностранных компаний нефтяная отрасль обречена на быструю стагнацию. Однако в стране царил экономический и правовой хаос, и инвестиции в Россию не шли.

Первые СРП по-своему отличались логичностью. Поскольку рубль был нестабилен и только частично конвертируем, иностранные компании хотели получить собственную долю прибыли в виде продукции, которую можно продать на мировом рынке. Еще больше их пугала правовая нестабильность. Поэтому для тех, кто отважился прийти в то время на российский рынок, пришлось искусственно создать зону стабильности.

В начале 90-х годов было подписано три соглашения о разделе продукции. В режиме СРП иностранные инвесторы приступили к разработке месторождений «Сахалин-1», «Сахалин-2» и Харьягского нефтяного месторождения в Ненецком автономном округе. Многие считают, что договора подписаны на крайне невыгодных для нашей страны условиях. Но это стало ясно только через несколько лет, когда стабилизировалась финансовая система государства и набрали силу отечественные нефтяные компании. Россия гарантировала иностранным инвесторам, что они окупят все вложения, а сама она начнет получать свою долю нефти лишь тогда, когда проект выйдет на определенный уровень рентабельности. В отношении СРП было запрещено принимать новые законы, ухудшающие данные условия.

Видимо, под влиянием этого неудачного опыта в конце 1995 года Государственная дума приняла закон «О соглашениях о разделе продукции», в котором ужесточались условия для инвесторов. В частности, инвестор потерял все льготы по налогам, предусмотренные российским законодательством, а чтобы подписать само соглашение, теперь требуется провести сложнейшие согласования. Принятие закона повлекло за собой необходимость создания целого пакета нормативных актов, что до сих пор не сделано. За семь лет после принятия документа подписано всего одно соглашение — по разработке южной части Самотлорского нефтегазоконденсатного месторождения в Ханты-Мансийском автономном округе, но и оно заморожено до урегулирования правовых вопросов.

В соответствии с законом СРП могут заключаться только по месторождениям, включенным в официально утверждаемый перечень. В основном он формируется федеральными законами. Исключение сделано лишь для участков недр с извлекаемыми запасами нефти до 25 млн т, а газа — до 250 млрд куб. м.

К настоящему времени принято 16 федеральных законов, которыми разрешено вести переговоры о заключении СРП по 33 проектам (28 нефтегазовых, четыре золоторудных и один железорудный). Но из-за разногласий в позициях министерств и ведомств по проектам, принятым после 1995 года, никаких работ не ведется.