Страница редактора БОССа

Начинавшие реформы 90-х либералы усиленно пропагандировали тезис: для развития экономики совершенно не важна ее «начинка», главное — финансовый баланс. «Была экономика промышленная — стала торгово-финансовая: ничего страшного, — говорили они. — Главное — рыночная. А рынок уже сам все расставит на свои места».

Однако экономическая самоорганизация оказалась не столь «интеллектуальной», чтобы вернуть национальному хозяйству прежнюю промышленную направленность. После кризиса 1998 года поднялись в первую очередь отрасли индустрии с весьма быстрой отдачей на вложенный капитал. И еще предприятия, ориентированные на экспорт.

Среди той части реального сектора, которая сейчас активно развивается, преобладают экспортные сырьевые отрасли. Однако сырьевые рынки подвержены чрезвычайно сильным колебаниям цен. На таком зыбком фундаменте экономика удержаться не может.

Положение страны на мировом рынке может стабилизироваться, только если она продает машины, оборудование, высокотехнологичную продукцию: цены на них стабильны, причем стабильно высоки. А с машиностроением в Государстве Российском с некоторых пор — беда: как до пресловутого 1913 года.

От экспортного потенциала советского машиностроения остался только оборонный экспорт. А он, с одной стороны, чрезвычайно подвержен влиянию политических факторов (страны — члены тех или иных военно-политических альянсов, как правило, предпочитают технику «старших братьев» по этим альянсам). С другой стороны, экспорт вооружения зависим от эксплуатации этого вооружения в собственных Вооруженных Силах. Ведь для покупателя очень важны отладка и апробирование оборудования в стране-производительнице.

Сейчас мы продаем технику, которую закупала еще Советская Армия. В ближайшие же годы столкнемся с проблемами из-за того, что новые модели самолетов, вертолетов, систем ПВО российскими войсками не используются.

Но «оборонка» еще более или менее сохраняет «плавучесть». Перспективы же гражданского машиностроения весьма туманны. Оборудование стареет, новые поколения инженеров сторонятся заводских отделов кадров.

Переломить эту тенденцию можно только одним способом: предоставить налоговые льготы машиностроительным предприятиям — на прямое финансирование наш бюджет вряд ли годится. (Разумнее направить казенные средства на модернизацию и переоснащение российской армии.)

Такой подход либералам кажется неэкономическим. Но альтернативы ему, полагаю, не существует.

Прежде всего нужно предоставить льготы отраслям, в которых налаживается производство для западных корпораций — так называемое офшорное (выгодное для иностранных концернов из-за низкой себестоимости производства в российском машиностроении). Коллективы машиностроительных заводов, которые еще сохранились, вполне годны для выполнения «офшорных» задач.

В таком производстве мы, думаю, довольно быстро сможем догнать и перегнать страны третьего мира, которые активно занимаются им уже не одно десятилетие. Но заниматься им — более конструктивно, чем стенать по поводу утраченного величия.

Александр ПОЛЯНСКИЙ, главный редактор