Космический кризис

Аналитики называют космонавтику самой перспективной отраслью нового века. Одна из ведущих мировых тенденций — расширение масштабов освоения и использования космического пространства. Сегодня уже более 120 стран занимаются космической деятельностью, а 20 из них — весьма активно.

В Советском Союзе авиакосмический комплекс всегда развивался в условиях приоритетного финансирования. Такая государственная политика дала свои результаты: к началу 90-х годов в стране была создана единая уникальная опытно-производственная база.

Даже в кризисных девяностых годах авиационно-космическая промышленность России насчитывала 336 предприятий, в том числе 126 серийных заводов и 134 конструкторских бюро, 6 государственных научных центров и 15 научно-исследовательских институтов. Аналогичной базой располагают лишь ведущие компании США, Англии и Германии.

Основой космической деятельности нашей страны до сих пор является успешно работающая орбитальная группировка аппаратов и созданная за 50 лет инфраструктура — ракетно-космическое производство, космодромы, центры управления полетами и подготовки космонавтов, уникальная экспериментально-испытательная база и высококвалифицированные кадры. Без всего этого в современном мире невозможно эффективно реализовать ни одной крупномасштабной социально-экономической программы.

Впрочем, хроническое недофинансирование 1996—1998 годов поставило под угрозу выполнение как федеральной космической программы, так и международных обязательств. Только в 1997 году долг государства перед отраслью составил 1,7 млрд. рублей. Тяжелое положение сохранилось и в 1998 году. Предприятия и организации ракетно-космического комплекса оказались на грани банкротства. Начался отток квалифицированных специалистов.

ДЕНЕГ НЕТ

В начале 2001 года последние надежды на то, что российская космонавтика будет нормально финансироваться, были развеяны в прах. Всего в текущем году на космос должны были выделить около 5,4 млрд. рублей — предполагалось, что деньги появятся за счет дополнительных доходов бюджета.

Но планы правительства оказались невыполнимыми из-за внешних долгов государства. Недавно генеральный директор Российского авиакосмического агентства (РАКА) Юрий Коптев заявил, что государство решило урезать выделяемые отрасли средства на 1,1 млрд. рублей.

По словам Коптева, теперь средств хватит лишь на то, чтобы профинансировать 50 процентов федеральной космической программы. Естественно, это нисколько не улучшит положение нашей космической промышленности. В частности будут приостановлены разработка ракеты-носителя нового поколения «Ангара» и программа обновления отечественной спутниковой группировки, о которых еще недавно говорили с оптимизмом. Кроме того, под угрозой может оказаться и дальнейшее исполнение Россией взятых на себя обязательств по строительству Международной космической станции (МКС).

А космос для России — не только вопрос престижа. Достаточно сказать, что из 110 находящихся на орбитах российских космических аппаратов более половины выработали ресурс. Следовательно, в один прекрасный день может оказаться, что жители некоторых отдаленных районов России, например Дальнего Востока, останутся без связи с европейской частью страны.

МЕЖДУНАРОДНАЯ ДЕЗИНТЕГРАЦИЯ

Специалисты считают, что выход из кризиса для нашей космонавтики — в международном сотрудничестве. До недавнего времени надежды возлагались прежде всего на участие в строительстве МКС. Юрий Коптев не раз подчеркивал, что альтернативы МКС у России пока нет.

Однако новая администрация Белого дома отнеслась к строительству космической станции довольно холодно. Недавно в конгресс США поступил проект бюджета NASA на следующий финансовый год, где средства, выделяемые на МКС, предлагается сократить втрое.

Это тяжелый удар по российской программе пилотируемых полетов, поскольку планировалось, что она должна была осуществляться на доходы от эксплуатации МКС. Согласно прежним договоренностям с NASA три из семи мест в экипаже станции должны были быть российскими. Причем как минимум одно из них Москва планировала использовать в коммерческих целях. Остальные четыре принадлежали США, Европейскому космическому агентству, Японии и Канаде.

Однако теперь количество мест урезали до трех, и при этом NASA считает, что американцы обязательно должны участвовать в каждом полете. Это означает, что российские космонавты смогут летать на МКС в длительные экспедиции в лучшем случае через раз.

Впрочем, по мнению многих аналитиков, виноват здесь не один только Вашингтон. Международное сотрудничество в строительстве МКС никогда не было действительно консолидированным: свои обязательства не выполняли ни страны Европы, ни Россия.

В частности наша страна срывала фактически все свои обязательства по МКС в течение многих лет. И главное — до сих пор не подготовила научную программу эксплуатации станции. А без нее полет на МКС становится бессмысленным.

Сегодня все больше наших ученых и конструкторов выступают за неучастие России в МКС. По их мнению, это ошибочный путь для развития нашей космонавтики.

Некоторые предлагают иной выход: заменить десятки спутников, расположенных на геостационарной орбите, на две-три большие платформы, где можно разместить телекоммуникационное оборудование всех заинтересованных стран. С одной стороны, это значительно удешевит все системы связи на Земле. А с другой — благодаря этому проекту Россия сможет вернуть себе лидирующие позиции в космосе.

Россия ведет международное сотрудничество в космической отрасли не только с американцами. И в некоторых сегментах рынка дела идут совсем не плохо.

В начале апреля было официально объявлено, что космический центр им. Хруничева поставит Индии 5 новых разгонных блоков (РБ) «12 КРБ», разработанных совместно с конструкторским бюро химического машиностроения им. Исаева.

По словам директора центра Александра Медведева, первый РБ уже находится на индийском космодроме в штате Андхра-Прадеш. Предполагается, что он будет использован в течение ближайшего месяца в испытательном полете при запуске индийской ракеты-носителя. При удачном запуске Индия получит возможность выводить свои телекоммуникационные спутники на геостационарную орбиту.

Находясь на высоте 36 тыс. километров от Земли со «стоянием» над определенными территориями Индии, спутники обеспечат индийские штаты прямой ретрансляцией национальных телевизионных программ.

УДАРИЛИСЬ В КОММЕРЦИЮ

Сегодня наша космическая отрасль активно занимается коммерческим освоением космоса. В 2000 году НПО «Энергия», главный оператор затопленного «Мира», заключила соглашение с иностранными инвесторами о создании совместного предприятия под названием «MirCorp» для использования космического пространства в коммерческих целях. Правда, после принятия решения о затоплении «Мира» этот проект был свернут. Но в «MirCorp» уверены, что смогут продолжить свою деятельность в другом направлении. Здесь планируется найти новые средства и построить коммерческую капсулу стоимостью 100 млн. долларов. Капсула должна быть состыкована с Международной космической станцией.

Кроме того, основным и, как теперь оказалось, наиболее выгодным, с коммерческой точки зрения, наследием советской космической программы являются ракетные технологии. Длительный и блестящий по международным меркам опыт позволил нашей стране занять большую часть мирового рынка по запуску спутников.

В прошлом году «Энергия» вместе с «Газпромом» запустила спутник связи «Ямал». Она объединилась с Lockheed Martin и ГКНЦП им. Хруничева для осуществления других запусков. Также «Энергия» вместе с компанией «Боинг» разработала программу «See Launch», которая предусматривает запуск ракет с бывшей нефтяной платформы в Тихом океане.

Как считает американский консультант по космическим вопросам Джим Оберг, Россия ежегодно зарабатывает на космических запусках 800 млн. долларов.

Кроме того, в начале апреля международная межправительственная организация «Интерспутник» объявила о намерении создать единственную в своем роде орбитальную группировку из 100 легких спутников связи.

Новая серия малых спутников связи (каждый стоимостью 60 млн. долларов) называется «Интерспутник—100М» и разместится на 15 геостационарных орбитах. Первые два объекта планируется запустить до конца 2002 года, а остальные — по мере возникновения спроса.

Представители «Интерспутника» считают, что российские производители — самые квалифицированные в вопросе производства малых спутников. Наши заводы должны будут производить так называемую платформу, а «начинку» (транспондеры) поставят западные компании, в частности NEC и Alcatel.

ГКНПЦ им. Хруничева, с которым «Интерспутник» подписал контракт на производство и запуск спутников, уже начал работы. Также спутники готовы поставлять Красноярское НПО прикладной механики им. Решетнева и НПО машиностроения (г. Реутов). Переговоры с ними сейчас ведутся.