Дефицит статусности

64Рубрика | Строительство

Текст | Николай МИРОНЧИК

Оздоровление экономики после кризиса 2008 года выявило повышенный спрос на строительство промышленных объектов. Однако неожиданно выяснилось, что предложение услуг в этой сфере неспособно его удовлетворить. Промышленное строительство слишком специфичное, чтобы быстро нарастить мощности, — до сих пор выполняется в России силами компаний, вышедших из недр добывающих гигантов в 1990-е, и приглашенных иностранных подрядчиков.

О том, что строительство промышленных объектов в России еще не выделилось в полновесную отрасль, говорит хотя бы отсутствие некоммерческих организаций, которые занимались бы этой проблематикой. Сами строители утверждают: собрать более-менее репрезентативную статистику по этому рынку крайне трудно.

«У нас традиционно главным показателем деятельности строительного комплекса является объем ввода жилья, — говорит советник президента Российского союза строителей Михаил Куликов. — А вот промышленное строительство… Раньше был Госплан, который занимался данными проблемами. Сейчас этого нет — и промышленное строительство разбросано по программам развития различных регионов».

Куликов уверен, что существующие предприятия, и в первую очередь добывающие, строят новые объекты «для себя». И если в жилищном строительстве законодательство обеспечивает прозрачные процедуры проведения конкурсов, то на каком основании выбирается подрядчик в промстроительстве, понять зачастую ­невозможно.

Прошлое

Развал индустрии начался даже не с распадом Советского Союза, а немного раньше — во второй половине 1980-х. Тогда страна уже не могла позволить себе большого количества циклопических строек. Первая половина 1990-х, когда не строилось вообще ничего, лишь довершила этот процесс.

«СССР был великой строительной державой.<…> К сожалению, наша страна не обеспечила преемственности при переходе в рыночную экономику», — пишет в своей книге «Код EPC» бывший директор департамента капстроительства «Сибура», а ныне — независимый аналитик, специалист по промышленному строительству Сергей Мишин.

По мнению Мишина, решающую роль сыграли не только уничтожение мощностей и утрата кадров, но и развал четкой системы интеграции различных аспектов индустриального строительства. Например, почти все западные гиганты промышленного строительства готовы не только спроектировать и построить объект, закупив необходимые для этого материалы и оборудование, но и управлять всеми стадиями реализации проекта до тех пор, пока новое предприятие не выйдет на проектную мощность.

В современной же России самым популярным типом контракта на строительство промобъекта до сих пор остается «контракт 3П»: проектирование, поставка, подряд. Все остальное ложится на плечи заказчика.

Создание крупных добывающих предприятий и рост цен на энергоресурсы подстегнул новое строительство. Сначала в условиях, когда выполнять его было попросту некому — для этих целей привлекались иностранные компании с хорошим реноме. Однако, как говорят свидетели зарождения промышленного строительства в новой России, они показали себя не с лучшей стороны. Приход в Россию в то время полагался сопряженным с огромными рисками. Недостаток опыта при работе с российским законодательством и отечественными огромными расстояниями, особенно в северных регионах с развитой добычей ресурсов, привел к тому, что при часто завышенной стоимости работ для управления российскими проектами были командированы далеко не самые лучшие специалисты.

Настоящее

Спустя более чем 20 лет после распада СССР промышленное строительство в России возрождается, хотя темпы этого возрождения не поспевают за потребностями промышленности в новом строительстве.

По статистике, в общем объеме вводимых в эксплуатацию нежилых зданий доля сооружений промышленности составляет примерно 15% — это если считать по площади или по количеству. Однако по строительному объему они занимают уже более чем 25-процентную долю. Для сравнения: объем зданий коммерческого назначения составляет 29,2% от введенных в эксплуатацию объектов нежилой недвижимости в 2012 году.

По данным Intesco Research Group, по объему введенных в строй в 2012 году промышленных зданий лидируют Тюменская и Свердловская области, у каждой из которых более 7%, за ними следуют Татарстан, Тверская и Кемеровская области (по 5–7%). Активная застройка под промышленные нужды идет в Калуге и Великом Новгороде, а также в регионах, примыкающих к Москве и Санкт-Петербургу. Остальные субъекты Федерации занимают существенно меньшую долю рынка.

Авторы обзора агентства InfoLine утверждают: разделение общего рынка между строительными компаниями происходит по отраслям. Так, в сегменте строительства объектов энергетики крупнейшие компании — «Группа Е4» и холдинг «Титан-2». Больше всего объектов нефтегазового и нефтехимического комплекса строят ОАО «Глобалстрой-Инжиниринг» и ЗАО «Трест Коксохиммонтаж». В металлургической отрасли лидируют ООО «Рус-Инжиниринг» и Strabag, в промышленности строительных материалов — Renaissance Construction, в автомобилестроении — Enka и Quattrogemini.

«Титан-2» и «Группа Е4» — российские предприятия. Хоть 100% уставного капитала последней и владеет кипрская компания Eforg Asset Management Ltd., она контролируется отечественными бизнесменами. «Титан-2» образован еще в 1995 году на основе двух строительно-монтажных предприятий, которые занимались объектами атомной энергетики. Является в том числе участником строительства Балтийской АЭС в Калининградской области.

«Глобалстрой-Инжиниринг», обеспечивающий строительными мощностями многие компании нефтегазового сектора в России и СНГ, выросла из подразделения ЛУКОЙЛа, до 2004-го она называлась ЗАО «ЛУКОЙЛ-Нефтегазстрой». Вплоть до этого времени 38% компании принадлежало нефтяному гиганту, однако весь этот пакет был продан менеджменту ЛУКОЙЛа.

На сайте российской «Трест Кок­со­хим­мон­таж» сказано, что за время своей деятельности силами компании построено «более 250 комплексов коксовых батарей, свыше 100 объектов металлургии и 40 объектов химической отрасли, более 200 объектов машиностроения, нефтехимии, стройиндустрии, сельского хозяйства, пищевой и легкой промышленности».

Лидирующие позиции иностранных компаний в остальных сегментах рынка отражают ситуацию в них в целом. Например, автомобильные заводы в России строят почти исключительно зарубежные компании, которые приходят вместе с иностранными автомобильными брендами.

В последние годы в России активно развивается формат промышленных технопарков и производственно-логистических центров, где на одной площадке могут размещаться производства самых различных отраслей. Успешные примеры такого строительства — Индустриальный парк «Приневский Технопарк» в Ленинградской, «Обнинск» в Калужской, «Новоселки» в Ярославской областях. Участие в подобных комплексах, сооружения в которых, как правило, возводит один застройщик, существенно уменьшает издержки промышленных предприятий на инфраструктуру. Поэтому можно ожидать роста популярности формата технопарка для промышленного строительства в России.

Проблемы

Численность персонала крупнейших российских и западных компаний сравнима, однако в штатной структуре зарубежных строителей нет работников материального производства — лишь инженеры. Это говорит о том, что российским компаниям предстоит еще долгий путь становления, для того чтобы приблизиться к мировому уровню.

Однако развитию рынка промышленного строительства препятствует не только относительно слабый уровень местных компаний. Крупные промышленники отмечают, что применяемые в промстроительстве регламенты часто основаны на устаревших технологических решениях. Кроме того, нормы по выбросам вредных веществ в атмосферу и водоемы в России гораздо — по отдельным химвеществам до 200 раз — строже, чем в том же ЕС. Это приводит к тому, что в инженерные проекты промышленных сооружений приходится закладывать дополнительные узлы и блоки, которые можно было бы не строить, если бы объект возводился, например, в Евросоюзе. Площадь возводимых объектов, а соответственно, и их сметная стоимость часто оказывается на 15–20% выше необходимого. Промышленники подчеркивают: они не призывают менять законодательные нормы в ущерб безопасности, а лишь привести их в соответствие с передовой практикой проектирования.

Как правило, при анализе причин отставания России от остального мира в той или иной отрасли обращают внимание на устаревшие производственные технологии и продуктовую линейку. Однако Сергей Мишин приводит еще один фактор — неэффективность реализации проектов, которая влечет за собой затягивание сроков строительства и увеличение бюджетов — на 20–30%.

«Если компания реализует свои проекты неэффективно, то она теряет инжиниринговую ренту, которая складывается из прямых переплат и выпавших доходов. В масштабах компании рента может оказаться весьма немалой и вызвать разрушение компании», — пишет он.

Аналитик оценивает суммарные потери российских компаний из-за неэффективных контрактов в промышленном строительстве в 20–30 млрд долларов в год. Во-первых, это средства, которые вполне могли пойти бы на развитие. Для сравнения: общий объем рынка слияний и поглощений внутренними инвесторами в 2012-м — 9,8 млрд долларов. Во-вторых, в долгосрочной перспективе это приводит к такому отставанию от мировых компаний, которое делает российский бизнес неконкурентным.

«Развитие промышленности идет циклами. В течение одного цикла происходит инвестирование и накопление ресурсов для следующего цикла. Если цикл российской компании больше по времени цикла западной компании на 30%, то через три цикла российская компания будет отставать на один цикл, что и означает полную потерю конкурентоспособности», — указывает аналитик.

Таким образом, отсталость промышленного строительства в России постепенно сказывается на конкурентоспособности всей российской экономики. Поэтому так важно на государственном уровне заняться не только осовремениванием законодательной базы, но и снова начать относиться к промстроительству как к отдельной крупной заслуживающей внимания отрасли.