Нина ВАХНИНА: мы намерены защитить свои права интеллектуальной собственности и доказать свои преимущества в честной конкурентной борьбе

60Рубрика | Правозащита

Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ

Фото | Александр ДАНИЛЮШИН

Известный инновационный предприниматель, создатель и генеральный директор компании «Интерсити» Нина Вахнина несколько лет назад столкнулась с тем, что распространение ее инновационных разработок оказалось заблокировано из-за недобросовестной конкуренции.

ОАО «РЖД» в результате несовершенных тендерных механизмов сделало выбор в пользу спекулятивных предприятий, не способных решить проблемы железнодорожной безопасности. Эти предприятия тихой сапой незаконно использовали разработки «Интерсити», не обеспечивая надлежащего качества и функциональности.

К сожалению, защита интеллектуальной собственности и страховой контроль на железнодорожном транспорте пока не на уровне, что и дает возможность процветать «серому» бизнесу в сфере безопасности.

— Нина Александровна, «Интерсити» долгие годы была одним из лидеров в сфере создания и обслуживания автоматизированных систем управления и обеспечения безопасности подвижного состава железнодорожного транспорта…

— «Интерсити» — компания, работающая с 1992 года в сфере создания комплексных систем безопасности и управления подвижным составом железнодорожного транспорта. И, кстати, не только железнодорожного: наши системы устанавливаются и успешно работают также на троллейбусах, трамваях. В частности, мы оборудовали нашими системами трамвайно-троллейбусный транспорт в Татарстане, Казахстане, странах Балтии…

Но, конечно, в первую очередь «Ин­тер­си­ти» работала и работает для российских железных дорог. Мы авторы ведущей оте­чественной разработки в области систем безопасности и управления — комплексной системы безопасности «ПРИЗ»: было предложено несколько ее поколений.

Она абсолютно конкурентоспособна с системами ведущих мировых производителей — таких как Siemens, Alstom, Bombardier. Я была на их заводах, знакомилась с их производственными процессами, и нам удалось наладить производство компонентов нашей системы на столь же высоком уровне. Система «ПРИЗ» награждена в 2012 году Правительством России как лучшая российская инновационная разработка.

Эта система стала по-настоящему знаменитой на российском железнодорожном транспорте. Несмотря на то что в силу обстоятельств, на которых я еще остановлюсь, нас в значительной степени выдавили с рынка, нашу систему до сих пор помнят и готовы с нами работать — как заводы-производители, так и железные дороги.

«Интерсити» получены восемь патентов на систему «ПРИЗ», причем международных патентов, защитой обеспечены все фирменные наименования. В ноябре прошлого года, несмотря на все трудности, мы получили в Лондоне последний, восьмой патент — патент на интегрированную систему безопасности. Весной этого года пришел документ о том, что система запатентована, моему патенту присвоены коды. Осталось только получить последнее свидетельство, и комплекс патентной защиты нашей интеллектуальной собственности будет выстроен.

— Давайте сразу уточним: на кого офор­мле­ны патенты?

— На меня — Вахнину Нину Алек­сан­дров­ну: все восемь патентов.

— А что за трудности возникли в вашей деятельности несколько лет назад, с чем они связаны?

— В один прекрасный день, в 2009 году, мы обнаружили в системе электронных торгов объявление о проведении тендера на обслуживание систем безопасности в рамках всей системы ОАО «РЖД». Мы подали заявку на этот тендер, но получили письмо от тендерного комитета следующего содержания: торги проводятся по поводу сервисного обслуживания систем, работающих на стационарных объектах, а, поскольку вы занимаетесь системами для подвижного состава, вашу заявку мы принять не можем. Письмо это у нас сохранилось.

Проходит тендер, и выясняется, что заявку на него подавала одна-единственная организация — ЗАО «Отраслевой центр внедрений (ОЦВ)». Причем тендер проводился на сервисное обслуживание систем безопасности как на стационарных, так и на подвижных объектах!

Дальше ОЦВ подписывает договор с ОАО «РЖД», и после этого прекращается всякое сотрудничество с нашей компанией всех железных дорог страны.

— Одним, по сути незаконным, тендером вам полностью закрыли рынок сервисного обслуживания, в том числе ваших собственных систем?

— Да. Но это было только начало.

Разработка и производство систем безопасности по-прежнему оставалось у «Ин­тер­си­ти». И тогда в отношении нашей компании организуется целая система мер воздействия с помощью правоохранительных органов.

К нам в 2009–2010 годах пришли с проверками все, кто только мог прийти, вплоть до участкового уполномоченного с проспекта Мира, где я живу, который, оказывается, по Закону «О полиции» имеет право выяснять все, что касается моей предпринимательской деятельности.

Было возбуждено несколько уголовных дел в отношении меня по самым фантастическим основаниям. Например, на том, что мы привлекали в свободное время по трудовому контракту рабочих железнодорожного депо и этим нанесли материальный ущерб этому депо; что мы выставили цену не на основании некоей калькуляции, выработанной в недрах ОАО «РЖД», и тем самым также нанесли ущерб российским железным дорогам, хотя во всех договорах черным по белому написано: договорная цена…

Проверка за проверкой, проверка за проверкой! Не было недели, чтобы нас не проверяли фискальные структуры, у нас не затребовали документацию те или иные дороги! Компанию стали откровенно «кошмарить». Уж не знаю, кто за этим стоял.

Сотрудники, видя это, побежали из компании. Сторонние компании готовы были предложить нашим специалистам, прежде всего разработчикам и тем, кто взаимодействовал с заводами-изготовителями, зарплату на 20–50% выше.

В результате 80% специалистов перешло в другие компании с документацией, поскольку у них к ней был доступ, с соответствующими знаниями, наработанными в нашей компании, связями с заводами-производителями. Ушли мои заместители, коммерческий директор.

Параллельно вокруг нашей фирмы стали виться адвокаты, обещавшие «решить вопрос» с правоохранительными органами. Цена вопроса: поездка к следователям — 5 тыс. евро, уладить ту или иную проблему — 40 тыс. евро… Но уголовные дела продолжались, их никто не собирался прекращать. Как я теперь понимаю, как раз потому, что адвокаты были в доле.

И только новый адвокат, найденный через людей, которым действительно можно доверять, постепенно сумел прекратить все дела против меня — одно за другим. Как безосновательные.

Однако это не значит, что для фирмы наступила спокойная жизнь. Мы на определенном этапе приобрели в полиции и следственных органах статус подозреваемого во всех смертных грехах. Последний раз в 2012 году ко мне приходили следователи с вопросами по поводу мошеннической фирмы из Сибири, которая якобы занималась поставкой стендового оборудования для наших систем. А по системам, о которых шла речь, вообще не требуется стендовое оборудование… Следователи подозревали, что это я стою за этой компанией.

Но тем не менее вал претензий к нам со стороны правоохранительных органов постепенно стал спадать. Это как в одной притче. Царь послал собирать дань со своих подданных. Приказчики ему докладывают: «Люди плачут!» Тогда царь во второй раз послал собрать дань. Ему докладывают: «Люди молчат!» Он в третий раз послал за данью, а на этот раз ему докладывают: «Они смеются!» — «Значит, — говорит царь, — теперь у них точно ничего нет».

— Какова была цель атаки на компанию?

— Уничтожить нас как игрока рынка, лишить способности сопротивляться — финансовой и физической. И к цели атакующие были близки: я надолго оказалась в госпитале и до сих пор еще полностью не оправилась от нервного срыва и сопутствующих ему проблем со здоровьем.

В «серой» ситуации как минимум воспользоваться нашими наработками и интеллектуальной собственностью, а как максимум забрать их себе. Мне предлагали деньги за продажу патентов и прав на торговые наименования. А я прекрасно понимала, что, как только продам их, уничтожу свой бизнес.

Меня решили не «ломать», а просто игнорировать, учитывая, что я не имела ресурсов для защиты. Пока мы разбирались с проблемами, возник целый ряд компаний, объявивших себя разработчиками систем, очень напоминающих «ПРИЗ».

Во многих случаях там оказались бывшие инженеры из «Интерсити». Они принесли документацию и заявили себя в качестве авторов разработки. Но дело в том, что все наши разработки находятся под патентной защитой. Если кто-то и принимал в них участие в качестве разработчика, он выполнял эту работу в рамках производственного задания компании «Интерсити». Это служебные разработки, распоряжаться которыми специалисты не имеют права.

Однако это происходит. И по ряду имеющихся сегодня на рынке разработок в качестве владельцев интеллектуальных прав на них указаны бывшие инженеры «Интерсити», что незаконно. По другим системам используется наименование изделия, до степени смешения похожее на наше. Это также незаконно: торговое наименование нашей системы и всех ее поколений защищено.

Например, одна из компаний использует наименование ССЗН-И-Электроника: ССЗН-И — наименование второго поколения системы «ПРИЗ», а «Электроника» — добавление со стороны этой фирмы. Тем самым незаконно задействует репутационный ресурс нашей системы. На Северо-Кавказской железной дороге, где, в частности, применяется данная система, нам честно сказали, что так разработчикам (или якобы разработчикам) посоветовали назвать свою «продукцию» некоторые специалисты в ОАО «РЖД».

— Можно ли считать, что это политика ОАО «РЖД»?

— На мой взгляд, это политика отдельных лиц в ОАО «РЖД».

После атаки на нашу компанию, нашего выдавливания с рынка возникла фактически целая отрасль на славе нашей системы «ПРИЗ», которую знают все. Но эта отрасль производит контрафактную, как правило, некачественную продукцию, не соответствующую тем практически целиком скопированным у нас ТУ, которые заявляются так называемыми разработчиками.

— А сколько их, этих псевдоразработчиков?

— Мне известны три компании. Я не готова категорически утверждать, что представленные ими разработки копируют «ПРИЗ», однако то, что есть вопросы к их системам, к документации на них (к той части, с которой мне удавалось ознакомиться), с точки зрения соблюдения наших прав интеллектуальной собственности, несомненно. Они очень напоминают документацию нашей системы и структурно, и идеологически, но не соответствуют качеству изготовления и функционирования нашей оригинальной системы. Там, к примеру, устанавливаются блоки, которые покупаются чуть ли не в магазинах бытовой техники. Они не соответствуют заявляемым ТУ, система с ними не может корректно работать.

— Что происходило с вашими системами безопасности, установленными на электропоездах многих железных дорог, на локомотивах? И безопасностью подвижного состава вообще?

— Мы перестали их обслуживать. Но при этом нас как производителей время от времени вызывают на инциденты с транспортными средствами, оборудованными нашей системой. Так, в 2013 году меня вызывали на пожар поезда. Мы сняли «черный» ящик — он предусмотрен в нашей системе — и выяснили, что система не была включена в эксплуатацию.

Когда я выезжала по другим вызовам на инциденты, становилось понятно: происходила переброска блоков. Дело в том, что в нашей системе установлена дополнительная память, в которой фиксируется история блоков. Проанализировав эту информацию, мы и установили факт переброски. Системы были разукомлектованы, фактически не функционировали — фигурировали в электропоездах и локомотивах «для мебели».

Сейчас формируются два крупных оператора локомотивного парка. Я по их просьбе анализировала локомотивы, которые туда передаются. Из 40 локомотивов, которые мы осмотрели, ни в одном система безопасности не функционирует — ни в одном!

Накануне Универсиады в Казани я в сотрудничестве с одним из наших поставщиков столкнулась с ситуацией: из 19 эксплуатировавшихся в рамках проекта поездов, оборудованных системой безопасности, ни одна из них не прошла межведомственные испытания, по ним не согласованы ТУ, не были получены сертификаты и лицензии.

Ситуация с безопасностью и функционированием систем безопасности на железнодорожном транспорте сложилась, мягко говоря, сложная. Для меня удивительно, что страховые компании не бьют тревогу по этому поводу.

Не менее удивительно то, что на эту проблему не обращает внимания Рос­транс­над­зор, который несет ответственность за транспортную безопасность. До первого резонансного пожара или катастрофы?

В наших планах — защита нашей интеллектуальной собственности. До сих пор наши попытки отстоять свои права в прокуратуре и других государственных органах не имели успеха. Мы, несмотря на затраты, намерены защищать свои права в судебном порядке.

— В каких секторах рынка вы сейчас работаете?

— Прежде всего работаем по коммерческому железнодорожному транспорту. Муниципальный транспорт от нас «ушел». Как только появилась информация о том, что у нас есть трудности, в высоких кабинетах от нас отвернулись. А предприятия коммерческого транспорта не зависят от мнений в высоких кабинетах — их интересуют качество и эффективность. Мы в состоянии дать им и то, и другое.

При этом мы предложили современную модель обслуживания — по абонентскому договору. Традиционная модель сервисного обслуживания очень сложна и дорога: требует регулярного присутствия представителей заводов-изготовителей. Современные высокотехнологичные серийные системы не нуждаются в таком обслуживании — здесь достаточно квалифицированного персонала и своевременной передачи знаний.

Наше абонентское обслуживание — это круглосуточное консультирование, периодический аудит, обучение персонала — как нового, так и регулярное переобучение имеющегося с последующей аттестацией. Такой договор у нас, например, с компанией «Аэроэкспресс». Надеемся на расширение этого бизнеса. Как я уже сказала, в частности за счет новых компаний-операторов локомотивного парка, которые проявляют к сотрудничеству с нами большой интерес. На заводах-производителях нас помнят хорошо, так что восстановить объемы производства системы «ПРИЗ» мы сможем.

Кроме того, я занялась сельским хозяй­ством — постоянно живу за городом во многом для восстановления здоровья. Пока производим продукцию в основном для себя и друзей, но постепенно выйдем на товарные объемы.

— То есть вы настроены оптимистически, настроены развиваться?

— Да. Как говорится, все, что нас не убивает, делает нас сильнее. Так и с нашей компанией. Б

 

 

Производственно-коммерческая фирма «Интерсити» была создана в 1992 году. С того же года занимается производством систем охранно-пожарной сигнализации и информационного (речевого и текстового) обеспечения. Это системы «ПРИЗ», ССЗН-И, «ПРИЗ-И», «ПРИЗ-О».

Фирма накопила уникальный опыт разработки, производства, монтажа, гарантийного и послегарантийного обслуживания. Важной особенностью систем «Интерсити» является их безотказная работа в условиях усиленной вибрации, резких перепадов температур и влажности.

 

 

Вахнина Нина Александровна, создатель, владелец и генеральный директор производственно-коммерческой фирмы «Интерсити».

Окончила Московский институт советской торговли, Российскую академию государственной службы при президенте РФ, Академию государственной противопожарной службы МЧС РФ.

Работала в организациях торговли, в ряде коммерческих и общественно-политических структур. В 1992 году основала компанию «Интерсити».

Замужем, три дочери и шесть внуков.