Продовольственные опасности


Сергей ПЛЕТНЕВ


Поистине, сельское хозяйство — уникальная в нашей экономике отрасль. Во времена советской власти при огромных государственных дотациях оно оказалось не в состоянии обеспечить постоянно растущие потребности населения, и изобилие колбас на прилавках зарубежных магазинов даже являлось, как утверждают, причиной обмороков наиболее впечатлительных сограждан. После принудительного введения в России рыночной экономики наш АПК, казалось, просто умер, поскольку доля импорта продуктов питания в крупных городах доходила до 70—80%.

Оживил производство в стране только августовский дефолт. И, как ни странно, из большого числа отраслей-«покойников» именно аграрная оказалась наиболее активной, продемонстрировала самый высокий рост производства за последние годы, хотя, в отличие от сырьевых отраслей, экспортировала очень небольшую часть своей продукции. При этом сельское хозяйство пошло совсем не по тому пути, который для него намечали организаторы реформ в начале 90-х годов. Фермерство не прижилось в нашей стране, зато начали формироваться крупные холдинги с участием промышленного капитала. Уникальность нашего АПК заключается еще и в том, что именно ему и больше никакой другой отрасли все без исключения эксперты сулят наиболее радужные перспективы развития с такими выходами на мировой рынок, какие не снились даже благополучной царской России.

РАСТЕМ…

С 1999 по 2001 год рост российского сельского хозяйства составил около 26%. В 2000 году оно впервые за годы реформ стало рентабельной отраслью и сегодня остается лидером отечественной промышленности. Если общий рост экономики оценивается в 3—4%, то АПК смело прогнозирует все 8%. Причем, как указывают эксперты, девальвационный эффект уже исчерпан, рост поддерживается другими факторами.

Таких факторов отмечают четыре.

  1. Рост реальных доходов населения. В ближайшей и отдаленной перспективе эластичность спроса на продовольствие по доходам останется весьма высокой, так что не менее половины прироста реальных доходов населения (если этот рост, конечно, будет иметь место) станет расходоваться именно на покупку продуктов питания.
  2. Благоприятное соотношение цен на средства производства и сельскохозяйственную продукцию. После девальвации рост цен на продукты пока опережает рост цен на технику, удобрения, горючее и др.
  3. Продолжение роста спроса на сельскохозяйственное сырье со стороны крупных новых и модернизированных пищевых комбинатов. За последние годы в эту отрасль были вложены крупные отечественные и иностранные инвестиции.
  4. Приход в сельское хозяйство новых менеджеров из крупных промышленных групп, которые принесли с собой инвестиции и новую организацию труда на созданных предприятиях.

Таким образом, в отечественном АПК существуют довольно устойчивые тенденции для дальнейшего развития, которые в небольшой степени зависят от каких-то нефундаментальных экономических колебаний. Именно это и дает основание специалистам рисовать радужные перспективы данного сектора экономики. Правда, прогнозы ограничиваются, в лучшем случае, 2010 годом, поскольку совершенно неясно, на каких условиях России удастся вступить в ВТО и соответственно каким образом все это отразится на сельском хозяйстве. Пока же российский АПК, а вместе с ним и правительство, и Госдума, и Совет Федерации начинают самую настоящую войну за обеспечение продовольственной безопасности государства как внутри страны, так и за ее пределами.

БИТВА С УРОЖАЕМ

Как считают ученые и специалисты, Россия уже в ближайшем будущем вполне способна производить около 130 млн т зерна в год. Причем цифра выглядит почти нереальной только с точки зрения сегодняшней ситуации. Например, в последней советской пятилетке (1986—1990 годы) средний урожай зерновых в России составил 104,3 млн т. Самый большой урожай в истории страны был отмечен в 1990 году, он составил 116,7 млн т. В прошлом году в АПК собрали очень хороший по нынешним меркам урожай — 85,2 млн т. И сразу в сельскохозяйственной сфере стали очевидны серьезные проблемы, которые не сумели решить заранее (и, скорее всего, даже не предвидели) ни новые сельскохозяйственные капиталисты, ни руководители отрасли.

Избыток зерна вызвал сильное падение цен на него, в результате чего предприятиям после продажи урожая стало нелегко рассчитаться по полученным кредитам. Министерство сельского хозяйства и продовольствия было вынуждено даже провести интервенцию на рынке, используя для этого 2 млрд руб., выделенных из бюджета, но сделало это слишком поздно, и интервенция не дала положительных результатов. В подобных случаях поможет экспорт зерна за границу, причем как раз в 2002 году ситуация на мировых рынках сложилась как нельзя лучше: в Европе, наоборот, случился неурожай. Но наша инфраструктура оказалась мало приспособлена для экспорта зерна, особенно в европейском направлении. Не хватало хранилищ, не было крупных зерновых терминалов в портах, не отработаны экспортные схемы. И если, по оценкам специалистов, в текущем году Россия могла бы экспортировать 5—6 млн т зерна, то реально производители вывезли всего 2—3 млн. Инициативу перехватила Украина. Условия транспортировки зерновых из этой страны в Европу оказались гораздо лучше.

В силу диспропорций в АПК не удалось решить проблему, перенаправив фуражное зерно на нужды животноводства, ситуация с которым продолжает оставаться непростой. Сложилась парадоксальная ситуация: есть хороший внутренний рынок сбыта в сфере животноводства, но продавать туда зерно просто невыгодно. Мясное животноводство у нас слабо развито из-за того, что в страну поступает большое количество дешевого европейского мяса, в частности американской курятины. Иностранная продукция дешевая, так как дотируется соответствующими правительствами. В результате того, что мы не можем поднять животноводство, Россия оказалась перед угрозой хронического кризиса перепроизводства зерна, поскольку никто не сомневается: урожаи в дальнейшем будут расти. И одновременно мы вынуждены тратить миллиарды долларов на покупку иностранного мяса, хотя и более дешевого, но гораздо худшего по качеству, чем отечественное. Чтобы разорвать замкнутый круг, Россия намерена вступить в законодательную войну с Европой и США.

НА ЗАПАДНОМ НАПРАВЛЕНИИ

То, как в развитых странах защищают своего сельхозпроизводителя, вызывает у наших агропромышленных лоббистов неприкрытое чувство зависти. Государственная поддержка в этих странах в пересчете на гектар пашни составляет 300—400 (у нас только 10—15). Там не стесняются открыто использовать не слишком рыночные меры ограничения импорта и политического давления. Так, во время войны с «ножками Буша» американский президент несколько раз лично звонил Владимиру Путину, убеждая его поскорее решить все острые вопросы.

Убедившись, что импорт дешевого зерна из Украины и России угрожает европейским фермерам, Европейская комиссия трижды в течение месяца повышала импортную пошлину на зерно и за это же время разработала и ввела в действие новый механизм квотирования зерновых поставок в ЕС. У нас же, как сообщил на одной из научных конференций бывший экс-министр сельского хозяйства и нынешний зампред комитета по предпринимательству Виктор Семенов, чтобы только один раз пересмотреть пошлины, необходимо как минимум полгода и значительные лоббистские усилия всех заинтересованных лиц. Как бы это ни показалось странным, но по отношению к иностранной продукции в России еще ни разу не применялся, к примеру, механизм заградительных пошлин или элементарное квотирование импорта, широко используемое в международной торговле. Более того, у нас нет даже законодательства, которое позволяло бы поступать подобным образом. Сложилась ситуация, когда дешевое иностранное продовольствие, которое субсидируется западными государствами, тормозит развитие нашего агропромышленного комплекса. Депутаты (и это довольно редкий случай, когда и правые, и левые силы в Государственной думе действуют в одном направлении) решили законодательными мерами ограничить импорт, разработав специальные законы. В первоочередном порядке они будут касаться импорта молока, сахара, мяса птицы и некоторых других продуктов.

И чиновники Минсельхоза, и парламентарии хорошо понимают, что такие меры практически означают новый виток торговых войн с развитыми странами, поскольку именно сельское хозяйство является самой защищенной из всех отраслей экономик этих стран. Вместе с тем Россия, несмотря на подъем производства, все еще не способна прокормить себя сама.

Сегодня уровень импорта в крупных городах составляет около 50%, и страна тратит почти 10 млрд ежегодно на покупку зарубежного продовольствия. Особенно Россия зависит от импорта мяса, сахара, подсолнечного масла, фруктов. Вот почему на всех уровнях власти так популярна тема продовольственной безопасности.

Но здесь тоже есть определенное противоречие. Как оказалось, чтобы достичь такой безопасности, необходимо вступить в торговую войну, отбить нападение и завоевать новые рынки сбыта для своей продукции. Но как показал пример с запретом импорта американской курятины, это будет очень непросто сделать.

КРУГОВАЯ ОБОРОНА

Уже в самое ближайшее время Россия вступит во Всемирную торговую организацию. Интересно, что среди экспертов существуют прямо противоположные мнения, каким образом это отразится на отечественном сельском хозяйстве. На переговорах наша страна стремится зарезервировать себе уровень государственной поддержки сельского хозяйства в размере 16 млрд, хотя сегодня он равен всего 700 млн. Следовательно, пункт о государственной поддержке не считается острым. Гораздо больше зависит от уровня импортных тарифов. Он у нас сейчас один из самых низких в мире, по продовольственным товарам составляет около 15%, что означает практически полностью открытый рынок. Для примера, в Китае этот показатель превышает 40%, а в странах ЕС — 200—300%.

И этот низкий тариф нам предлагают снизить еще! Естественно, подобный шаг повлечет за собой рост импорта практически со всех направлений. Но в экономике все взаимосвязано. Правительство может параллельно проводить политику «слабого рубля», чтобы поддержать отечественный экспорт. Таким образом, значение импортных тарифов снизится.

Еще одной проблемой является то, что страны ВТО требуют приведения в соответствие с мировыми цен на энергоносители, удобрения и другое оборудование. Сейчас себестоимость производства российского продовольствия является самой низкой в мире, но если в будущем цены повысятся, то все может кардинально измениться. Пока очевидно, что наиболее сильный удар придется по мясному сектору, который мы вполне можем потерять.

Сегодня, пожалуй, главная проблема для российского АПК при вступлении в ВТО состоит в том, что у него не существует более или менее долгосрочной программы развития, где были бы представлены главные приоритеты, поддерживаемые правительством. Нет понимания того, какие сферы производства в АПК могут стать безусловно экспортно-ориентированными. Среди специалистов нет единого мнения, что же является приоритетным для развития отечественного АПК.

Поэтому при общем положительном фоне, которым сейчас характеризуется ситуация в сельском хозяйстве, все же звучат мнения, что рост может и затормозиться. Основным врагом нашего крестьянина сейчас является неопределенность дальнейшего пути развития аграрного сектора.