Оксана КОНДРАТЮК: трудности придают нам сил

38-41Рубрика | Главная тема

Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ

Фото | Александр ДАНИЛЮШИН

Генеральный директор торговой компании «ОЕК-Холдинг», эксперт нашего журнала (см. ее интервью в №№9, 5/2013, 1/2014.) Оксана Кондратюк уверена, что геополитический кризис стимулирует российское правительство и бизнес всерьез заняться подъемом отечественного производства в промышленности и сельском хозяйстве.

— Оксана Евгеньевна, какие ощущения у вас от состояния вашего рынка — рынка оптовой торговли реагентами для очистки воды — и российского рынка в целом?

— Ухудшение конъюнктуры заметно. Такое впечатление, что большинство покупателей поставило свои покупки на паузу — делает только самые необходимые приобретения, тем более что и на валютном рынке ситуация не очень стабильная. Олимпиада, которая была связана с большими затратами, потом сразу украинский кризис… Все это негативно сказалось на спросе.

— Плюс вывоз капитала…

— Да. Сегодня происходит отток капитала с российского финансового рынка. Он то ускоряется, то замедляется, но объемы выведенных средств уже очень велики. Это связано с паническими настроениями портфельных инвесторов, с риском новой волны санкций стран Запада. А также с сознательной игрой американских, например, властей на понижение стоимости российских активов и еще с понижением рейтингов России, субъектов Федерации и российских компаний глобальными рейтинговыми агентствами, лишенным каких бы то ни было финансовых
причин.

Мне кажется, инвесторам нужно остановиться, взвесить все за и против и только потом принимать решения. И всем сегодня надо поступить также — и политикам, в том числе западным, и деловым людям. Посмотреть на реальную ситуацию, отбросить эмоции и лишь затем делать заявления и принимать решения.

У западных политиков, особенно парламентариев, с этим проблемы: мы видим настоящую вакханалию осуждения России, при этом нет даже намека на желание разобраться, что же на самом деле происходит. Я по второму образованию психолог и могу сказать: неврастеничность очень чувствуется.

Противовесом этому является спокойная, взвешенная позиция представителей России — Владимира Владимировича Путина, Сергея Викторовича Лаврова, российского правительства в целом. Наши не отвечают на ругань, они отказываются парировать санкции санкциями. Абсолютно уравновешенны и, кстати, этим успокаивают рынки.

К сожалению, Запад видит ту реальность, какую хочет видеть: агрессивную Россию, которая порабощает свободолюбивую Украину. Уровень пропаганды на Западе — как во время холодной войны.

Конечно, для Украины путь в Евросоюз связан с такими лишениями, что абсолютно невыгоден без проведения предварительных реформ, в которых может помочь только Россия. Да и само будущее Украины без России — это настоящее Прибалтики, где почти уничтожено собственное производство, а жители вне зависимости от уровня образования работают сервисным персоналом в «главных» европейских странах: Германии, Франции, Великобритании, Италии…

Весь смысл евроинтеграции Украины для ЕС состоит в использовании дешевого (из-за очень низкого уровня ВВП на душу населения) украинского труда в промышленности и сельском хозяйстве, переориентированных на европейские нужды. При этом понятно, что путь к евроинтеграции обусловлен огромными социальными потрясениями. Мы помним, какие выступления были в России во время монетизации льгот. А здесь предполагается разом несколько мер, сопоставимых по своему социальному воздействию: и радикальное повышение цен на газ, и отмена дотаций, и болезненные реформы целого ряда социально значимых отраслей, и резкое падение объемов продукции, которая ранее была ориентирована на рынок России.

— Есть ли потери среди ваших поставщиков и клиентов?

— Единственное, чего мы лишились, — это поставок с Украины. Украинские производители перестали поставлять товар отчасти по экономическим, отчасти по политическим соображениям. Но потеря совершенно некритична, мы ее тут же заместили в нашем предложении товарами российского производства, производства стран СНГ и китайского. То есть от разрыва сотрудничества потеряла больше украинская сторона. По остальным категориям поставщиков изменений нет.

— И цены поставки не поднялись, несмотря на тенденцию к удорожанию импортных товаров?

— Нет, для нас не поднялись. Правила на нашем сегменте рынка задает Китай, поставки оттуда не зависят от курса рубля к доллару и евро, а значит, и другие поставщики вынуждены подстраиваться под китайские цены.

— То есть можно сказать, что ситуация пока спокойная?

— Ситуация не смертельная, но позитивно ее оценить трудно. Наша экономика вступила в период серьезных испытаний, наверняка они продлятся не один месяц. Однако я оптимист: уверена, что преодоление этих препятствий сделает нас сильнее.

— Как стимулировать спрос в российской экономике?

— Прежде всего создать условия, чтобы росла заработная плата и прибыль предприятий. Эксперты предлагают регрессивную шкалу налогообложения заработной платы и прибыли. А самое главное — нужно увеличивать объем производства в промышленности, сельском хозяйстве, тогда ситуация сбалансируется.

— Что делать, для того чтобы восстановить рост в российской экономике? Переориентироваться на сотрудничество с восточными странами?

— На мой взгляд, надо брать за образец Восток, тот же Китай, — становиться самодостаточной экономикой. Китай проводит очень самостоятельную политику. Совсем недавно у него был территориальный конфликт с Японией. Кто-нибудь когда-нибудь слышал, чтобы против Китая кто-то предлагал ввести санкции? Нет, потому что это немыслимо — это мощная и самодостаточная страна: на нее невозможно повлиять с помощью санкций.

А мы им очень подвержены, потому что наша экономика — экономика поставки разнообразных ресурсов и потребления импортных товаров. Курс на потребительскую в значительной степени экономику, который проводился и даже усиливался в последние годы, в том числе вступлением в ВТО. В этом смысле ВТО сослужила нам дурную службу, не принеся дивидендов, на которые рассчитывали. Она сделала невыгодным создание производства высокотехнологичной техники в России — ее дешевле импортировать, потому что торговых барьеров больше нет. И при этом дала нашим торговым партнерам мощный инструмент для давления на Россию.

Сейчас против России инициируется уже второй суд за «нарушение правил ВТО» — и наверняка не последний. Западные страны, особенно США, довольно активно используют нетарифные ограничения, весьма вольно обращаясь с правилами ВТО, а все попытки применять их с нашей стороны блокируют. В Соединенных Штатах, например, сами американские корпорации устанавливают массу дополнительных условий для начала работы с ними со стороны иностранных компаний. А санкции против банка «Россия» и СМП Банка — как они вяжутся с правилами ВТО?

Россия собирается подать на США в суд ВТО за эти санкции, но у меня мало надежды, что суд окажется на нашей стороне или к моменту суда санкции не трансформируются из официальных в негласные. Как говорится, что позволено Юпитеру, не позволено быку.

— Что делать России в такой ситуации? Выходить из ВТО?

— Нам нужно если и не выходить из ВТО, то научиться вводить «тонкие» ограничения, например в форме воздействия на потребительские предпочтения. Научимся пользоваться такими формами воздействия — появится очень мощный инструмент торговой политики.

Нашей стране жизненно необходим акцент на производство промышленных и сельскохозяйственных товаров. И сейчас наконец возник стимул, для того чтобы провести структурные реформы. Так что, полагаю, сложившаяся ситуация нам на руку.

России надо возрождать заводы, собственное производство. Зачем нам покупать товары в Китае и отправлять деньги в КНР, если мы имеем возможность оставлять их в России? В том же самом химическом производстве, которое я хорошо знаю по прошлой своей биографии, у нас богатейшие традиции.

Мы можем использовать тот же китайский опыт — там сегодня в массовом порядке строятся заводы — в расчете на будущий спрос, само это строительство поддерживает экономический рост в КНР. В Китае максимально облегчен режим открытия малых и средних предприятий.

Разумеется, невозможно развивать все отрасли сразу — нужно не за все подряд хвататься, а наметить ключевые точки и делать акцент на них. Поддерживать те отрасли, которые показывают максимальное развитие. Например, строительная индустрия, импортозамещение в машиностроении. Или то же самое сельское хозяйство.

Сегодня ситуация в агрокомплексе в целом гораздо лучше, чем несколько лет назад. Отрасль, как заметил недавно премьер-министр Дмитрий Анатольевич Медведев, стала драйвером экономического роста в стране. Но есть целый ряд сегментов, которые плохо развиваются. Это и инвестиционно емкие животноводство, в частности, выращивание крупного рогатого скота мясных пород, и овощеводство… Мы в магазинах видим прежде всего импортные овощи — выращивать овощи в России нашим фермерам и крупным хозяйствам часто оказывается невыгодно. Потому что рынок продовольственной торговли чрезвычайно монополизирован. И другие условия развития зачастую отсутствуют: очень высоки затраты на ГСМ, в стране нет центров современного производства сельхозтехники…

— Но для того чтобы развивать промышленность и сельское хозяйство, нужны инвестиции и стимулирование вложений компаний в развитие бизнеса?

— Безусловно. России необходимо создать очень благоприятный инвестиционный и бизнес-климат, причем достаточно быстро. Первый вице-премьер Игорь Шувалов заявил, что налоговое бремя в ближайшие несколько лет точно не будет увеличиваться. Это позитивный сигнал, но его недостаточно.

— Как это лучше сделать, с вашей точки зрения?

— Прежде всего сформировать максимально благоприятный «интерфейс» для инвесторов в регионах и муниципалитетах, отдать на территории полномочия убирать и снижать административные барьеры. У нас есть субъекты Федерации, крупные муниципалитеты, где предложены условия, чрезвычайно привлекательные для инвесторов, где помогают решать все проблемы компаний, которые готовы вложить средства в развитие территорий. Это и Калужская область, и Татарстан, и Подмосковье — как регион в целом, так и отдельные муниципалитеты. Важно тиражировать их опыт, доводить до других регионов лучшие практики работы с инвесторами.

Следующий этап — налоговый. Больше налогов надо отдавать на места, хотя бы по формуле 50 на 50 — 50% идет в федеральный бюджет, 50% остается в регионе. В рамках своей налоговой квоты регионы должны получить право снижать налоги, устраивать налоговые каникулы. Нужны и федеральные налоговые льготы для Дальнего Востока, Забайкалья, Восточной Сибири, Крыма — и они сегодня постепенно вводятся.

Кроме того, необходимы усилия федерального правительства по поддержке крупнейших инвесторов. Ныне такие усилия предпринимаются. Вы знаете, что президент лично встречается с главами крупнейших мировых компаний, имеющих интересы в России, предлагает им эксклюзивные условия? Это очень важно. Но не менее важно и создавать условия для массовых инвестиций.

Во-первых, для возврата средств российского бизнеса, выведенного в иностранные юрисдикции, они должны возвращаться без каких-либо штрафных санкций, кроме того, нужны внутренние офшоры: такие как Крым, Калининградская область, может быть, Приморский край. Во-вторых, для реинвестирования прибыли российских компаний.

В этом очень поможет регрессивное налогообложение прибыли (о нем я уже упоминала) и расширение права относить на затраты тех или иных товаров или услуг, приобретаемых компаниями. На мой взгляд, надо позволить все, что покупает юридическое лицо, относить на производственные затраты. Эффективная и публичная компания, работающая в конкурентной среде, не станет покупать предметы роскоши для первых лиц.

Плюс к этому необходимо обеспечить более или менее сбалансированный рост по регионам России. Сегодня много говорится об инвестициях в Крым, о развитии Крыма. Но мы и центральную часть России не можем оставить без контроля, не говоря уже о Сибири и Дальнем Востоке, которые нуждаются в первостепенном внимании.

— Какой вы видите роль предпринимательских объединений?

— Она связана с тем, что люди, работающие в реальной экономике, в тех или иных отраслях или сегментах, гораздо лучше понимают ситуацию, чем многие чиновники. Они обязательно должны привлекаться к формулированию экономической, промышленной, торговой политики…

На мой взгляд, нынешний геополитический и экономический кризис явился моментом истины для нашей страны. Трудности всегда придают нам сил. Данный кризис должен стать и, уверена, обязательно станет стимулом, для того чтобы наша страна выработала и реализовала новую модель экономического развития: опора на собственные силы и максимальная поддержка собственного производственного потенциала. Лишь реализовав эту модель, Россия сможет стать сверхдержавой не только в политическом смысле, но и в экономическом. Б

 

 

Кондратюк Оксана Евгеньевна родилась в городе Дзержинске Нижегородской области.

В 1995 году окончила Московский государственный строительный институт по специальности «Промышленное и гражданское строительство». В ноябре 1996-го поступила на работу в воинскую часть под Дзержинском.

В июне 2001 года основала свою первую фирму, позднее преобразованную в ООО «ОЕК-Холдинг», генеральным директором которой является до сих пор.

В настоящее время проходит обучение в РАНХиГС при президенте РФ.

21 марта 2013 года ООО «ОЕК-Холдинг» получило звание «Лучшее предприятие года — 2012».

6 декабря 2012 года стала лауреатом Всероссийской премии «Финансово-экономический олимп — 2012».

Воспитывает дочь.