“Нашей экономике трудно помешать расти”

Президент компании «ЛАНИТ» Георгий Владимирович Генс был известен как специалист в области автоматизации предприятий еще в советское время. Используя свой «социалистический» опыт, привлекая коллег по созданию АСУ на крупнейших промышленных объектах СССР, ему удалось построить компанию, которая сегодня эффективно решает задачи организаций, работающих в условиях рынка.

Опора на высокую профессиональную квалификацию — это, пожалуй, основная особенность «ЛАНИТа». Именно она позволила фирме с 1992 года и по сей день оставаться ведущим IT-партнером такой крупнейшей государственной структуры, как Центральный банк.

Работа в банковском секторе, нефтегазовом комплексе и других отраслях промышленности позволяет «ЛАНИТу» оставаться одним из лидеров российского рынка системной интеграции уже много лет. О причинах этого «долгожительства на вершине» мы поинтересовались у Георгия Владимировича

11 ЛЕТ БЕЗ СМЕНЫ АМПЛУА

— «ЛАНИТ» — одна из первых компаний, которая возникла на IT-рынке. Как Вам удавалось сохранять свои позиции все это время?

— Мы действительно были одними из первых — фирма организована в 1989 году. Хотя, конечно, ряд компаний появился несколько раньше, но почти все они либо исчезли, либо сменили амплуа. И если большинство первых компьютерных фирм в те времена занималось просто поставками компьютеров, то мы зарабатывали главным образом тем, что писали программы, внедряли информационные технологии на предприятиях. Ведь наше название расшифровывается как «ЛАборатория Новых Информационных Технологий».

Если заглянуть еще дальше в прошлое, то «ЛАНИТ» возник из инженерно-коммерческого центра «Пронто», который специализировался на программировании различного технологического оборудования. «Пронто» появился в 1987 году. Это был один из первых научно-технических кооперативов в СССР.

— За счет чего же все-таки Вы сумели удержаться на рынке и сохранить одну из лидирующих позиций?

— Звучит банально, но главным образом благодаря тому, что мы хорошо работали и у нас сильные специалисты.

Я сам, например, работаю в сфере информационных технологий, можно сказать, всю жизнь. Как только окончил экономический факультет МГУ по специальности «Экономическая кибернетика», стал заниматься проблемами автоматизации. Неоднократно был главным конструктором различных АСУ. Последнее мое «советское» место работы — заведующий отделом экспертных систем в очень солидном НИИ. Я был знаком с многими отличными специалистами в этой области. Их и приглашал на работу в свою фирму.

РЕАЛЬНЫЙ СЕКТОР — ЭТО СЕРЬЕЗНО

— Успех на рынке, вероятно, связан с тем, что Вам удается привлекать выгодных клиентов? В каких отраслях экономики Вы наиболее активны?

— Если раньше мы в значительной мере ориентировались на банковскую индустрию, главным образом на Центральный банк, то сейчас другие отрасли играют в нашем бизнесе все большую роль. Существенно выросло для нас значение нефтегазового сектора, активно развивается машиностроительное направление. Это система Минатома, это Уральские машиностроительные заводы, это АВПК «Сухой»…

— То есть, по Вашему мнению, машиностроение у нас в стране потихоньку поднимается?

— Уже не потихоньку. Вообще, если на предприятие приходит сильный менеджер, то оно начинает очень быстро развиваться.

Когда собственники и управляющие думают о том, чтобы развивать предприятие, а не набивать себе карман, они создадут дорогую компанию, «раскрутят» предприятие и получат в итоге гораздо больше денег.

Примеров эффективных хозяев я уже сейчас могу привести множество. Каха Бендукидзе, например. Он, с одной стороны, акционер Уральских машиностроительных заводов, а с другой — непосредственно управляет этой структурой. В результате она активно развивается.

Другой пример. Михаил Погосян, глава АВПК «Сухой», — блестящий менеджер, который оказался абсолютно на своем месте. Погосян ориентирован на то, чтобы поднимать не только свою фирму, но и всю авиационную индустрию России.

Такие люди нацелены на развитие, а это, в свою очередь, невозможно без внедрения информационных технологий.

— Активно заниматься машиностроением Вы стали после кризиса 1998 года?

— Нет, гораздо раньше. Но до 1998 года рынок здесь был очень узок. После кризиса он значительно расширился. Потому сейчас мы развиваем у себя направление автоматизации проектирования и производства, нацеленное прежде всего на потребности машиностроительных предприятий. Сейчас устанавливаемые нами комплексные информационные системы могут решать процентов 80—90 задач машиностроительного предприятия, включая автоматизированное проектирование, тогда как раньше они были ориентированы на управление, документооборот, финансовое планирование, материально-техническое снабжение.

— Эти системы — собственные разработки «ЛАНИТа»?

— Есть и собственные разработки. К числу продуктов, созданных нами, относятся LanDocs — система автоматизации делопроизводства, АБФИ — система анализа банковской и финансовой деятельности, LanHello — система компьютерной телефонии. Но мы не делаем на них упор: главное — удовлетворить требования к конкретной информационной системе и решить задачи заказчика.

Чужую разработку установить, кстати, ничуть не проще, чем собственную — ее тоже нужно квалифицированно внедрить, обеспечить сопровождение, консалтинг. Мы, например, предлагаем нашим заказчикам систему автоматизированного проектирования Unigrafics одноименной фирмы, а вместе с этой системой — уникальную технологию настройки, обучения и сопровождения.

Здесь есть еще одна важная проблема. Если Вы придете в какую-нибудь организацию и спросите, нужно ли им управление проектами, то не исключено, что Вам ничего не ответят. Потому что не знают, нужно ли им это, да и вообще не знают, что это такое. Вначале им нужно прийти к пониманию процессов, лежащих в основе их деятельности, а уже потом принимать решение о приобретении конкретных продуктов.

— То есть заказчиков надо воспитывать?

— Да, и поэтому в 1995 году мы создали Сетевую академию. Собственно, обучение специалистов предприятий мы начали еще во времена «Пронто». Затем, пять с небольшим лет назад, наше учебное направление реструктурировалось — преобразовалось в Сетевую академию.

— А почему «сетевую»?

— Потому что учили там первое время в основном работе с продуктами фирмы Novell (одного из ведущих мировых производителей сетевого программного обеспечения. — Ред.). Тогда эти продукты были очень популярны. Были разработаны очень хорошие методические материалы. С самого начала мы пытались делать это профессионально.

Со временем программ обучения становилось все больше и больше, и сейчас мы собираемся менять название академии.

— В этой академии Вы готовите IT-менеджеров?

— Для нас это одно из важнейших направлений. Учебный центр «Сетевая Академия ЛАНИТ» готовит специалистов по современным информационным технологиям, имеет статус авторизованного учебного центра компаний Intel, Novell, Microsoft, Informix, SCO, IBM и Oracle. Сейчас активно развиваются такие направления, как обучение технологиям управления проектами, финансами, оптимизация бизнес-процессов. Плюс к этому недавно мы открыли курс по электронной коммерции.

— О машиностроении Вы сказали. Но банки Вы все-таки не оставляете без внимания?

— Мы продолжаем с ними активно сотрудничать. В наших отношениях с Центральным банком вообще ничего не изменилось после 1998 года.

Надо сказать, что ЦБ работает с целым рядом компаний. Наша функция в этой «группировке» — крупные задачи, решение которых требует большого коллектива, хорошо организованной команды. У нас на Центральный банк постоянно трудятся более ста разработчиков.

С коммерческими банками мы тоже активно работаем. И, кстати, не только в России, но и в других странах СНГ. Например, у «ЛАНИТа» есть не очень большой, но весьма интересный проект в Народном сберегательном банке Казахстана.

КАДРЫ ДЛЯ ВИРТУАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ

— Как Вы себя чувствуете в эпоху Интернета?

— Мы достаточно серьезно работаем в этом направлении. Есть департамент, который занимается внедрением электронной коммерции у заказчиков. Мы ведем обучение в этой сфере.

Очевидно, что необходимо огромное число специалистов, чтобы создать этот рынок. Проблема, если говорить с точки зрения страны в целом, гигантская. Ведь на сегодняшний день отток квалифицированных специалистов из России превосходит их «воспроизводство». Профессионалов для новой экономики недостаточно. Мы активно будем заниматься образованием в этой сфере на уровне подготовки студентов. И, может быть, даже создадим университет информационных технологий. Это крайне важное перспективное направление для нас.

— Существует мнение, что электронная коммерция — это не «новая» экономика, а новая торговля товарами «старой» экономики.

— Это так и есть. Но в то же время смотрите, что получается: в США процентов 6 или 7 населения занимаются сельским хозяйством. В промышленном производстве там заняты, не помню точно, но пусть даже 30 процентов. А где же остальные 60 с лишним процентов? Они заняты в сфере обслуживания. Вот практически вся эта сфера сейчас и переходит в Интернет.

Стоимость собственно производства автомобиля составляет только 20 процентов его цены, остальные 80 — маркетинг. И эти 80 процентов окажутся в Сети.

Именно поэтому мы и придаем столь важное значение Интернет-проектам.

БИЗНЕС БЕЗ ЛЬГОТ

— Как Вы позиционируете себя по отношению к конкурентам на рынке системной интеграции? Кто, на Ваш взгляд, лидер, кто на втором месте и так далее?

— По квалификации, я считаю, мы первые. По объемам на первом месте, безусловно, IBS, а мы, полагаю, вторые (в «АйТи», думаю, считают, что они — вторые). Точных цифр не найти.

— А какова структура этого рынка?

— Есть достаточно много «игроков», которые исторически привязаны к каким-то крупным организациям или специфическим сегментам рынка. Например, есть компания «Борлайс Ай-би-си», которая специализируется на информационных технологиях в черной металлургии. Она разработала много хороших решений, и конкурировать с ней в области черной металлургии очень трудно, да и бессмысленно, лучше работать вместе. Но монополизировать рынок никто не сможет, ведь по мере роста спроса будет расти и предложение от других фирм. Платежеспособный спрос на этом рынке пока невелик, поэтому за всех серьезных клиентов идет бескомпромиссная борьба.

— В рамках тендеров?

— Не всегда: тендеры ведь иногда все еще не проводят. Нередко выбирают IT-партнеров без всяких конкурсов, иногда осмысленно, иногда по весьма субъективным предпочтениям.

Но что по-настоящему здорово на нашем рынке — большинство серьезных компаний не пользуются методами недобросовестной конкуренции.

— Наверное, потому, что на IT-рынке работают интеллигентные люди?

— Думаю, дело даже не в этом. Просто наш бизнес связан не с использованием каких-то «форточек» — квот, частот и прочего, а с созданием чего-то нового: разработкой технологий, организацией работоспособного коллектива. И нам, прежде чем получить прибыль, нужно очень многого достичь, создать сложный социальный и интеллектуальный механизм.

Представьте ситуацию: бандиты отбирают у владельцев крупную компьютерную компанию. И что они с ней станут делать? Будет как в басне «Мартышка и очки»…

А там, где получение прибыли в основном связано с выбиванием каких-то льгот, квот, уже готовых каналов распространения, есть почва для недобросовестной конкуренции. И постоянно возникают проблемы с менеджментом.

Например, все наши сотовые операторы получили частоты практически даром, тогда как западные коллеги платят за них немалые деньги. И работают при этом с немалыми прибылями. У нас же только единицы из них сумели добиться прибыльности. Подарком от государства нужно еще уметь распорядиться…

УПРАВЛЕНИЕ БЕЗ ПРАВИЛ

— Поговорим немного о Ваших принципах управления. Кем в первую очередь должен быть руководитель высокотехнологичной компании — профессиональным управленцем или все-таки специалистом в своей области техники?

— Я думаю, в этом вопросе не может быть правил.

Есть много высокотехнологичных компаний, которые были созданы исключительно «технарями». Создатели набирают на работу главным образом специалистов в своей области, а с профессиональными менеджерами испытывают неудобства.

— То есть специально обученные менеджеры, например со степенью MBA, — это не панацея?

— Знаете, я не проходил этого курса, поэтому не знаю, нужен он или нет. Я закончил экономический факультет МГУ, кандидат экономических наук. И многое из того, что проходил в университете, пересекается с тем, чему учат в рамках программ MBA.

Кроме того, я не знаю, каков сейчас процент топ-менеджеров, которые имеют диплом магистра делового администрирования. Я подозреваю, что гораздо большее число хороших менеджеров этого курса не проходили. Однако на среднем менеджерском уровне может быть и другое соотношение.

— Но вернемся к «ЛАНИТу». Ваша фирма серьезно трансформировалась с 1989 года?

— Конечно: в 1989 году у нас была пара десятков человек, а сейчас больше 1000. При этом текучесть кадров довольно низкая.

Хотя некоторые из тех, кто составлял вначале костяк фирмы, покидали наши стройные ряды. Уехал, например, в Америку один из первых и наиболее ценных наших сотрудников Саша Чернин. Или, скажем, Леня Беляев недавно ушел от нас в Cisco. Он работал у нас очень долго и захотел попробовать реализовать себя где-то еще.

— Не стали удерживать?

— Нет. Он проработал в нашей компании восемь лет, пришел сразу после окончания института и ничего не видел, кроме «ЛАНИТа». Пусть посмотрит…

Но если он или Чернин захотят вернуться, с удовольствием возьму их обратно.

— То есть «ЛАНИТ» — это фирма-семья, а не жестко выстроенная структура?

— Не знаю. Скорее некая смесь. Я не принимаю решений, не посоветовавшись с ведущими своими сотрудниками. И если у них есть какая-то идея, убежденность, что нужно делать так, а не иначе, как правило, они могут на этом настоять. Ведь они, занимаясь тем или иным направлением, разумеется, лучше меня владеют проблемой.

Вот Вам свежий пример. Недавно было принято решение участвовать в одном тендере, и я абсолютно уверен, что это решение — неправильное, нам там не нужно участвовать. Но директор департамента решил, что надо. Я ему дважды высказал свое мнение, но он настоял на своем — в результате мы участвуем, под его ответственность.

Если бы я был уверен на 100 процентов, что это неправильно, то я бы его отговорил. Но я уверен на 90 процентов, поэтому пусть лучше он ошибется, чем я буду его ломать. Может быть, он прав…

Или другой пример. Просто так приказать принять человека на работу я не могу. Только если кто-то из директоров департаментов найдет ему применение.

— Как устроено управление в фирме «ЛАНИТ»? Вы вообще делегируете какие-то полномочия?

— Конечно. Есть департаменты, директора которых обладают очень высокой степенью самостоятельности, а в департаментах большие права имеют директора проектов. Существуют самостоятельные предприятия: «ЛАНИТ Дистрибуция», Сетевая академия, «ЛАНИТ-КОНДИ», дочерние предприятия в регионах…

— А много регионов «охвачено»?

— Дочерние фирмы есть в Санкт-Петербурге, Хабаровске, Владивостоке, Петропавловске-Камчатском, Алма-Ате, Ташкенте и Барнауле. В скором времени их будет больше.

ПРЕДПОСЫЛКИ РОСТА

— Как будет развиваться «ЛАНИТ» в ближайшие годы? В каких направлениях?

— Мы будем развиваться очень активно. По все тем же направлениям, что и сейчас, — это и разработка программного обеспечения, и дистрибуция, и системная интеграция, и обучение. Будем быстро расти вместе с российской экономикой, точнее даже быстрее, потому что отрасль информационных технологий должна опережать рост экономики. А мы, являясь лидерами в этой отрасли, должны развиваться еще интенсивнее.

— Вы, насколько я понял, весьма положительно оцениваете перспективы экономического развития нашей страны?

— Я считаю, что нужно приложить серьезные усилия, чтобы помешать нашей стране развиваться. Правда, эти усилия уже много лет постоянно прикладываются. Но экономика вопреки всему растет, этот процесс уже необратим, несмотря на существующие проблемы. Мне кажется, в истоке этих проблем в основном низкие трудовая мораль, трудовая дисциплина, ответственность, то есть причины внутри нас.

Если говорить об информационных технологиях, то они, конечно, еще не на уровне Запада, но в то же время, имея в виду квалификацию наших специалистов, мы отстаем не так уж сильно.

— Эти технологии — ресурс развития всей остальной экономики?

— Не просто ресурс, а «локомотив», как и в развитых странах. Если почти весь двадцатый век самые светлые головы были заняты в физике, космонавтике, то в новом веке лучшие из лучших будут трудиться в сфере высоких технологиий.

— Посмотрите, что сейчас происходит в мировой экономике: американцы оставили всех далеко позади, в их экономику идут колоссальные инвестиции, доллар силен, как никогда, евро падает.

И в первую очередь это связано с тем, что в последнее десятилетие в Соединенных Штатах колоссальное внимание уделялось развитию сектора high-tech, американские компании, работающие на этом рынке, заняли лидирующие позиции, и, несмотря на происходящее сейчас некоторое снижение их капитализации, они все равно остаются на вершине рейтинга.

Именно поэтому я думаю и надеюсь, что мой сын будет работать в «ЛАНИТе». И дочь тоже…

Беседу вел Иван ПЕТРОВ