“Каждый руководитель – теперь правитель”

— Владимир Константинович, научились ли, на Ваш взгляд, руководители пользоваться богатыми возможностями Интернета?

— Когда какое-то явление только возникает, его оценивают лишь специалисты. Потом, когда оно становится достоянием масс, о нем говорят все: кажется, что оно открывает невиданные перспекти- вы, дает огромные возможности, и так далее. Но затем наступают непредвиденные трудности и происходит охлаждение к явлению.

Распространение Интернета происходило именно по такой схеме, и сейчас как раз наступило некоторое разочарование в нем — прежде всего у руководителей. Потому что возникли трудности, стала понятна цена использования Сети. Оказалось, например, что работа в Интернете гораздо медленнее, чем в реальном пространстве, она «съедает» массу времени, которое уходит на поиск нужной информации, ее фильтрацию — отделение нужного от ненужного, да и просто на загрузку данных в недостаточно быстродействующих компьютерах и системах коммуникации.

Конечно, для людей молодого поколения Интернет — нечто само собой разумеющееся: они не мыслят своего существования без Сети. Для руководителей постарше Интернет — всего лишь один из инструментов для решения проблем бизнеса.

И они выяснили, что инструмент весьма своеобразен. Во-первых, пока отсутствуют какие бы то ни было правила работы в киберпространстве. Мы привыкли к тому, что информация, которую используем, обладает неким качеством. Например, в советские времена было известно, что легально изданные книги прошли цензуру, рецензирование… Наряду с этим был «самиздат» — сведения совершенно другого рода: мы знали, как относиться и к этой информации. А Интернет позволяет писать все что угодно: не понятно, что — сигнал, а что — шум.

Отдельная проблема — каждый работающий в Интернете оставляет след. Это новое явление, которое пока плохо проанализировано.

Дело в том, что руководитель работает: а) оставляя следы и б) не оставляя следов. След при принятии управленческого решения — принципиальный момент, который предполагает особый характер ответственности за решение.

Если руководитель действует, не оставляя следа, нельзя наверняка сказать, что он определенно хотел того, о чем говорил, — потому что говорил шутя, иносказательно или, наоборот, заявлял что-то в сердцах. Может, хотел того, о чем говорил, а может, и нет… Ведь вряд ли каждый из нас готов подписаться подо всем, что он говорит.

При этом устное общение — важный способ коммуникации между руководителем и подчиненным. И этот способ уходит по мере того, как развивается техника — ведь теперь чуть ли не все документируется. Сейчас уже практически любой сигнал становится «достоянием» компьютера. И можно всегда вернуться в любую точку, посмотреть, что было, как было сказано, — как говорится, все ходы будут записаны.

— Но в то же время произойдет девальвация письменных сведений?

— Совершенно верно. Это так же, как слово девальвировалось с появлением свободы слова. Раньше любое отклонение в сторону свободы очень ценилось, было очень важно, тщательно продумано. И было слышно. Теперь слово не очень слышно в общем хоре голосов…

Итак, человек, руководитель не очень представляет себе, какие следы оставляет, каково его киберповедение и кто его отслеживает. Он ведет себя, как слепой на улице.

— Наверное, руководителям старшего поколения как раз будет проще к этому приспособиться — они привыкли к тому, что «все пишется».

— Да, но в массе своей люди к этому совершенно не готовы. Они окажутся просто «голыми». А мы ходим в одежде не только потому, что холодно, но и потому, что есть правила приличия. Эти приличия будут уничтожены, что повлечет изменение самой человеческой природы.

— Но вернемся к более близкой перспективе. Возможности кибернадзора могут ведь использоваться в конкурентной борьбе?

— Да, это вполне возможно. Придется контролировать каждое свое слово и действие. Руководитель предприятия вынужден будет вести себя с оглядкой — как политик: и вне компании, и внутри нее.

Таким образом, управление экономическое сменяется политическим управлением. Экономическое управление опирается на факты, а политическое — на образы фактов.

Политику не важен факт — важно, какой имидж у факта. Что толку в политике от факта, если он ничего не прибавляет в имидже. Опираться на факты — уходящая натура.

Это может быть плохо или хорошо, но это объективная реальность. С одной стороны, «политизация» приводит к тому, что факты сменяются образами, с другой стороны, определить, где факты, а где образы становится все труднее и труднее.

Например, посещаемость сайтов. Даются какие-то цифры. Можно ли понять, насколько они реальны? Это очень похоже на опросы общественного мнения у политиков. Не понятно, то ли политик стал популярнее, то ли опрос сделан для того, чтобы он стал популярнее.

Потом, изменения происходят столь быстро, что очень трудно опираться на факты — превалируют примерные оценки.

Все это приводит к распространению имиджевого стиля управления и поведения руководителя. У него в фирме всего-то 100 человек, но он вынужден управлять этим коллективом, как правитель народом, а не как фельдфебель солдатами. Кстати, руководители зачастую воспринимают это изменение своего положения не как объективное преобразование, а как следствие своего личностного роста…

Распространение имиджевого стиля управления — проявление глобального процесса атомизации общества, связанного с распространением Интернета. Каждый человек становится фирмой, фирма — государством. (Об этом процессе Владимир Тарасов рассказывал в номере 1—2/2000. — Ред.) Любой человек в скором времени вынужден будет стать политиком.

Гегель писал, что развитие идет по спирали. Согласно этой логике, сейчас происходит возвращение к тому состоянию атомарности, неструктурированности общества, отсутствия общей организации, которая была на заре человечества. А потом охотники отделились от пастухов, начала возникать структура общества, государство…

— Но ведь вряд ли каждый человек превратится в охотника, земледельца и повара «в одном флаконе»?

— Конечно, профессии останутся. А вот административные связи утрачиваются. Разница между руководителем и подчиненным становится все меньше, наступает некое равенство. Точнее — неравенство на иной, не вполне понятной пока основе.

Раньше основой неравенства было «есть земля — нет земли», «есть капитал — нет капитала».

— А сейчас «есть информация — нет информации»?

— Но дело-то в том, что информация перемешана с шумом. Раньше информация была ценна, потому что была «чистой». Знание информации было одной из общественных привилегий. Теперь это будет вряд ли возможно…

При этом растет влияние интеллектуалов, тех, кто разрабатывает новое. Один из авторов, пишущих на тему информационной цивилизации, сформулировал новую ситуацию так: «Капитал пляшет под дудку таланта». Информация, знания, интеллектуальная собственность становятся настолько важными, что зависимость работодателя от работника все больше, больше и больше.

Работник имеет то, что руководитель у него забрать просто так не может. Раньше работник, по Марксу, продавал свою рабочую силу за определенное время. Его ставили к станку, и можно было в любой момент видеть, работает он или прохлаждается.

Вообще «работаешь — не работаешь» — это основа административного управления, основа старого порядка. Теперь проконтролировать, работает человек или нет, очень тяжело. Да и смысла в этом нет.

Сотрудник может прохлаждаться несколько месяцев, но за это время придумать идею, которая позволит компании заработать миллиарды долларов. И возможности руководителя повлиять на работника весьма ограничены.

Фирмы, действующие на основе старого порядка, в новой ситуации ничего для себя не в состоянии гарантировать. Они могут строем и с песнями пойти на дно. А их конкуренты, вообще отказавшиеся от регулярной структуры, окажутся в выигрыше.

Проблема для руководителя состоит в том, что очень трудно повлиять на развитие событий. И это главная причина, которая приводит к разрушению традиционных компаний. Это, конечно, произойдет не сейчас, но и не в такой уж отдаленной перспективе.

Что с этим делать, повторю, не понятно, трудно дать какой-то рецепт — можно только предложить анализ развития событий при выборе того или иного варианта развития. И с рецептами специалисты по менеджменту не торопятся.

Хотя раньше раздавали их направо и налево. Потому что в былые времена возникал некий перспективный путь в управлении — человеческие отношения, системный подход — и всем по этому пути предлагалось следовать. Сейчас такого пути нет. И использование Интернета таким чудодейственным средством не стало.

Когда время двигалось медленно, было легко понять, кто впереди, а кто позади. Теперь ничего не понятно. Может быть, тот, кто не слишком спешит с новшествами, избежит ошибок? Не исключено.

Беседу вел Александр ПОЛЯНСКИЙ