«В душе я остался строителем»


Александр РЫЖЕНКОВ

Бизнес: Организация, Стратегия, Системы | 2002-12Нягань – один из крупных российских нефтяных центров. Он расположен в Ханты-Мансийском автономном округе и является городом окружного подчинения. В прошлом году мэром Нягани избран Александр Рыженков, инженер-строитель по специальности. Г-н Рыженков считает, что его профессиональные знания как нельзя лучше подходят для работы главой муниципалитета, испытывающего множество проблем в своем развитии.

(Беседу ведут Валентина Жукова и Александр Полянский, фото Ивана Куринного.)

— Александр Владимирович, вы ведь не коренной няганец?

— Да, я приехал в Нягань в 80-х годах из Саратовской области — по решению партийных органов. И приехал не от хорошей жизни: там у меня вышел конфликт с управляющим строительным трестом и горкомом партии. Я работал начальником ПМК этого треста и одновременно завершал второе высшее образование — на экономическом факультете заочного инженерно-строительного института в Москве.

Первое образование — я окончил Московский гидромелиоративный институт — было инженерным и касалось гидротехнического строительства. На моей малой родине, саратовском левобережье Волги, это весьма актуально. Второе же оказалось связано с экономикой: став руководителем среднего звена, я понял, что необходимо изучать принципы работы хозяйственного механизма…

Так вот, в тресте сменилось начальство, и новый руководитель потребовал, чтобы я бросил институт: учеба, мол, сильно мешает работе, к тому же диплом экономиста на моей должности абсолютно ни к чему. А поскольку первичная парторганизация поддержала меня, а не его, управляющий привлек на свою сторону горком, который и «спустил» нового руководителя к нам в трест.

Я категорически отказался «завязывать» с институтом, и пришлось уехать на Север. В городе Нягани я встретил и других руководителей, также имевших «в прошлой жизни» те или иные осложнения по партийной линии из-за своего нежелания быть как все и подчиняться неразумным приказам. На Севере для инициативных людей гораздо больше простора!

— На какой же участок вас бросила партия в Нягани?

— На тот же — строительный. Я был руководителем СУ-74 треста «Приуралнефтегазстрой». Затем с 1989 по 1993 год работал в сфере малого бизнеса в промышленно-гражданском строительстве — возглавлял одну строительную компанию. Потом стал директором Няганского филиала Западно-Сибирского коммерческого банка. А 14 января 2001 года оказался избран мэром Нягани. Причем в первом же туре — за меня проголосовало 56% горожан, принявших участие в выборах.

— Это была оценка вашей работы как строителя и банкира?

— Прежде всего, думаю, — оценка моей предвыборной программы. Кроме того, меня знали по работе в городской думе, где я был заместителем председателя.

Я говорил и говорю, что Нягань весьма перспективный город. Здесь имеется значительный промышленный потенциал, базирующийся на природных богатствах территории, в первую очередь на нефти и газе, а также на лесе и твердых ископаемых. Будущее Нягани связываю с развитием промышленного сектора, малого и среднего бизнеса. Город способен обеспечить своим жителям достойный уровень социальных благ.

Основой местной экономики в 80-х годах стала нефтяная, нефтеперерабатывающая и газоперерабатывающая отрасли промышленности. В то же время за пореформенный период производство в нефтегазовом секторе упало в несколько раз, число работающих в нефтяных компаниях также существенно сократилось. А численность населения Нягани осталась практически прежней. Было примерно 70 тыс. человек (с вахтовиками доходило до 100 тыс.), сейчас — 67 тыс. Поэтому сегодня мы должны определить реальные пути развития территории, создать многопрофильную городскую экономику.

— А каково положение Нягани среди «нефтяных» городов России?

Бизнес: Организация, Стратегия, Системы | 2002-12— По численности населения — мы на четвертом месте: после Сургута, Нижневартовска и Нефтеюганска. По объему промышленного производства — примерно на десятом.

Градообразующим предприятием в городе традиционно считалось ПО «Красноленинскнефтегаз», акционировавшееся и преобразованное в ОАО «Кондпетролеум». Добывалось в начале 90-х годов более 13 млн т нефти в год, работало свыше 14 тыс. человек. К 1998 году компания обанкротилась, добыча нефти сократилась более чем в пять раз, она упала до 2,4 млн т в год. А социальная инфраструктура осталась прежней — неразвитой, в незавершенном виде.

С 1999 года в городе работает Тюменская нефтяная компания. Ее интересы представляет дочерняя структура — «ТНК — Нягань». Увеличилась добыча нефти, правда пока до 3 млн т в год. Но даже если она возрастет до 5 млн т, это не решит проблемы социально-экономического развития города, поскольку серьезно сократилась собственная доходная база муниципального образования. Город потерял прежнюю производственную базу, а численность проживающих, как я уже сказал, практически не сократилась. Те же трудности испытывают и другие города Ханты-Мансийского АО.

Поэтому необходимо использовать имеющиеся сегодня ресурсы нефтегазового комплекса для развития других направлений экономики: лесной отрасли, кварцевых песков, диатомитов, глин и др. Надо задействовать коммуникационные возможности Нягани, ведь у нас прекрасная транспортная инфраструктура: до крупного речного порта на Оби всего 40 км, есть воздушный транспорт, железная дорога. Коммуникационно город обеспечен.

Я считаю, что у Нягани есть все шансы стать современным промышленно развитым городом. Наиболее перспективными являются лесная и лесоперерабатывающая отрасли, производство местных строительных материалов.

В лесной отрасли мы стараемся использовать то, что дано самой природой. Созданы новые технологии, позволяющие заниматься глубокой переработкой древесины, а следовательно, выпускать конкурентоспособную на западном рынке продукцию. Значительно повысилась инвестиционная привлекательность отрасли.

Те же лесосеки появились у нас здесь еще «до нефти»: Нягань начиналась в 30-х годах как поселок лесников, в 60-х ей присвоили статус города. И только в 70-х годах в округе нашли нефть — недалеко от нас находится город Урай, первое западносибирское месторождение. Няганские месторождения входят в так называемый красноленинский свод месторождений, знаменитый некогда на весь Советский Союз. Пока интенсивно развивалась нефтянка, лесное производство находилось в упадке, формировались только производственные мощности, связанные с черным золотом.

В 1986 году в городе построили газоперерабатывающий завод, а в конце 90-х — нефтеперерабатывающий: для переработки сопутствующего газа, который превращается в разного рода химические компоненты, используемые затем в производстве пластмасс и полимеров. Сейчас о развитии нефтегазового сектора остались одни воспоминания.

А лесное производство активно прогрессирует: в рамках окружной программы развития лесопромышленного комплекса Ханты-Мансийского автономного округа в I квартале 2003 года вступит в строй первый в России завод по производству многослойного шпонированного бруса — «ЛВЛ — ЮГРА». Этот брус — важнейший конструкционный материал для строительства. Продукция предприятия пойдет в значительной степени на экспорт.

— Завод муниципальный?

— Частично. Муниципалитет принял участие в проекте, передав недостроенные производственные корпуса. Финансирует его Правительство Ханты-Мансийского автономного округа совместно с инвестиционными структурами. Это предприятие будет ключевым элементом в системе комплексных мер развития лесной и лесоперерабатывающей отраслей. В связи с этим развитием мы можем прогнозировать существенный рост экономики Нягани и всего левобережья Оби.

Расчет на лесосеку — 3 млн куб. м древесины. Сегодня мы добываем максимум 150 т куб. м/год. Привлекательность данного сектора связана с тем, что лес, в отличие от нефти, имеет свойство стабильного воспроизводства.

Серьезно изучается еще одно направление — обогащение кварцевых песков. Такая продукция используется в электронной промышленности. Создана компания «Полярный кварц». Тоже, кстати, экспортное производство.

Кроме того, в городе в 1994 году начато строительство газохимического предприятия «Обьполимер», перспективы его завершения реальны. Правда, необходимо пересмотреть проект предприятия, переориентировать его на другие виды продукции газохимической отрасли. Не закрыт вопрос продолжения сооружения Няганской ГРЭС. Конечно же, остаются перспективы развития нефтяной отрасли.

Уникальность нашего города заключается в том, что при катастрофическом падении добычи нефти сегодня на его месторождениях работают сразу несколько известных нефтяных компаний. В последнее время помимо ТНК активно начали свою деятельность НК «Сургутнефтегаз», РИТЕК, НК «Арчинефть», «Сибнефть». Это обстоятельство позволяет надеяться на участие нефтяников в развитии города. В рамках решения социальных проблем своих работников крупные компании заботятся о городах, в которых они живут. Прекрасная социальная программа, например, у «Сургутнефтегаза» в Сургуте.

В пореформенные годы нефтяники практически не оказывали помощи муниципальным властям. Для этого есть причины: они стремятся оптимизировать производство, снизить себестоимость добываемой нефти и т. д. Внутренние проблемы пока не позволяют им уделять должного внимания решению социальных проблем. Значительное сокращение персонала, уменьшение доходов в доходной базе муниципального образования понизили значение нефтегазового сектора. Сейчас они направляют деньги преимущественно на воспроизводство. Однако надо отметить, что у мэрии есть серьезные подвижки по социальным вопросам в отношениях с ТНК.

— Город сегодня дотационный?

— Да. Вернее, формально — да. Консолидированный объем собираемых на территории муниципального образования налогов значительно превышает его собственные расходы. Однако в соответствии с федеральными законодательными актами перераспределение налогов между федеральным бюджетом и бюджетом субъекта Федерации превращает нас в дотационную территорию. Сегодня только 33% налогов остается в регионе — 67% забирает Федерация. Из 33% примерно 13% идет муниципалитету. Насколько это мотивирует местную власть к собираемости налогов и решению социальных вопросов, полагаю, говорить не нужно.

Не только мы, но и такие города, как Когалым и Лангепас, где состояние промышленной базы на порядок лучше, чем в Нягани, стали дотационными. При этом сам наш Ханты-Мансийский округ — донор.

Устойчиво дотационных с точки зрения консолидированного бюджета территорий просто физически не может быть. Если подобное все же случается, то нужно принимать срочные административные меры. Потребности муниципалитета должны соответствовать материальному базису — тогда не будет проблем.

— Но у нас пол-России — дотационные: как субъекты Федерации, так и муниципалитеты…

— Да, мы умудрились создать систему, при которой и муниципалитеты нищие, и субъекты Федерации, и государство в целом. У нас всего 10% территорий живут выше среднего уровня, а 90% — ниже. Потому что система построена неразумно: отсутствуют условия для нормальной экономической деятельности на местах.

Я убежден: на территории муниципального образования необходимо оставлять ровно столько доходов, сколько требуется для его устойчивого социально-экономического развития.

Финансовые основы местного самоуправления любой территорией обязаны обеспечивать население по разработанным социальным стандартам, исходя из исторических и климатических условий. Местные органы самоуправления должны иметь возможность продуктивного решения всех вопросов, связанных с жизнеобеспечением территории и населения, проживающего на ней. Сюда относятся образование, здравоохранение, охрана материнства и детства, социальные гарантии, защита личного имущества и здоровья от посягательств, реализация права на труд и другие конституционные права граждан.

На примере Нягани можно сказать, что для эффективного обеспечения в первую очередь социальных гарантий для жителей города необходимо закрепить источники доходов. Это должны быть не дотации, а законодательно закрепленные одновременно с передачей полномочий местным органам самоуправления источники получения средств из экономики муниципалитета. Если расходы города составляют 1,9 млрд руб., то налоговые поступления следует определить и законодательно закрепить в том же объеме. К сожалению, в реальности все обстоит иначе.

— Как в Нягани решается жилищная проблема?

Бизнес: Организация, Стратегия, Системы | 2002-12— Жилищное строительство для нас — очень важный вопрос. В Нягани, как и во многих других городах округа, при относительно хорошем уровне доходов сложилось тяжелое положение с обеспечением жилищными и социальными благами. Многие из тех, кто приехал даже в 80-х годах, по сей день живут в балках, в вагончиках. У них уже внуки там выросли!

Мы считаем, что государство обязано гарантировать только социальное жилье: для льготных, малоимущих категорий и т. д. Остальное жилье должно строиться за счет бюджетов развития территорий. Ведь мы декларируем стремление к формированию социально-ориентированного государства, но не социалистического.

Однако под предлогом внедрения принципов бюджетного федерализма складывается трудно-объяснимая ситуация. Постоянное перераспределение налоговых поступлений между различными уровнями власти не дает возможности местным органам самоуправления планировать собственные финансовые поступления. В прошлом году, в ноябре, мы верстали бюджет на 2002 год. Рассчитывали примерно на 150—200 млн руб. дополнительных доходов, которые предполагали использовать для строительства 30 тыс. кв. м жилья, плавательного бассейна, досуговых учреждений. А в декабре происходит перераспределение налогов, вступает в силу 25-я глава Налогового кодекса. В результате мы весь 2002 год еле-еле сводим концы с концами — ни о каком дополнительном жилье не может быть и речи.

Серьезной проблемой для города становится приток мигрантов из других регионов России и ближнего зарубежья. Вызвано это тем, что Ханты-Мансийский автономный округ является одним из субъектов Федерации, где эффективно действуют меры социальной защиты населения. Да и доходы у нас выше, чем в целом по стране.

В основном это многодетные семьи, члены которых не настроены на постоянную работу, но рассчитывают на получение социальных выплат, пособий, различного рода льгот.

— Выходцы из Средней Азии?

— Да. Едут преимущественно из Таджикистана и Казахстана. С Узбекистаном эта проблема стоит не так остро: уже довольно давно в городе создано несколько узбекских строительных подразделений.

— Для мигрантов нет работы?

— Они в массе своей не хотят работать: приехали для того, чтобы поживиться — начиная от попрошайничества и заканчивая получением любыми способами социальных льгот. Пытаются зарегистрироваться в городе, получить права горожан, обращаются в органы опеки и попечительства, чтобы получать пособия на детей и малоимущих. Каждый такой «гость» обходится Нягани в копеечку, а ведь эти деньги можно было бы направить на решение социальных вопросов.

Я надеюсь, что с принятием Закона о гражданстве удастся ликвидировать незаконную миграцию, депортировать всех, кто живет на нашей земле без достаточных правовых оснований. Законодательство должно препятствовать нелегальному въезду, создавать условия для того, чтобы на территорию не попадали люди, которые, прямо скажем, здесь не нужны. Кстати, в других бывших советских республиках давно действуют жесткие правовые нормы в области миграции.

— Сейчас принимаются решения по муниципальной реформе. Правильно ли будет сказать, что главный вопрос этой реформы — финансовый?

— Конечно. Ведь реформа заработает, только если при разграничении полномочий будут определены и закреплены финансовые источники, причем законодательно. А кроме того, необходимо установить принцип, что их нельзя менять в период рассмотрения и принятия бюджетов. Это же правило должно распространяться на энерготарифы.

Я думаю, действующую структуру органов местного самоуправления можно сохранить. На протяжении почти десяти лет мы у себя в округе ее отлаживали, отрабатывали, выверяли. Но главное — мы уверены, что в реформе должна учитываться специфика территорий.

— Как вы считаете, мэров нужно избирать или назначать?

— Если уж мы говорим о демократическом государстве, то, конечно, избирать. Обсуждать следует другие вопросы: полномочия муниципалитетов, принципы их создания. Заместитель руководителя Администрации президента РФ Дмитрий Козак, возглавляющий комиссию по разграничению полномочий, предлагает совершенно новую форму организации органов местного самоуправления. Много предложений по проекту закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» внесли Ассоциация сибирских и дальневосточных городов, Конгресс муниципальных образований и другие структуры. Существуют принципиальные различия в предмете муниципального образования — что взять за основу: поселение или район. В настоящее время действуют обе структуры местного самоуправления. К районной модели местного самоуправления, например, перешла Тюменская область в 2001 году, после избрания губернатором области Сергея Семеновича Собянина.

— А в чем принципиальная разница этих моделей?

— В первом случае муниципальное образование создается на месте поселения, во втором — состоит из нескольких поселений. Предлагаемый рабочей группой законопроект предусматривает возможность досягаемости в течение одного дня пешим способом органов власти от места проживания. Но у нас в округе расстояния между населенными пунктами измеряются сотнями километров. Для Сибири и Дальнего Востока 200—300 км между населенными пунктами — норма. Необходимо обязательно учитывать территориальные, исторические и географические особенности регионов.

— Как вы относитесь к идее не избирать мэра всем населением, а нанимать его представительным органом?

— Я считаю, это не принципиальный вопрос. Принципиально два момента. Первый: возможность отстранения мэра от должности, если он не справляется или по другим причинам, в случае злоупотребления должностным положением. И второй: его защищенность от отставки, в случае если он, выполняя требования федеральных законов, проводит не пользующиеся поддержкой избирателей действия.

Например, ваш покорный слуга сразу после вступления в должность повысил коммунальную плату с 16% от фактической стоимости коммунальных услуг до 80% — как во всем Ханты-Мансийском округе и по всей стране. Потому что у города нет ресурсов для дотирования коммунальных платежей. Разумеется, я вызвал недовольство жителей, и, если бы провели опрос, многие бы, конечно, высказались за мой отзыв. Но я сделал то, что обязан был сделать!

— Как вы оцениваете коммунальную реформу?

— Отрицательно. Жители нашего города не способны оплачивать стоимость коммунальных услуг в большем объеме. 100-процентная оплата не решает проблем содержания объектов коммунального хозяйства. Техническое состояние оборудования, сетей настолько неудовлетворительное, что требует значительно б’ольших инвестиционных ресурсов, чем платежи населения. Проведение реформы предусматривало и адекватный рост доходов россиян, но этого не произошло.

Кроме того, гражданам говорят: вы будете платить больше и соответственно получите более качественные услуги. Но что стимулирует работников коммунальных служб предоставлять такие услуги?

— Ничего.

— Вот именно. Реформа должна была состоять в том, что государство реконструирует ЖКХ, создает условия для оказания качественных услуг и только после этого требует с граждан положенную плату.

Я же просто принужден государством повышать коммунальную плату. И люди меня спрашивают: «Зачем ты тогда здесь сидишь?»

— То есть объем полномочий мэра недостаточен для решения проблем территории?

— Конечно, и это должно быть ключевым вопросом муниципальной реформы. На самом деле нужна реформа, имеющая целью повышение эффективности управления территорией.

— Насколько мы знаем, вы сейчас вновь учитесь — в Российской академии госслужбы.

— Это группа повышения квалификации руководителей муниципалитетов Ханты-Мансийского округа. Преподавательский состав очень сильный — нет никого «ниже» доктора наук. Мы много обсуждаем сложившуюся ситуацию в экономике, почему власти очень часто действуют в отрыве от реальных проблем. Пример — позиция Правительства РФ в области недропользования, воспроизводства минерально-сырьевой базы. Понятно, что проводимые им решения не позволяют говорить о рациональном пользовании природными богатствами, о развитии экономики региона.

Почему, скажем, компания «ЮКОС» тратит 4,5 млрд на покупку бензоколонок и иной инфраструктуры, а не вкладывает эти деньги в развитие России?

— ЮКОС так себя ведет потому, что в Россию невыгодно инвестировать.

Бизнес: Организация, Стратегия, Системы | 2002-12— Я согласен с вами. Наше правительство, говоря о необходимости создания инвестиционных условий в России, не спешит разрабатывать систему государственных гарантий инвесторам. Период «большого хапка» закончился. Государство осталось с границей и голодным людом, ничего в народном хозяйстве не контролируя и не регулируя. Пора наводить порядок, и сырьевой сектор должен стать предметом внимания в первую очередь.

— Кто вы больше — строитель или финансист?

— Сегодня наиболее важная задача в моей работе — финансовое обеспечение деятельности муниципалитета. И я вынужден, используя опыт финансового работника, уделять основное время этой проблеме. Безусловно, сказывается отсутствие достаточного опыта работы в должности главы муниципального образования, ведь нет еще и двух лет, как я стал мэром. Опыта не хватает и у моих заместителей, так как мы пришли все вместе. Нагрузки велики, однако спортивная закалка помогает: я долгие годы занимался тяжелой атлетикой…

Но, знаете, финансы финансами, а в душе я всегда оставался строителем — и когда работал в банке, и сейчас. Считаю, что строительство — база всех начинаний в муниципалитете и показатель его нормального развития: если город строится, значит, есть программа роста его экономики. И дети мои оказались в строительстве: старший уже работает, а младший учится в инженерно-строительном университете в Санкт-Петербурге.

Активное строительство в городе, которое, несмотря ни на что, ведется сейчас, — для меня признак успешности моей работы.

ИЗ ПРЕДЛОЖЕНИЙ АССОЦИАЦИИ СИБИРСКИХ И ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫХ ГОРОДОВ ПО МУНИЦИПАЛЬНОЙ РЕФОРМЕ

…Необходимо обратить особое внимание на следующие моменты, требующие отражения в федеральном законодательстве.

1) Разработка и утверждение системы минимальных государственных социальных стандартов.

2) Отнесение к местным налогам всех налогов на недвижимость (трех существующих или единого налога) при запрете на их частичную централизацию. Передача в местные бюджеты 100% арендной платы за пользование муниципальными землями.

3) Закрепление за местными бюджетами на постоянной основе 100% поступлений (за исключением платежей в государственные внебюджетные фонды) по налогам на совокупный доход (единому налогу на вмененный доход, единому налогу, взимаемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, единому сельскохозяйственному налогу) с расширением полномочий органов местного самоуправления по их администрированию.

4) Закрепление за местными бюджетами на постоянной основе нормативов отчислений от федеральных налогов и сборов, отнесенных в настоящее время к регулирующим доходам, не в среднем по субъекту РФ, а для каждого муниципального образования. Имеется в виду, что другая часть этих доходов остается у субъекта РФ и может использоваться для бюджетного выравнивания. Это особенно важно для налога на доходы физических лиц.

5) Установление статуса муниципального казначейства, его прав и обязанностей, порядка деятельности по учету операций по исполнению местного бюджета и взаимодействия с органами Федерального казначейства.

6) В случае установления стабильных и постоянных источников доходов местных бюджетов целесообразно вернуться к вопросу о создании муниципальных налоговых служб, особенно по налогам на недвижимость и на малый бизнес. Администрирование этих налогов может быть наиболее эффективно организовано именно на муниципальном уровне. Заинтересованность местных налоговых служб в налогах и сборах, остающихся в местном бюджете, будет гораздо выше, чем у налоговых органов Министерства Российской Федерации по налогам и сборам, которые получат возможность сконцентрировать свои усилия на более крупных налоговых источниках и налогоплательщиках.

На федеральном уровне должны быть определены основы правового статуса этих органов и их взаимоотношений с органами Министерства Российской Федерации по налогам и сборам.

7) В целях обеспечения стабильности бюджетов всех уровней, включая местные бюджеты, цены (тарифы) на услуги естественных монополий должны ежегодно утверждаться федеральным законом. Утвержденные цены (тарифы) не должны меняться в течение финансового года либо изменяются в заранее известные сроки и в размерах, которые должны быть предусмотрены в утверждаемых местных и иных бюджетах.