«Растут инвестиции острова Кипр»


Михаил ЛЕОНТЬЕВ:

Экономический рост в России вызывает серьезное беспокойство. Осенью прошлого года он замедлился на 1-2%. Экономисты спорят о том, что происходит. Михаил Леонтьев высказал главному редактору журнала Александру ПОЛЯНСКОМУ свою точку зрения.

Вопреки пессимистичным прогнозам, я считаю, что рост в экономике продолжается. Несмотря на неадекватную экономическую политику.

Нет ничего удивительного в том, что он все-таки замедлился — по всем экономическим правилам вообще должна была быть депрессия! Потому что в финансовой политике совершались грубые ошибки. Увы, должных выводов из краха 1998 года власть не сделала.

До августовского кризиса, напомню, проводилась политика «финансовой стабилизации» и искусственного поддержания национальной валюты. Фиксацию курса валюты еще можно понять, если она используется в качестве тактического хода при игре государства на финансовом рынке. Но Россия — тот еще игрок на валютной бирже… Поэтому поддержание национальной валюты на уровне 6 руб. 10 коп. за доллар было не чем иным, как подхалимажем перед населением, популистской мерой.

Реформаторы называют себя либералами, но действовали они как самые настоящие социалисты и популисты. К тому же их шаги означали масштабное финансирование экономик зарубежных стран. В Турции, Финляндии, например, даже возникли целые секторы экономики, ориентированные на российский рынок.

Эта политика закончилась вынужденной многократной девальвацией национальной валюты, которая была чрезвычайно болезненна, но в конечном счете мощно стимулировала национальное производство и экспорт. В результате западные импортеры стали строить заводы в России — в пищевой и легкой промышленности этот процесс оказался массовым. Поднялись и российские производители — в той же пищевой и легкой промышленности, в машиностроении.

Но новое поддержание неестественного курса рубля, не в таких масштабах, как до краха, но все же проводившееся Центробанком в последние годы, привело к замедлению роста. И это замедление не смогли остановить даже заказы экспорториентированных отраслей, в которых на почве высоких цен на наше сырье происходило расширение производства.

Более того, высокие экспортные доходы привели к «голландской болезни»: наплыв нефтедолларов означал эмиссию «привязанного» к ним рубля и формирование мощного инфляционного фактора; удорожание же всего и вся давило на национальное производство.

Замедление роста было связано также с тем, что налоговая реформа продвигалась не шагами, а шажками. В прошлый раз я уже говорил, что, перепрыгивая через пропасть, нельзя бояться прыгнуть слишком далеко (см. комментарий г-на Леонтьева в № 1/2002. — Ред.). То есть налоги нужно снижать не чуть-чуть, а до такого уровня, при котором их будут платить. Этого все никак не могут понять в правительстве — или не хотят понимать.

Конечно, государство боится потерять источники доходов для финансирования обороны и социальной сферы. Но для этого лучше всего было бы использовать природную ренту, подаренную в годы приватизации сырьевым компаниям. То решение я не осуждаю — в условиях развала государства все брали «столько независимости, сколько могли». Но сейчас, когда мы постепенно восстанавливаем государственные институты, нужно ставить вопрос и о реприватизации природной ренты в сырьевых отраслях, которая позволила бы обеспечить бюджету стабильное поступление доходов для действительно радикальной налоговой реформы.

Рост не может сохраняться, если не поддерживать его предпосылки, прежде всего импортозамещение. У нас же импортозамещение постепенно вновь стало сменяться экспортозамещением. И таким образом политика последнего времени означала финансирование потребления иностранных товаров.

Экономическая политика (и денежное регулирование, и фискальная) сейчас мало-помалу пересматривается. Потому что вполне реальной стала опасность «потерять» рост. И некоторое «отпускание» рубля в конце прошлого года явилось глотком свежего воздуха для наших производителей; весьма позитивно также решение не «задирать» тарифы естественных монополий выше инфляции. Этого всего, конечно, недостаточно.

Но так или иначе, рост в российской экономике продолжается — расширяется внутренний спрос, а инвестиционный рост превышает рост ВВП, что свидетельствует о положительных ожиданиях хозяйствующих субъектов. Больше инвестируют в основной капитал, больше реинвестируют, увеличился обратный приток капитала — «иностранные» инвестиции с острова Кипр. Именно возврат собственного вывезенного капитала из этой и других офшорных зон и есть те вложения, за которые нам нужно бороться в первую очередь.