Выращивание банков


Сергей ПЛЕТНЕВ

Хотя со времени распада Советского Союза прошло уже более десяти лет, в России так и не смогла сформироваться эффективная банковская система. Как известно, в нормально функционирующей рыночной экономике главной целью банков является кредитование реального сектора. Система должна регулировать и направлять денежные потоки по отраслям экономики. Но из 1,3 тыс. банков, существующих в России, только единицы действительно выполняют свое прямое назначение. Остальные довольствуются разного рода финансовыми спекуляциями, чем и живут, подрывая авторитет всей банковской системы. Такое положение вещей уже давно не устраивает ни крупнейшие банки, радеющие за свой имидж, ни олигархов, нуждающихся в значительных инвестициях, ни правительство, стремящееся к экономическому росту.

На реформе российской банковской системы в первую очередь настаивают иностранцы. Международный валютный фонд, пораженный масштабами гибели наших банков после кризиса 1998 года, условием получения своих новых кредитов поставил обязательную санацию и перестройку этого сектора. МВФ можно было понять: какой смысл давать займы, если без развитой банковской системы они все равно не дойдут до предприятий. Но зарубежные кредиты не понадобились, промышленность из-за девальвационного эффекта начала понемногу оживать, а потому на время о реформе все забыли. И о том, что нормальную рыночную экономику без банковского сектора не построить, вспомнили только в начале прошлого года, когда находящейся на подъеме промышленности вдруг стало остро не хватать инвестиций.

БАНКИ, АУ!..

Отличительной особенностью российских банков является их карликовый (по мировым масштабам) размер. Достаточно сказать, что сумма активов всей российской банковской системы составляет порядка 100 млрд, в то время как одна крупнейшая мировая банковская структура Citygroup оперирует 900 млрд. Даже с учетом Сбербанка и Внешторгбанка средний собственный капитал отечественного банка — 15 млн. В результате до настоящего момента российские кредитные организации вложили в реальный сектор всего от 3 до 5% тех инвестиций, которые он получил. Капитализация всех российских банков составляет лишь 4% ВВП. А одно из серьезнейших препятствий к расширению кредитования крупных проектов связано именно с недостаточной капитализацией.

Промышленники обвиняют банкиров в том, что наращивание капиталов кредитных организации отстает от потребностей прогрессирующего реального сектора. Банки не выполняют свою главную, инвестиционную, функцию. Они не могут обеспечить экономику дешевыми кредитами и извлечь из-под подушек накопленные домохозяйками сбережения. «Финансовый рынок слабо связан с промышленным, — пишет в своей Программе реформирования банковской системы один из российских олигархов, член правления РСПП, председатель наблюдательного совета МДМ-банка Александр Мамут. — Кредиты банков на срок свыше трех лет не составляют и 10% от общего объема кредитов реальному сектору экономики при среднем сроке окупаемости нового оборудования около пяти лет. Единственными источниками экономического роста являются прибыль промышленных компаний некоторых секторов экономики и накопления граждан в Сбербанке, чего совершенно недостаточно… Банковская система по-прежнему оценивается участниками рынка как ненадежная… Это отношение чутко улавливает население».

Впрочем, банкиры довольно убедительно отвечают, что до тех пор, пока будет существовать откровенный демпинг государственных кредитных учреждений в сфере банковских услуг, ни о каком повышении капитализации не может быть и речи. Ситуация дошла до абсурда: Сбербанк и Внешторгбанк предоставляют денежные средства своим заемщикам по ставке, которая в полтора раза ниже ставки рефинансирования Банка России. Любой коммерческий в собственном смысле этого слова банк при таких условиях кредитования разорится. Правительство и ЦБ не только не борются с монополизмом государственных банков, но накачивают их бесплатными бюджетными и иными государственными средствами. Это приводит к тому, что коммерческие банки, чтобы выжить, вынуждены переходить к внеконкурентным средствам борьбы (картельные соглашения, коррупция, уход от налогов, проведение нелегитимных операций и т. п.). А в таких условиях повышение капитализации, активов и само кредитование реального сектора экономики становится совершенно ненужным.

ТРИ УРОВНЯ АЛЕКСАНДРА МАМУТА

Бизнес: Организация, Стратегия, Системы | 2002-09Пока Центробанк под руководством Виктора Геращенко неспешно, как и полагается этому солидному учреждению, создавал свою стратегию развития банковского сектора и утверждал ее в различных властных инстанциях, Российский союз промышленников и предпринимателей (а точнее, руководитель МДМ-банка Александр Мамут и президент Альфа-банка Петр Авен) разработал свою стратегию. В отличие от документа Центробанка, насчитывающего сотни страниц, стратегия этих банкиров уместилась всего на четырех и в принципе представляла собой просто набор положений, которых нужно было достичь в течение определенного времени.

Коротко, основные предложения бюро РСПП по банковской реформе выглядели так:

  • банковская система должна стать основным источником инвестиций в производственный сектор;
  • систему банковского надзора необходимо реформировать;
  • банковская система должна быть не двухуровневой, как сейчас, а многоуровневой: в отдельные категории надо выделить специализированные государственные банки, частные банки федерального и регионального уровней;
  • следует ужесточить требования к банкам с генеральной лицензией, поэтапно повысив для них минимальный норматив собственного капитала до 3 млрд руб.

За этими предложениями стояла целая революция в банковском секторе. Особенно выделялись два последних пункта. В действительности Мамут предлагал создать трехуровневую систему: ЦБ — коммерческие банки — региональные банки. Те банки, которые обладают капиталом свыше 100 млн (впоследствии планка опустилась до 50 млн), могли получить генеральную лицензию и действовать на всей территории страны и за рубежом, проводя полный комплекс банковских операций. Если капитал не дотягивал до установленной величины, банк имел право осуществлять лишь определенные виды операций и действовать только в своем регионе. За этими предложениями совершенно очевидно «торчали уши» крупных олигархов: при данных условиях генлицензии могли получить всего 10—15 крупных банков, а более мелкие должны были или объединяться, или становиться филиалами своих более крупных собратьев. По мнению авторов документа, таким образом удастся добиться увеличения капитализации системы и укрупнения кредитных организаций. Реально же это означало, что для десятка-другого крупных банков расчищается поле деятельности. Далее процесс нетрудно было предсказать: привилегированные банки начинали работать с бюджетными средствами, аккумулировать в себе деньги государственных структур, скупать на них более мелкие кредитные учреждения, делить страну на сферы влияния со всеми вытекающими отсюда последствиями. Против программы Мамута — Авена выступили Виктор Геращенко, правительство и мелкие банки. Конечно, сами авторы наверняка знали, что их документ за основу не возьмут, но, тем не менее, надеялись, что при подготовке «Совместной стратегии Банка России и Правительства РФ о развитии банковского сектора» некоторые идеи при определенных лоббистских усилиях все же учтут. Впоследствии так оно и случилось.

ПО ПУТИ ЭВОЛЮЦИИ

Бизнес: Организация, Стратегия, Системы | 2002-09В отличие от предпринимателей Центробанк и правительство придерживались не революционного, а эволюционного пути. Виктор Геращенко в письме вице-премьеру Алексею Кудрину подробно раскритиковал все пункты плана Мамута — Авена. Критика сводилась к следующему. Нигде в мире не существует такой трехуровневой системы, подрезающей конкуренцию на корню. Банковский капитал не рассматривается авторами предложений как основной для инвестиций, в то время как его инвестиционная привлекательность является стратегической. Переход на международные стандарты отчетности в России запланирован даже на год раньше, чем в ЕС, а надзорные функции ЦБ урезать никак нельзя, поскольку это грозит системным банковским кризисом. Также Геращенко считал порочным сам принцип деления кредитных учреждений по величине собственного капитала, поскольку тогда с банковского рынка могут быть выведены и вполне финансово устойчивые структуры.

Нет ничего удивительного, что 6 декабря 2001 года премьер-министр Касьянов подписал стратегию развития банковского сектора, подготовленную именно Геращенко. Ее основные пункты таковы:

  • переход банковской системы, как и экономики в целом, на международные стандарты финансовой отчетности (МСФО) с 1 января 2004 года;
  • создание механизма гарантирования вкладов и цивилизованной ликвидации обанкротившихся банков;
  • повышение капитализации жизнеспособных банков;
  • стимулирование процессов консолидации и сокращение количества функционирующих коммерческих банков;
  • создание механизма содержательного (а не формального) контроля над операциями банков;
  • выход Центробанка из капиталов ВТБ и Сбербанка.

В принятый документ были внесены поправки (явно заимствованные из плана Мамута), в соответствии с которыми с 2005 года Центробанк будет обязан отзывать лицензии у банков с капиталом менее 5 млн евро, если показатель достаточности капитала упадет у них ниже 10% (сейчас аналогичные санкции применяются, если этот показатель меньше 2%). В соответствии с Законом о ЦБ «нормативы достаточности капитала определяются как предельное соотношение общей суммы собственных средств кредитной организации и суммы ее активов, взвешенных по уровню риска». Иначе говоря, речь идет о том, насколько ликвидность активов банка соответствует их объему.

С 2007 года норму достаточности капитала и соответствующие меры воздействия предполагается распространить на все банки независимо от величины их капитала. В принципе при таком подходе величина капитала не будет иметь решающего значения для существования банка, поскольку даже Сбербанк иногда нарушает выдвинутые требования.

Система гарантирования вкладов населения пока не создана, но ее проработка идет. Планируется в течение года-двух принять соответствующий закон. Далее предполагается отмена норм Гражданского кодекса, касающихся права вкладчиков на досрочный отзыв вклада, — мера необходимая, но не эпохальная. Как только она будет запущена, согласно стратегии, Центробанк должен выйти из капитала Сбербанка, поскольку сейчас происходит конфликт интересов: ЦБ занимается созданием правил игры для коммерческих банков, но в то же время сам имеет доли в Сбербанке и Внешторгбанке. Пока неясно, каким образом будет происходить и массовая ликвидация обанкротившихся кредитных учреждений. Есть предложение ряда банкиров создать из них небанковские кредитные организации, но технически это очень сложно осуществить, поскольку нужно в каждом случае договариваться с акционерами данных структур. Таким образом, стратегия содержит не конкретные параметры, на которые банковской системе необходимо ориентироваться и которые она обязана достичь через пять — десять лет, а скорее определяет правила игры. Практически ничего не изменилось и с уходом Виктора Геращенко с поста руководителя ЦБ. Сергей Игнатьев при вступлении в должность заявил, что намерен проводить реформу в полном соответствии с намеченной стратегией.

Несмотря на то что стратегия уже подписана премьер-министром, она может еще сильно измениться. Если весь прошлый год ее готовил Центробанк, то сейчас ею занимается Госсовет. Документ должен подписать Владимир Путин, а он ждет заключения этого совещательного органа.

Правда, губернаторы не торопятся. Первое заседание рабочей группы по данному вопросу прошло 23 апреля и ничем не закончилось. Столь же безрезультатно завершилось и заседание 14 мая, впрочем, на нем было принято решение разработать свой вариант стратегии.

Этот документ должен поступить к президенту в конце августа — начале сентября. Скорее всего, тогда снова начнутся различные согласования, теперь уже между правительством и Госсоветом. Так что еще большой вопрос — стартует ли реформа, стратегию которой разрабатывают уже почти два года, в следующем году.