Владимир ТОЛКАЧЕВ: наши стали прекрасно себя покажут при использовании в Арктике

БОСС-профессия | Высокие технологии
Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ
Фото | Александр ДАНИЛЮШИН

Московская научно-производственная фирма «ЛВС» («Лаборатория высокопрочных сталей») специализируется на тонколистовых свариваемых броневых сталях. Более половины заказов компании приходится на Министерство обороны. Ее генеральный директор Владимир Толкачев рассказал нашему журналу о перспективах использования тонколистовых сталей в оборонном и гражданском секторах.

— Владимир Павлович, сейчас происходит развитие Арктического проекта России, в котором ваши стали могут быть весьма полезны. Как вы сами видите применение своей продукции в Арктике?

— Мы занимаемся высокопрочными свариваемыми броневыми сталями. При создании брони всегда проверяется ее работоспособность в климатическом диапазоне температур от Африки до Арктики. Броня — это материал, который работает при низких и высоких температурах. Испытания мы проводим при минус 60°С.

Мы можем предложить свои наработки в части конструкционных платформ, защитных средств. Сталь в военной технике используется достаточно широко, и без испытаний в экстремальных климатических условиях техника не была бы принята на вооружение.

Броневые стали — это колоссальное подспорье именно на Крайнем Севере. Отдельные народно-хозяйственные арктические кейсы у нас случаются. На заре работы малого предпринимательства у наших смежников был опыт выполнения заказов для золотодобытчиков Магаданской области.

У них двух с половиной метровая стойка рыхлителя толщиной 70–80 мм. На зуб стойки надевалась износостойкая коронка. При этом довольно часто они ломались после 9–10 часов работы.

Инкассаторский автомобиль, бронированный стальным листом фирмы «ЛВС»
Инкассаторский автомобиль, бронированный стальным листом фирмы «ЛВС»

Поставка стоек из танковой брони решила эти проблемы, и на этом бизнес по поставке стоек закончился. Стойка перестала ломаться совсем, и даже коронка оказалась не нужной.

К нам обращались из «Газпрома» с просьбой использовать наши технологии при изготовлении металлоконструкций и отдельных деталей для буровых. Но пока окончательный заказ не сформулирован.

Государство и госкорпорации еще не систематизировали свои усилия по Арктике, и это не дает возможности научно-производственным компаниям должным образом сосредоточиться на арктических разработках.

— А сейчас кто ваши основные заказчики?

— 50–60% заказов — это заказы Министерства обороны. Мы разрабатываем прежде всего свариваемую броневую сталь — для бронеконструкций.

— Бронежилетов?

— Нет, там не нужна свариваемая сталь: там можно использовать несвариваемые стальные бронепластины. Хотя и такие разработки у нас тоже есть. Дело в том, что на каком-то этапе стальные жилеты стали выходить из употребления — стальные пластины начали заменять керамическими: они прочнее и легче. Однако жилеты с керамикой на порядок дороже.

И это одна из причин, почему вернулся интерес к стальным бронежилетам. Мы предлагаем решения из тонких сталей: жилеты с нашими пластинами легче традиционных.

В НИИ стали мы изготовили жилет для Раисы Максимовны Горбачевой — жилет скрытого ношения: под летнее платье. Сделали — клиентка осталась очень довольна. Тонкие стали позволяют делать незаметные жилеты.

Правда, в основном мы делаем свариваемую тонколистовую броневую сталь для металлоконструкций — как мобильных, например, для автомобилей, так и стационарных.

По своим противопульным характеристикам разработанная нами сталь должна быть на уровне бронепластин для бронежилетов. Эту технически сложную задачу удалось решить за счет сбалансированного химического состава и технологии изготовления бронелистов. Это наше ноу-хау.

Конечно, основная потребность связана с бронетанковой техникой: для того чтобы изделия имели меньший вес, были более маневренными и управляемыми, нужны тонкие, но прочные броневые стальные листы. Мы как раз предлагаем такие. Предмет нашей гордости — использование наших сталей в «Армате», «Тайфуне», «Тигре».

Примерно половина наших заказов приходится на невоенные: в эту часть включаем как собственно гражданскую продукцию, так и заказы всех остальных силовых ведомств.

Важный для нас заказ поступил от одного из предприятий ФСО — поставка броневой стали для пулеулавливателя для тира в Тайнинском саду в Кремле. С момента установки пулеулавливателя там выполнили уже 7 млн выстрелов — и ни одного ремонта.

Большое направление для нас — инкассаторские автомобили. Это неожиданный для меня рынок. Я думал, что, как с магаданской стойкой, мы бронируем все автомобили, они будут ездить десятки лет, и рынок исчезнет. А оказалось, что это рынок с частой заменой машин и при этом растущий. Банки и охранные фирмы покупают все новые и новые инкассаторские автомобили. Есть, конечно, и бытовое применение — для стальных дверей VIP-уровня.

Наша броня крепкая, тонкая, легкая и дешевая.

— А на каком уровне разработок по броневым сталям наша страна сейчас находится — в глобальном масштабе?

— На мировом уровне. Мы остаемся одним из лидеров по разработке сталей в мировом масштабе. Российская сталь отвечает всем международным требованиям производства сталей определенного класса.

Во многом качество наших сталей связано с модернизацией черной металлургии в пореформенные годы. Ведущие наши металлургические предприятия — Череповецкий, Новолипецкий металлургические комбинаты и многие другие — одни из самых передовых в мире.

В России же наша сталь лучшая по целому комплексу свойств. Это ее противопульная стойкость, ее живучесть, то есть многократные испытания в определенных объемах, в том числе при отрицательных температурах. Это ее технологичность, свариваемость. И, конечно, цена. У нас сейчас самая низкая цена в России.

Конечно, наши заказчики хотели бы, чтобы цена на нашу сталь не повышалась. Однако цены на металл растут, и наша цена не может оставаться прежней. Рынок есть рынок.

Что касается изделий для Вооруженных сил, то по ним особый порядок ценообразования. Нашу фирму курирует военное представительство, и цена принимается по заключению военной приемки.

— То есть с военными не забалуешь?

— Это уж точно.

На мой взгляд, российские производители работают в условиях жесткой конкуренции. Есть серьезные фирмы в Швеции и Финляндии, у которых довольно низкие цены на стали этого типа. Дело в том, что они производятся на металлургических заводах с минимумом логистических издержек.

Ведь броня — это не просто горячекатаный металл, но и последующая термическая обработка. Шведы и финны выполняют, во-первых, все этапы на одном предприятии, во-вторых, огромные партии — для поставки по всему миру, в-третьих, у них нет таких транспортных плеч, как у нас. Потому и более низкая цена. А мы вынуждены изготавливать свою продукцию поэтапно на разных предприятиях.

У нас есть небольшое собственное производство под Петербургом. Но его мощностей на крупные заказы не хватает.

Всегда неплохо иметь какую-нибудь собственность: собственную землю, собственное производство. И хорошо, чтобы все это было близко. Собственное небольшое производство у нас создать получилось, а вот сделать его близко — нет.

Хотя в конце концов, как известно, кадры решают все. Коллектив разработчиков и технологов в нашей компании сложился. Они понимают толк в броне и могут участвовать в создании новых образцов современных материалов.

Основное применение продукции «ЛВС» — военные автомобили 
Основное применение продукции «ЛВС» — военные автомобили

Может быть, у нас получится организовать производство поближе к Москве, чтобы уменьшить издержки. Тогда мы сможем приобрести и необходимое нам современное дорогостоящее оборудование.

Очень беспокоит обилие спекулянтов на нашем рынке. Покупают нашу сталь, сертифицируют с использованием наших технических условий, называя себя при этом изготовителями. Причем указывают: танковая броня, хотя танковая броня — толстая, а мы выпускаем тонкую. Они продают нашу сталь в пять-шесть раз дороже несведущим людям. Это настоящее мошенничество, и нет на них управы, хотя и нужно поискать.

— То есть главная форма поддержки для вас — помощь в создании крупного производства в ближнем или дальнем Подмосковье?

— Да. Потому что заказы у нас есть, кредиты пока не нужны. Главное для нас — возможность расширить производство и снизить себестоимость продукции.

— А производственные возможности, кадры есть только в Москве или в Питере?

— Нет, кадры не только в Москве. Кадры металлургов, термистов есть, например, в Александрове, в Подмосковье — в Мытищах, Балашихе. Мы можем организовать свое производство с привлечением этого профессионального потенциала.

Не могу не сказать о головном институте НИИ стали, в котором я проработал более 30 лет и сейчас с ним взаимодействую по ряду вопросов. Это центр научной мысли в области защиты как бронетанковой техники, так и создания средств индивидуальной защиты.

— Как вам удалось сохранить технологии?

— Технологии, по сути, были разработаны еще в довоенные годы — они общеизвестны. При этом все время идет работа над совершенствованием химического состава стали, технологических процессов ее производства с целью улучшения служебных свойств. И эти разработки мы не останавливали ни на день. А вот что будет после нас — вопрос.

— Большой дефицит молодых специалистов?

— Наша команда — уже все пенсионеры. Я и некоторые мои коллеги работали в НИИ стали, другие — из ЦНИИчермета, промышленных предприятий. Молодые специалисты идут, но мало. И качество подготовки, объем знаний и навыков оставляют желать лучшего.

Дело в том, что нынешние студенты практически лишены возможности ознакомиться с реальным производством. Они не интегрированы в металлургию, как интегрированы были мы, когда нас отправляли на технологическую практику на ведущие предприятия отрасли, а затем и в длительные командировки на заводы и металлургические комбинаты. У них нет возможности повариться в такой интеллектуальной среде, какая существовала в советское время в ведущих НИИ.

В наше время молодые специалисты проходили школу лучших институтов отрасли. Сейчас этого нет.

В образовательной сфере у нас беда, и, если государство не вернется к тем подходам, которые были в советское время, мы потеряем технологические преимущества в силу того, что технологии просто некому будет передавать и развивать.


ООО НПФ «ЛВС» — разработчик, производитель и поставщик новой современной тонколистовой, высокопрочной броневой стали марки А3. Химический состав, технология изготовления броневых листов защищены патентом РФ, а поставляемая продукция имеет свидетельство РФ на товарный знак. Броневые листы сертифицированы по системе РОСС.RU. Отличительная особенность материала — его технологичность при изготовлении узлов и деталей. Важный критерий технологичности брони — возможность холодной гибки, а также хорошая свариваемость. Сталь марки А3 успешно применяется в производстве различных бронеконструкций: корпусах боевых машин, бронеавтомобилях, защитных ограждающих конструкциях и т.д. Отечественная броневая сталь марки А3 — лучшая в своем классе, обеспечивающая требуемую пулестойкость и находящая все более широкое применение.


ТОЛКАЧЕВ Владимир Павлович родился 18 марта 1951 года в Москве.

В 1968 году поступил в Московский институт стали и сплавов на факультет черной металлургии по специальности «Обработка металлов давлением». В 1973 году, получив диплом инженера-металлурга, был направлен на работу во ВНИИ стали, где прошел школу броневого производства, став начальником сектора тонколистовой брони.

В 2003 году организовал малое предприятие ООО Научно-производственная фирма «ЛВС», в котором по настоящее время является генеральным директором.