Капитальный подход

Три года назад резко упавший курс рубля прервал десятилетний застой и открыл дорогу крупному капиталу в промышленность Тверской области. В 2000 году инвестиции в основной капитал местных компаний составили 8,7 миллиардов рублей против 5,1 миллиардов
в 1999 году.

И хотя в основном это были вложения самих предприятий, 26 процентов составили внешние инвестиции. Начался очередной этап передела собственности.

Пока процесс передачи контрольных пакетов акций предприятий области носит избирательный характер. Однако тверская элита уже заговорила о том, что он готов перерасти в массовый. Дело в том, что за процессами передачи собственности зачастую прячутся «серые» технологии «расчистки» счетов. То есть предприятия фактически «кидают» кредиторов, оставаясь при этом чистыми перед законом.

КОМБИНАТОРЫ

Сейчас в регионе 80% предприятий обладают признаками банкротства. Налоговые органы периодически составляют списки крупнейших должников, во властных структурах создаются разного рода комитеты. Одно время здесь даже действовала комиссия под грозным названием ВЧК. Однако, как показала практика, наиболее эффективными оказались именно «серые» технологии.

Счета «расчищают» двумя способами — через процедуру банкротства и через реструктуризацию.

Первым путем пошли предприятия химической промышленности, в частности «Тверьхимволокно-Вискоза» — одно из крупнейших в регионе. На площадке этого предприятия была организована новая структура под названием «Тверской завод вискозных нитей». Почти все ликвидное имущество старого завода было передано в качестве взноса в его уставный фонд, а остатки — проданы. Вырученные деньги розданы кредиторам, однако их хватило лишь на погашение текущих платежей.

Таким образом, «Тверской завод вискозных нитей» начал работать с чистым счетом, а на старом предприятии «повисли» миллионные долги, вернуть которые у кредиторов теперь шансов нет.

Новый завод вскоре оказался в центре крупного скандала.

На пакет его акций претендовали два концерна — «Виско-холдинг» и «Сибур» («Сибирско-уральская нефтегазохимическая компания»).

Дело в том, что «Тверской завод вискозных нитей» является частью комплекса «Тверское химволокно», который «Сибур» хотел заполучить полностью (пока ему принадлежит лишь одно из четырех предприятий комплекса — «Сибур-ПЭТФ»). Однако завод практически увели у «Сибура» из-под носа.

Временный управляющий заручился гарантиями администрации Тверской области в виде соглашения, подписанного местными властями и «Виско-холдингом». Против соглашения тут же выступило Тверское антимонопольное управление, обвинившее власти в нарушении Закона о конкуренции. Однако дело быстро замяли, а акции все-таки продали «Виско-холдингу».

По другому пути пошел Тверской экскаваторный завод. Здесь от долгов избавлялись в рамках реструктуризации.

На площадке завода организовали новое предприятие под названием «Тверской экскаватор» — с чистым счетом. Перевели туда все ликвидное имущество и работников. Контрольный пакет акций продали «МДМ-банку».

На старом заводе остались долги, но даже в случае его банкротства производство ничего не потеряет. Ведь все оборудование сосредоточено теперь на новом предприятии.

СТАБИЛЬНЫЕ ПРЕДПРИЯТИЯ

Впрочем, не все предприятия региона нуждаются в подобных операциях. Некоторые работают вполне стабильно.

За счет вытеснения импорта увеличили обороты компании, ориентированные на внутренний рынок. Например, местный монстр тяжелого машиностроения, Тверской вагоностроительный завод, начал получать заказы Министерства путей сообщения, которому стало слишком накладно покупать импортные вагоны. В результате впервые за все годы реформ на заводе появилась положительная динамика. Увеличился объем работ, образовались свободные деньги, и это позволило ему вернуть кузнечно-прессовое производство, в свое время выделившееся в отдельную компанию.

Неплохо себя чувствуют и предприятия пищевой, текстильной и полиграфической промышленности, которые предпочитают развивать бизнес за счет собственных средств. Хотя и здесь не обходится без разного рода уловок.

Например, два лидера тверской ликеро-водочной промышленности — «Вереск» и «Алвист» — сделали инвестиции в основной капитал, открыв линии по розливу минеральной воды и соков. Продают их под теми же торговыми марками, что и алкогольные напитки.

И хотя на прилавках этой продукции немного, сам факт ее наличия позволяет заводам раскручивать брэнды, невзирая на закон, ограничивающий рекламу алкогольной продукции.

Из дружной когорты прибыльных ликеро-водочных предприятий Тверской области выделяется только убыточный Торопецкий ликеро-водочный завод. Когда-то здесь разливали знаменитую «смирновку», более известную под маркой «Столовое вино № 21». Секретом ее качества были природные условия района — ледниковое озеро, под которым находится слой известняка. Вода, проходя естественный фильтр, приобретает уникальные свойства, которых невозможно добиться никакой искусственной очисткой.

Однако сейчас завод — банкрот, и покупателей на него, по данным Тверского фонда имущества, нет. При этом временный управляющий утверждает, что кризис — результат спланированной акции по ликвидации завода: его загнали в долги, производство остановилось, а на рынке появилось огромное количество дискредитирующей брэнд низкокачественной водки под маркой «Торопецкая».

Банковские инвестиции в промышленность Тверской области составляют всего 0,4%. При этом Сбербанк обладает монополией на рынке кредитных ресурсов, контролируя 70% рынка. Остальные банки не способны кредитовать крупную промышленность, даже объединив свои ресурсы.

Впрочем, деньги Сбербанка пока остаются невостребованными. Сказывается высокая процентная ставка, долги предприятий, а также отсутствие реальных бизнес-планов.

На прошедшей этой весной презентации инвестиционных возможностей региона последняя проблема явилась во всей полноте — желающих вкладывать деньги в тверскую экономику хоть отбавляй, но реальных инвестиционных проектов не оказалось вообще. Причина в остро стоящей перед регионом кадровой проблеме — профессиональных топ-менеджеров почти нет. В результате в области преобладает тенденция привлечения инвестиций в обмен на контрольные пакеты акций предприятий.