В условиях неопределенности

БОСС-политика | Сюжет месяца/Вокруг России
Текст | Валерий ГАРБУЗОВ, директор Института США и Канады РАН, доктор исторических наук

Президентские выборы в США 2020 года и непредвиденные факторы, полностью изменившие предвыборный ландшафт.

Валерий Гарбузов

Пандемия бросает вызов

Нынешние выборы президента США, голосование по которым намечено на 3 ноября 2020 года, имеют ряд особенностей. Главная — это то, что за время текущей предвыборной кампании ее фокус полностью поменялся. Такого в американской политической истории не было очень давно.

Эпидемия коронавируса, спровоцированный ею экономический кризис в Америке вкупе со вспышками расовых выступлений (фактор совершенно неожиданный, вероятность возникновения которого еще в январе 2020 года не прогнозировал ни один аналитик) полностью изменили предвыборный пейзаж. Кандидаты двух основных политических партий — идущий на второй срок президент США республиканец Дональд Трамп и представитель демократов Джо Байден — были вынуждены перестраиваться на ходу, меняя свои предвыборные тактики.

Кандидат в президенты США — президент-республиканец Дональд Трамп (commons.wikimedia.org)

Другим стал тот политический багаж, с которым Трамп и Байден вступали в эту избирательную гонку. Если в начале года Трамп выходил на поле политической борьбы с неплохими показателями, которыми он рассчитывал привлечь электорат, на его стороне были экономический подъем, который произошел за четыре года его президентства, миллионы новых рабочих мест, разного рода перемены к лучшему, случившиеся, по его убеждению, в стране за это время, то уже весной все это ушло в никуда.

Что действующий президент имеет сегодня? Экономический спад, рост безработицы, социальное недовольство, расовые волнения. Ситуация, в которой оказался Трамп, для него крайне неблагоприятна. Понятно, что перспективы на переизбрание у него тем не менее сохраняются, но шансов на победу становится все меньше.

Шансы кандидата от демократов Джо Байдена, напротив, увеличиваются. Об этом сейчас свидетельствуют все социологические опросы. Однако социология — это ведь не абсолютное знание. Наблюдатели за американскими выборами давно заметили, что опросы, проведенные за два-три месяца и даже за месяц до голосования, далеко не всегда предсказывают его реальные результаты. Все может произойти абсолютно наоборот. Поэтому говорить с определенностью о том, кто будет президентом США следующие четыре года, пока рано. Впереди сентябрь и октябрь, и за это время многое может измениться: и эпидемиологическая ситуация, и экономическая, и многое другое.

Кандидат в президенты США — демократ Джо Байден (commons.wikimedia.org)

Внутрипартийные бунты

Другая особенность этих президентских выборов заключается в том, что и в текущий избирательный цикл, и в предыдущий в двух основных политических партиях США то и дело происходили внутрипартийные революции или бунты. В Республиканской партии это прежде всего так называемый бунт Трампа — феноменальный и оглушительный. В начале прошлой предвыборной кампании Дональду Трампу, против которого выступала фактически вся партийная элита, удалось не просто побороть своих противников, но и узурпировать партийную власть. Это была революция правых консерваторов, которые сумели задавить умеренное крыло республиканцев.

В том же 2016 году в Демократической партии тоже произошло восстание. Во главе его стоял левый радикал Берни Сандерс. Надо сказать, что в Демократической партии, где левая оппозиция весьма сильна и традиционно привлекает к себе симпатии молодежи и студенчества, вспышки левого радикализма время от времени случаются. Барак Обама тоже был радикалом, а многие и вовсе считали его коммунистом. Тем не менее в 2008 году Обама стал представителем Демократической партии на президентских выборах. В 2016 году Сандерсу, политику со смелыми взглядами, которого иногда называют социалистом, не удалось добиться успеха. Кандидатом от демократов на прошлых президентских выборах стала Хиллари Клинтон, а волнения левой внутрипартийной оппозиции сами собой сошли на нет. Вторую попытку внутрипартийного переворота Берни Сандерс предпринял в текущем предвыборном цикле. При этом случилось то же самое: Сандерс, и в этот раз один из двух претендентов на роль кандидата от демократов на выборах президента, показывал неплохие результаты и шел впереди Байдена. Однако на определенном этапе партийная элита поняла, что Сандерса пора останавливать, да и в ходе праймериз у него возникли проблемы. В конечном итоге, как мы помним, Сандерс выбыл из предвыборной гонки. И так, наверное, должно было произойти: Берни Сандерс слишком радикален для Америки, его идеи о всеобщем медицинском страховании, национализации, борьбе с имущественным неравенством привлекают какую-то группу населения, но пугают большинство электората Демократической партии. На этих выборах демократы сделали ставку на Джо Байдена. 3 ноября американцам предстоит сделать выбор между этим умеренным либералом и правым консерватором Дональдом Трампом.

Берни Сандерс (pixabay.com)

В погоне за избирателями

Теперь о том, как могут повести себя на грядущих выборах американские избиратели. Тут важно учитывать три момента.

Первый. Демократы, безусловно, пытаются обуздать то недовольство, которое заметно в настроениях американского общества в последние месяцы, и направить его против Трампа. Хотя надо иметь в виду, что те консерваторы-республиканцы, которые голосовали за Трампа в 2016 году, проголосуют за него и на этот раз. Они принимают Трампа таким, каков он есть, и сколько бы компромата ни выливали на него противники, не изменят своей позиции.

Барак Обама (pxhere.com)

Второй. Электорат Демократической партии с 2016 года тоже не изменился. Он по-прежнему разрознен и склонен стихийно выражать свое мнение. Многое зависит от того, сможет ли Байден мобилизовать этот неорганизованный электорат и привести его на избирательные участки. А со столь сложной задачей под силу справиться далеко не всем лидерам демократов. В свое время это смогли сделать Билл Клинтон, Барак Обама и, хотя и в значительно меньшей степени и без большого успеха, Хиллари Клинтон. Обладает ли Байден столь мощным мобилизаторским потенциалом, как его предшественники, — большой вопрос.

И третий: последнее слово на этих президентских выборах, как, впрочем, и на большинстве предыдущих, остается за десятком колеблющихся штатов. Именно их выбор внесет решающий вклад в победу одного из кандидатов.

Билл Клинтон (pixabay.com)

Здесь нужно сделать небольшое отступление. 50 штатов, образующих США, условно можно разделить на три категории. Первая — те, где поколение за поколением поддерживают республиканцев. Вторая, где десятилетиями голосуют за демократов. Политические предпочтения избирателей зависят от состава населения. Понятно, что штат, в котором проживает много афроамериканцев и выходцев из других стран, поддержит демократов. Штат с доминирующим белым населением, скорее всего, выступит за республиканцев. Редко, но бывает, что демографическая картина некоторых штатов меняется, и это влечет за собой сюрпризы на выборах. Например, в Калифорнии, которая традиционно голосует за демократов, время от времени побеждает республиканец. И, наконец, третья категория штатов — те, кого в избирательной практике США принято называть колеблющимися. Это штаты, где живет смешанное население и, соответственно, не сформированы устойчивые партийно-политические предпочтения. И именно за голоса этих избирателей во время предвыборных кампаний ведут напряженную борьбу кандидаты республиканцев и демократов.

Хиллари Клинтон (commons.wikimedia.org)

Избиратели колеблющихся штатов — сложный и предпочитающий не определяться до последнего момента электорат. И в сегодняшней ситуации он может повести себя по-разному. Опросы показывают, что та внушительная часть колеблющегося электората, которая на прошлых президентских выборах голосовала за Трампа, в этот раз может с такой же легкостью уйти от него и отдать свои голоса демократам. И Трамп это прекрасно понимает. Неслучайно в 2016 году он даже в самые последние дни перед выборами неутомимо облетал колеблющиеся штаты и проводил там встречи с избирателями. Правда, теперь ситуация иная: личностный фактор, столь важный для Америки, когда кандидат в президенты лично общается с населением, нивелирован из-за сложной эпидемиологической обстановки. Речь идет уже о том, что даже голосование будет происходить удаленно. И на мой взгляд, это может стать серьезной проблемой для кандидатов обеих партий, и в первую очередь для Дональда Трампа.

Россия и Америка

Что лучше для России — победа Трампа или Байдена? Большой разницы тут нет. Нам давно надо понять, что проблема не в том или ином американском политике и не в его отношении к России, а в том, что в любом случае России предстоит иметь дело не просто с конкретным человеком, а с государственной машиной Соединенных Штатов Америки.

Помните, сколько радости в 2016 году вызвала в России победа Дональда Трампа? Тогда за предвыборной гонкой в США у нас следили едва ли не больше, чем за собственной политической повесткой, а триумф Трампа отмечали чуть ли не с шампанским. Однако надежды не оправдались. Трамп — это президент с пророссийской риторикой, но с жесткой антироссийской политикой. По большому счету он никогда не говорил ничего плохого ни о России, ни о Владимире Путине, при этом абсолютно все, что Трамп делал на посту президента США, было плохо и для России, и для Путина. Полагаю, что, если Дональд Трамп вновь будет избран президентом, этот курс в отношениях с Россией продолжится. И, если президентом станет Байден, курс будет не менее жестким.

«Российский вопрос», пожалуй, единственный, который объединяет республиканцев и демократов. Они могут спорить по многим темам, но по России там царит полное согласие. Все резолюции в отношении России американский конгресс, напомню, находящийся под контролем демократов и все эти четыре года противостоящий Трампу и его инициативам, принимает на двухпартийной основе. Однако демократы могут делать все что угодно, чтобы свалить Трампа, а когда речь заходит о России, они забывают и про него, и вообще про все свои противоречия с республиканцами.

По России у обеих партий единая позиция: Россия взяла ревизионистский курс, хочет добиться реванша, ее необходимо сдерживать и т. д. Такое мнение укрепилось не только в головах политической элиты США, но и в массовом сознании американцев и всячески поддерживается американскими медиа. Иным в обозримой перспективе оно не станет. За все те годы, что прошли после присоединения Крыма, в мире сформировалась мощная антироссийская коалиция, возглавляют которую США, и, скорее всего, эта санкционная спираль не прервется.

Если говорить о российской теме в нынешней американской предвыборной повестке, то она в отличие от президентской гонки 2016 года сейчас находится в тени. Разговоры о потенциальном вмешательстве России и в эти выборы ведутся, хотя не так активно, как четыре года назад. При этом «российский след» продолжает висеть на Трампе и вряд ли когда-либо сойдет на нет. Однако сегодня у Америки слишком много реальных внутренних проблем, и именно на них смещен фокус избирательных кампаний. И от того, в чью сторону сместится общественное мнение по данному вопросу, в общем, и зависит исход президентских выборов.

Если американцы сочтут, что президент и его администрация положили все силы на борьбу с COVID-19, — это одно. Если решат, что правительство бездействовало, — совсем другое, и тогда реален неблагоприятный исход для Трампа. То же самое и с социальными волнениями. Пока Трамп не слишком убедительно выражает свою позицию в отношении этих выступлений. А социальные вспышки не заканчиваются и сопровождаются актами разбоя и бандитизма, чего Америка не знала с 60-х годов прошлого века. Для Дональда Трампа и его администрации это серьезная проблема.

photo by pixabay.com

Молодежь протестует

Есть мнение, что за беспорядками, которые происходят сейчас в США, стоят демократы. На мой взгляд, все значительно сложнее. Участвует в волнениях действительно электорат Демократической партии, причем левого ее крыла. Это та часть общества, которая в принципе недовольна общей ситуацией в стране: не просто республиканцами или Трампом, а вообще американской политической элитой. И надо сказать, что общий рейтинг политической элиты в США (а под ней я имею в виду и политические институты, и президентскую администрацию, и конгресс) все больше и больше теряет в глазах избирателей. Участники беспорядков — молодые люди 20–30 лет, которые совершенно неожиданно после гибели чернокожего Джорджа Флойда вышли на улицы и дали волю своему недовольству. Некоторые социологи вообще считают, что эти волнения — массовый психоз нового поколения XXI века. Демократы пытаются использовать эту ситуацию и направить ее против Трампа и республиканцев. Но в выступлениях, охвативших американские города, все же больше стихийности, чем организации. Единственный их организатор — интернет. Не было бы его, ситуация не зашла бы так далеко.

В интересах Трампа, конечно, чтобы ничего этого не происходило. Ему достаточно коронавируса и экономического кризиса, не хватало еще социальных волнений. Однако как добиться спокойствия? Выявлять зачинщиков и организаторов и изолировать их от общества, как поступает в этой ситуации любая власть? Так американские оперативные службы это и делают, но проблема в том, что волнения носят стихийный характер. Идти на какие-то уступки? Так требования у этих бунтующих товарищей размытые. Многие из них просто выходят на улицы, чтобы побить витрины, скинуть пару памятников и пограбить в этой заварухе. Этим они и довольствуются. Что с такими-то делать? То есть логики в нынешних массовых волнениях в США мало, каких-то внятных политических требований не наблюдается, и это еще раз доказывает, что эти беспорядки имеют спонтанный характер. И это, возможно, приносит стране гораздо больше вреда, чем если бы они были кем-то организованы.

Опасна ли эта ситуация для Америки? Безусловно. Хотя ни к какому развалу страны она не приведет. В 1960-е ситуация в США была значительно хуже: массовые беспорядки в стране организовывались мощными радикальными группировками, каждая из которых имела в своем составе вооруженные боевые отряды. В черных гетто происходили настоящие бунты. Однако и тогда Америка не развалилась.

Опасность сегодняшних выступлений в их стихийности, в том, что они проносятся по стране как цунами, и это может продолжаться довольно долго. Но, поскольку никаких объединяющих идей там нет, волнения так же неожиданно могут прекратиться. Все еще осложняется тем, что в стране безработица. Была бы у людей работа, им было бы не до уличных волнений. Когда экономика наладится и появятся новые рабочие места, эта ситуация быстро рассосется.

Америка болеет

Любая страна, как и человек, время от времени болеет. Сейчас болеет Америка, ей плохо. А как говорил отец американского неоконсерватизма Ирвинг Кристол, когда Америке плохо, она сдвигается в сторону консерватизма. Позволю себе дополнить его высказывание: не только консерватизма, а вообще в сторону радикализма, как правого, так и левого. Именно это мы теперь и наблюдаем: с одной стороны — правый консерватор Дональд Трамп, с другой — ультралевая молодежь.

И началось все отнюдь не сегодня, а довольно давно. Кризис в стране привел к избранию Трампа, что весьма сильно раскололо Америку, где уже и так не наблюдалось единства. Либералы восприняли приход Трампа к власти как ненормальность, но ничего сделать с этим не смогли. Эти колебания между крайними правыми и крайними левыми не могут длиться долго. Пройдет время, и Америка вернется к плавному чередованию у власти умеренных демократов и умеренных республиканцев. Когда она войдет в это русло, в страну вернутся и социальное спокойствие, и взвешенное отношение к собственному прошлому. За это США всегда приводили в пример как страну, где за десятилетия удивительным образом в массовом сознании сформировалось целостное восприятие национальной истории, оказавшееся сейчас, увы, размытым.Б