«Мечтаю построить на родине сервантеса православную церковь»


Валерий ЕПОНЕШНИКОВ:

С 8 по 10 февраля сего года в Москве в спорткомплексе «Олимпийский» проходила 1/8 финала Кубка Дэвиса по теннису. В ходе этого турнира мы взяли интервью у вице-президента Всероссийской теннисной ассоциации Валерия Викторовича Епонешникова.

— В ассоциации Вы отвечаете за развитие детского и юношеского спорта. Можете ли Вы прокомментировать недавние решения Госсовета России по развитию физкультуры и спорта в стране?

— Сам факт того, что высшее руководство страны проявляет внимание к состоянию физкультуры и спорта, здоровья нации, безусловно, знаменателен. Мы надеемся, что это внимание будет постоянным. Члены Совета по спорту при президенте страны, а в их число войдут известные спортсмены и энтузиасты физкультурного движения, призваны всемерно способствовать этому. В то же время как человек с определенным жизненным и коммерческим опытом я вижу, что самую острую проблему — имею в виду финансирование — Госсовет не решил. Прозвучало предложение построить тысячу спортивных комплексов стоимостью по 30 млн руб. каждый. Красивая, но практически невыполнимая задача.

В советские времена был такой анекдот. Оратор провозглашает с трибуны съезда, что в такой-то пятилетке в каждой советской семье будет телевизор, в следующей — автомашина, а там, смотришь, и вертолет. Из зала спрашивают, зачем, мол, вертолет? «А как же, — отвечает оратор, — допустим, в Москве пропала колбаса, а в Ленинграде она еще есть…»

К чему я это говорю? Посмотрите, сколько сейчас стоят в магазине футбольный мяч, баскетбольное кольцо, хоккейная клюшка, велосипед, спортивный костюм. Сравните эти цены с уровнем зарплат и пенсий людей. Вот где горькая правда.

Родители не могут обеспечить своих детей элементарными вещами. Оздоровление нации нужно начинать с того, что в каждом дворе должен быть установлен турник, стол под навесом для пинг-понга, отремонтировано баскетбольное кольцо, зимой залит и освещен каток, вывешены грамоты за спортивные успехи.

Посчитайте, сколько в стране спортзалов при школах, детских домах, техникумах, вузах. Тысячи. А как они оборудованы, загружены? Слабо. Я бы начал с них.

Надо обеспечить кондиционирование или хотя бы хорошую вентиляцию, отопление, освещение, построить душевые, раздевалки, оснастить залы тренажерами, инвентарем, диагностической аппаратурой, привлечь хороших тренеров и педагогов на коммерческой основе. Необходимо найти средства для поощрения внешкольной работы учителей физкультуры — задача, практически выполнимая уже сегодня и гораздо более реальная, чем планирование междупланетных турниров».

Летом 2001 года тогдашний президент Международного олимпийского комитета маркиз Хуан Антонио Самаранч участвовал в торжественной закладке на территории московского стадиона «Октябрь» первого камня в основание будущего универсального спортивного зала. В январе нынешнего года г-н Самаранч принял меня у себя в офисе в Барселоне и, в частности, поинтересовался судьбой этого проекта. Пришлось отвечать уклончиво. Дело в том, что, несмотря на активную поддержку префекта Северо-Западного округа Москвы Виктора Козлова и руководства города, согласование документации идет очень медленно. Что же тогда говорить о строительстве тысячи залов по всей России!

— Вы один из немногих спортивных деятелей, с которыми Хуан Антонио Самаранч общался почти каждый свой приезд в Москву? Чем это можно объяснить?

— Г-н Самаранч приезжал не ко мне, а к воспитанникам Международной детской академии тенниса, которую я в свое время помог организовать. Она носит его имя. В академии занимается более 300 детей, и многие из них скоро пополнят ряды звезд отечественного и, я надеюсь, мирового тенниса. Дети пишут Самаранчу письма, шлют свои фотографии. Это эмоциональная привязанность. Мои заслуги здесь не так уж и велики.

Главная, пожалуй, — что к строительству комплекса мне удалось привлечь иностранного инвестора. Созданы хорошие условия для занятий, тренировок и отдыха детей. В академии трудятся высокопрофессиональные тренеры и педагоги.

Детский теннис в России развивается динамично: в прошлом, 2001 году в различных соревнованиях для детей до 14 лет участвовало около 3916 мальчиков и девочек. По оценке Международной федерации тенниса, Россия уже четыре года лидирует в мире по темпам развития этого вида спорта.

Кубок Кремля пять лет из семи признается лучшим по организации среди турниров Международной профессиональной ассоциации теннисистов. А это одно из немногих значимых для имиджа страны событий спортивного календаря.

Пока мало кто знает, что параллельно с Кубком Кремля для профессионалов мы проводим юношеский турнир на Кубок Кремля на кортах академии. Создаются филиалы нашей академии в других городах России.

Мы планируем построить филиал в Испании, чтобы использовать ее климатические преимущества для круглогодичных тренировок на открытых кортах. Хотелось бы иметь бассейн, футбольное поле. Поскольку речь идет о детях, то для непрерывности образовательного процесса в комплекс должны войти российско-испанская общеобразовательная школа, центр искусств, библиотека, общежитие или гостиница, может быть, даже живой уголок или мини-зоосад. В зимнее время билеты в Испанию недороги, гостиницы пустуют, а температура воздуха 14—18° С позволит оздоравливать детей из российской заснеженной глубинки. Самаранч как бизнесмен, надеюсь, будет нашим партнером.

— Вы бывший спортсмен, занимались бизнесом, руководите спортивной организацией. Всем известно, что у нас, мягко говоря, неоднозначно оценивают роль спортсменов в бизнесе. Вам лично не приходилось сталкиваться с подобным отношением?

— Я своей биографии не стыжусь и ретушировать ее не стану. Я воспитывался в детском доме и научился защищать себя сам. Многие спортсмены вышли из мальчишек-забияк.

В СССР являться спортсменом было почетно. Значок мастера спорта оказывался «круче», чем многие государственные медали.

Спорт выступал в качестве политического оружия. Победить брата-болгарина или кубинца — это был просто спортивный успех, а нокаутировать американца или положить на лопатки западного немца — торжество идей социализма над капитализмом. Спортсмены являлись элитой, которой доверяли пересекать «железный занавес» туда и обратно, да еще с «колониальным товаром» и сертификатами Внешпосылторга.

Когда занавес рухнул, развалилась страна, ради торжества флага и гимна которой спортсмены рвали себе жилы, многие из них остались на улице. И улица же многих толкнула в ряды криминальных сообществ. Многих, но далеко не всех. А что, среди преступников мало бывших милиционеров, военных?

В моей судьбе огромную роль сыграл первый тренер и наставник Иван Владимирович Летвинцев. Ветеран Великой Отечественной войны, кавалер двух орденов Славы, полковой разведчик, он был непререкаемым авторитетом для нас, воспитанников детдома, и не только в спорте, но и в формировании взглядов на жизнь. Конечно, мои детство и юность прошли в другом мире. Сегодняшних подростков испытывает на прочность иная улица — улица шикарных витрин и дорогих автомобилей, с агрессивной рекламой и безразличием общества.

Виданное ли дело, чтобы Лубянская площадь была одним из мест, где круглосуточно и почти открыто детям продают наркотики? Можно ли представить себе во времена СССР шеренги проституток вдоль Ленинградского шоссе, стаи беспризорников на московских вокзалах?

Жизнь переменилась. Вчерашние спортсмены, часто сильные и отважные люди, не всегда в состоянии найти себе применение. Общество должно привлекать их силу на свою сторону. Многие из них могут быть педагогами и воспитателями, тренерами. Ведь в современных школах и детских домах 99% преподавателей — женщины, и как в неполных семьях хорошо воспитать ребенка очень непросто, так и от такой школы сложно ожидать полноценных воспитанников.

— Упомянутый Вами проект в Испании — это коммерческий расчет или благотворительная акция? Если благотворительная, то почему не на родине, а за границей?

— Когда мы летом 2001 года в Москве, а в январе нынешнего года в Барселоне встречались с министром спорта провинции Каталония г-ном Давидом Монером, он четко высказался о строительстве такого центра именно как коммерческого и самоокупаемого. Каталония — один из признанных центров туризма в мире. Из нее в другие страны Европы ведут первоклассные автомобильные трассы и железные дороги, а аэропорт Барселоны связывает Испанию с десятками государств.

В то же время спортивный туризм в Испании еще не достиг желаемого уровня. Г-н Монер выразил уверенность, что российско-испанский центр будет популярен у многих спортивных федераций европейских, латиноамериканских, арабских стран в качестве места проведения сборов и совместных тренировок с сильными российскими командами и отдельными спортсменами.

Обычный туризм в Испании носит сугубо сезонный характер, спортивный же туризм — внесезонный. У нас, там, где еще остались спортивные объекты достаточно высокого класса, почти невозможно провести сборы или дружеские соревнования с участием сильных иностранных спортсменов. Они к нам не едут, так как наш климат суров и для летних видов спорта сезон ограничен. Мы начинаем чемпионат России по футболу в весеннем снегу и завершаем его в снегу, но уже осеннем. Поэтому нашей стране выгодно иметь спортивное «окно в Европу».

При правильной организации российско-испанский спортивно-культурный центр обязательно будет прибыльным. Мы приглашаем отечественных инвесторов и предпринимателей к сотрудничеству. А российские туристические фирмы и спортивные федерации — к совместной работе над проектом. Наши спортсмены и туристы, тренируясь и отдыхая за рубежом, будут приносить деньги в российскую казну.

И еще я мечтаю построить на родине Сервантеса рядом с российско-испанским спортивным центром православную церковь. В здоровом теле должен быть здоровый дух.

Хуан Антонио Самаранч и Валерий Епонешников