Оксана КОНДРАТЮК: главное в условиях ВТО — сформировать современный кадровый потенциал

70-73Рубрика | Международная торговля

Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ

Фото | Александр ДАНИЛЮШИН

Генеральный директор торговой компании «ОЕК-Холдинг», эксперт нашего журнала (См. интервью О. Кондратюк в №№9, 5/2013.) Оксана Кондратюк убеждена, что России нужна серьезная программа адаптации к условиям работы в ВТО.

— Оксана Евгеньевна, Россия уже больше года в ВТО. Как вы оцениваете результаты нашего вступления, ситуацию в российской экономике?

— К сожалению, тема ВТО в нашей стране сейчас активно не обсуждается: как пелось в песенке, «все хорошо, прекрасная маркиза» — так мы сами себя успокаиваем. Хотя ситуация далеко не идиллическая.

Если и говорят о последствиях вступления России в ВТО, то говорят как о покойнике — только хорошее. В частности, о том, что у потребителей появился больший выбор товаров и услуг (хотя что-то не видно понижения цен на потребительском рынке, которое нам обещали), о том, что усилилась конкуренция…

Но в целом мы проиграли: проиграл бюджет, который лишился значительной доли таможенных пошлин, снизился инвестиционный потенциал — объем прямых инвестиций в российскую экономику, потому что очень многие товары после снижения таможенных барьеров стало проще ввозить в страну, чем производить на ее территории. Проиграли бизнес и, кстати, потребители, потому что цены на энергоносители вскоре, согласно условиям нашего соглашения о вступлении в ВТО, вырастут до уровня общемировых.

И конечно, потребители, как и вся экономика, проигрывают от того, что страдает российское производство потребительских, в том числе продовольственных, товаров — более экологически чистых, свободных от ГМО. Мы рискуем потерять собственное производство товаров для потребителей.

Опросы предпринимателей, проводившиеся к годовщине вступления России в ВТО, которая была в конце августа 2013 года, говорят о том, что бизнес разочарован вступлением России в ВТО. Strategy Partners Group, консалтинговая компания Сбербанка, провела опрос двух тысяч владельцев и топ-менеджеров российских компаний с годовым оборотом более $100 млн. Более половины опрошенных сказали, что они ожидали позитивного воздействия на российскую экономику, однако сегодня больше 50% из них не замечают вообще никаких изменений, тогда как 32% полагают, что это влияние является негативным.

— То есть мы зря вступили в ВТО?

— Мы вступили недостаточно подготовленными, несмотря на 18 лет подготовки. Нам нужно было лучше подготовиться, создать условия, институты, сформировать кадровый потенциал для работы в условиях глобального рынка — и только потом вступать.

В самой ВТО нет ничего негативного: ВТО — это фактически синоним глобальной конкуренции. Мы все, представители бизнеса, прекрасно понимаем, что конкуренция жизненно необходима для развития. Каждый предприниматель должен любить конкуренцию, если, конечно, он настоящий предприниматель.

Но соревноваться нужно честно, а для этого понимать правила соревнования, технику работы на современном глобальном рынке. Разговоры из серии «пусть выживет сильнейший!» в этом смысле лукавые. Пока мы не понимаем, как соревноваться, пока не умеем этого делать, мы рискуем потерять очень крупные сегменты российской промышленности, сельского хозяйства, сервисной, банковской сфер. И, к сожалению, переходные меры адаптации к ВТО, действующие сегодня, не решают большинства проблем.

Трудность разработки и принятия решений в нашей стране состоит во многом в том, что в этом процессе у нас доминируют теоретики — хорошие теоретики, знающие, не такие, как были в начале 90-х годов. Но все-таки теоретики довольно наивные, не всегда способные оценить, каким образом то или иное решение ляжет на российские реалии. То есть качество решений связано с кадровой ситуацией в государственных ведомствах, отвечающих за экономическую политику, и высшем менеджменте крупнейших государственных корпораций.

Тем более что «по ту сторону» работают люди далеко не наивные. Там все очень специфично. Недавно я вместе с другими слушателями Академии народного хозяйства и государственной службы при президенте России участвовала во встрече с одним евросоюзовским юристом: в его речах — масса лозунгов, «воды», камуфлирующих правовую эквилибристику, используемую для максимальной защиты своих интересов и рынков.

— Какие отрасли, на ваш взгляд, выиграли от вступления в ВТО, а какие проиграли?

— Никто не выиграл! Нефтегазовая отрасль не пострадала, но она и так не была внакладе. Для нее ничего не изменилось: барьеров для нее не существовало.

Главными лоббистами вступления в ВТО были металлурги, которым мешали западные барьеры для импорта. И что, барьеры упали после вступления? Ничего подобного! Они просто реализуются теперь более изощренными способами. Хотя мы для иностранных сталеваров и поставщиков продукции из цветных металлов ворота открыли настежь.

В машиностроении ситуация тяжелая: производить автомобили, тракторы, сельхозтехнику, технологическое оборудование стало невыгодно, выгоднее ввозить. Технологический сектор умирает.

Усиливается экспансия западных финансовых институтов. Торговля, сфера услуг также находятся далеко не в лучшем состоянии.

В сфере моей профессиональной деятельности – торговле — массово создаются дочерние компании мировых торговых корпораций — резиденты России. Однако при этом никто не ограничивает их в продаже товаров, произведенных не на территории нашей страны, и найме специалистов из-за рубежа — свободный рынок!

Но главный пострадавший — АПК. Сегодня мы становимся открытым рынком для глобальных сельскохозяйственных и продовольственных товаров — и товаров зачастую не самого высокого качества. Скажем, в производстве сельхозпродукции в мире широко используются пестициды, генная инженерия. При этом генно-модифицированные растения даже не могут воспроизводиться самостоятельно: для их воспроизводства нужно закупать семена у производителей.

Для здоровья, говорят нам, такие растения или продукты питания не вредны, но на самом деле все последствия использования ГМО не изучены. Чем это чревато? Какими-то генетическими аномалиями, болезнями? Мы должны защищать наш рынок от таких товаров, по крайней мере потребитель должен осознавать, что он употребляет в пищу…

Ситуация в сельском хозяйстве тяжелая: в 2012 году на его поддержку было выделено 9 млрд рублей, из них только 5,5 млрд рублей освоено: просто некому осваивать — нет достаточного количества работающих компаний, которым можно доверить эту финансовую поддержку. В 2013 году из 8 млрд тоже около 5 млрд были освоены.

Сельхозпредприятия задавлены отсутствием инвестиционных возможностей, кредиты очень дорогие, развиваются только предприятия с коротким инвестиционным циклом.

Начавшаяся стагнация в российской экономике обостряет проблемы, связанные с ВТО. Каждый сектор сегодня чувствует стагнацию. В общении с коллегами мы постоянно обмениваемся, у кого и на какой уровень упал спрос…

— Что же делать? Выходить из ВТО?

— Пути назад, разумеется, нет — прецедентов выхода из ВТО в мире почти не существует. За всю историю этой организации только одна малюсенькая страна из нее вышла. Притом что в ВТО на сегодняшний день состоит 159 стран мира: почти весь земной шар. Да нас никто и не отпустит — слишком велик и емок российский рынок…

Хорошо, что мы развиваем параллельно ВТО Таможенный союз, расширяем эту организацию, формируем единое торговое пространство. Но и в самой ВТО нужно работать более активно. При этом основываться на опыте Китая, который научился очень успешно реализовывать свои интересы с помощью ВТО на международном рынке и при этом эффективно защищать внутренний рынок, а также опыте США и Евросоюза.

Для того чтобы адаптироваться к условиям Всемирной торговой организации, нужны сильные институты, кадры. Нужно знание, как пользоваться механизмами защиты — международными и внутри страны. А у нас до декабря 2013 года не было даже представительства при ВТО!

Необходимо ускоренными темпами формировать и такое представительство, и департамент по взаимодействию с ВТО в Минэкономразвития, и аналитические центры по данной проблеме. ВТО влияет на ситуацию в десятках отраслей нашей экономики, значит, каждой из них надо предметно заниматься!

Президент Владимир Владимирович Путин в своем Послании к Федеральному собранию заявил о необходимости разработки дорожной карты по поддержке экспортеров — это шаг в верном направлении.

Далее. Нам необходимо использовать внутренние инструменты для поддержки производителей, прежде всего создавать условия для инвесторов на территории отдельных регионов, муниципалитетов. А на уровне всей страны восстанавливать техническое и санитарное регулирование по всем сферам: сегодня его почти нет.

Технические и санитарные требования нужно сначала прописать, систематизировать, принять в виде законов, довести до иностранных поставщиков. Но после этого все товары, которые поступают на российский рынок, должны проходить аккредитацию на соответствие российским требованиям.

И в случае несоответствия не надо стесняться закрывать для них рынок. У нас отправили в отставку главу Рос­по­треб­над­зора Геннадия Онищенко во многом за то, что он не стеснялся пользоваться методами такого регулирования. А на мой взгляд, нужно применять его опыт более широко, и применять его другим ведомствам.

Кроме того, необходимо научиться тонко влиять на предпочтения потребителей. Объяснять потребителям, что приобретать следует продукцию сельскохозяйственную, продовольственную, произведенную в собственном регионе. Только в этом случае можно гарантировать натуральность продуктов, то, что в них не будут использоваться консерванты, они будут свободными от ГМО…

Мы проигрываем глобальным производителям по маркетинговым программам. Например, российские производители шоколада не могут сравниться по масштабам маркетинговой поддержки с корпорацией Mars. Реклама продукции Mars — из каждого утюга, Mars наладил производство на территории России.

Конечно, требуется учить российские корпорации маркетинговой работе, асимметричным шагам в маркетинговых кампаниях. Но следует отдавать себе отчет: финансовую мощь глобальных корпораций, работающих на потребительском рынке, мы все равно не сможем компенсировать без помощи со стороны государства. Если же мы будем продолжать играть в рынок, потеряем целую отрасль пищевой промышленности. Так же, как и другие потребительские отрасли: производство парфюмерно-косметических товаров, лекарств, бытовой химии, бытовой электроники…

Необходима комплексная программа подъема российского сельского хозяйства. Бразилия вынуждена вырубать леса, для того чтобы увеличивать площадь посевных площадей, а мы имеющиеся площади не используем, даже в Черноземье! В черноземной зоне у нас пустые поля. Как же нужно не любить свою страну, чтобы настолько равнодушно смотреть на то, что происходит на селе?

У России колоссальные возможности для развития аграрного сектора, которые мы не используем и наполовину. По некоторым прогнозам, Российская Федерация за счет своего сельскохозяйственного производства в состоянии обеспечить продуктами питания 1,2 млрд жителей планеты.

Происходит сокращение численности персонала, занятого в сельском хозяйстве, отнюдь не за счет повышения его эффективности, а за счет сокращения объемов производства. Пустеют все новые и новые деревни. Люди переезжают в города, но им очень трудно адаптироваться к городской жизни. В лучшем случае они устраиваются в торговле, образуя люмпенский слой, представляющий потенциальную опасность для общества. Чтобы этого не происходило, нужно дать людям работу на селе…

Не менее важно обеспечить серьезную поддержку производства в моногородах и крупных индустриальных центрах. Без поддержки, развития собственного промышленного и сельскохозяйственного производства мы из субъекта глобального рынка превратимся в объект — станем зоной исключительного потребления.

В России совершенно не раскрыт потенциал туризма. У нас десятки мест, которые могли бы стать глобальными туристическими центрами. Это и Байкал, и Горный Алтай, и Урал… В Астраханской области есть озеро Баскунчак — оно ничуть не хуже израильского Мертвого моря. Сочи после Олимпиады имеет все шансы стать глобальным туристическим объектом.

При этом, конечно, нужно развивать современную сервисную культуру. И здесь важно привлекать в том числе менеджеров из Европы, которые могут наладить такую культуру. Если это удастся сделать, наши курортные центры дадут фору любой Италии.

Но, наверное, самое главное для работы в условиях ВТО — сформировать современный кадровый потенциал. И в бизнесе, и в органах власти, особенно тех, что определяют экономическую политику. Причем сбалансированный по возрасту и набору компетенций.

Молодежь у нас, с одной стороны, очень продвинутая, знающая языки, экономику. Но, с другой, не очень ответственная, опытная и самое главное — поклоняющаяся культу денег. Опираться только на нее нельзя, нужен баланс представителей разных поколений.

В России есть грамотная профессура, однако при этом она во многом оторвана от реальной экономики. Мало практиков, знающих реальную экономику, умеющих без шор смотреть на нее — и при этом знающих западный инструментарий, умеющих легко работать с ним.

Находить таких специалистов, формировать их в правильном направлении, максимально использовать их возможности для адаптации нашей страны к условиям глобального рынка и есть ключевая задача сегодняшнего дня. 


Кондратюк Оксана Евгеньевна родилась в городе Дзержинске Нижегородской области.

В 1995 году окончила Московский государственный строительный институт по специальности «Промышленное и гражданское строительство». В ноябре 1996-го поступила на работу в воинскую часть под Дзержинском.

В июне 2001 года основала свою первую фирму, позднее преобразованную в ООО «ОЕК-Холдинг», генеральным директором которой является до сих пор.

21 марта 2013 года ООО «ОЕК-Холдинг» получило звание «Лучшее предприятие года–2012».

6 декабря 2012 года стала лауреатом Всероссийской премии «Финансово-экономический олимп–2012».

Воспитывает дочь.