Три первых

Текст | Анастасия САЛОМЕЕВА

Сегодня о Марии Васильевне Трубниковой, Надежде Васильевне Стасовой и Анне Павловне Философовой знают немногие — в основном историки и исследователи русского феминизма. А во второй половине XIX века их имена гремели на всю страну. «Женский триумвират» — так называли современники этих энергичных и харизматичных дам, трех блестящих организаторов, стоявших у истоков российского женского движения.

История женского движения в России особенная — начнем с того, что возникло оно в среде представительниц привилегированных сословий, в первую очередь дворянок. Причин тому исследователи видят несколько, важнейшая из них — изменение политическо-экономической и социальной обстановки в стране на рубеже 1850—60-х годов. С одной стороны, это было время «оттепели» в политической жизни, всколыхнувшей прогрессивную общественность, мгновенно принявшуюся обсуждать всевозможные либеральные идеи, среди которых был и, пожалуй, самый дискуссионный, если не сказать скандальный, в то время «женский вопрос». Движимые высоким порывом представительницы образованных слоев не желали оставаться в стороне от либеральных преобразований и мириться с существующим издревле порядком, они хотели больше свобод и больше прав — чтобы служить обществу.

С другой же стороны, причину следует искать в прозаической материальной плоскости: прогрессивные экономические реформы 60-х, инициированные императором Александром II, медленно, но верно вели к тому, что поместное дворянство утрачивало свои общественно-экономические позиции, а попросту говоря, разорялось. Что оставалось делать девушкам из обедневших родов? Одни, конечно, действовали по старинке — искали богатых мужей, но удавалось это далеко не всем. Другие же, самые честные и смелые, были вынуждены полагаться только на себя и идти работать — в ситуации, когда женский труд, не связанный с домашними заботами, считался в их среде чем-то низким, когда возможностей для профессиональной самореализации у женщин было очень мало, да и традиционное образование девушек из благородных семей, увы, мало этому способствовало.

С этого и началось движение, ратовавшее за расширение роли женщин в общественной жизни страны, за их независимость, которую, по мнению многих, способен был дать только честный самостоятельный труд, за расширение сферы труда для женщин, за получение ими высшего и профессионального образования. Возглавили и объединили его три умные и решительные дамы.

Еще не феминистки

 

Ни Марию Васильевну Трубникову, ни Надежду Васильевну Стасову, ни Анну Павловну Философову нельзя отнести к категории так называемых радикальных феминисток. Впрочем, и сам термин «феминизм» в их случае можно принять лишь условно и, конечно, в широком его понимании. Члены «триумвирата» ратовали за формирование свободной женской личности, деятельность которой была бы полезна обществу. Идти к этому, как они считали, нужно через самообразование, самостоятельный труд и профессиональное самоопределение. Взглядов эти дамы в целом придерживались умеренно-либеральных, выступая за постепенное реформирование государственного и общественного устройства, за создание системы высшего образования для женщин, за изменение законодательства. А будучи женщинами очень практичными, свою энергию Трубникова, Стасова и Философова направили на решение конкретных социальных проблем, не слишком сосредотачиваясь на отвлеченных теориях и концептуальных программах.

Они не впадали в крайности ни как их современницы нигилистки, демонстративно пренебрегавшие принятыми социальными нормами и эпатировавшие общество своим внешним видом и поведением, ни как представительницы следующего поколения эмансипе, увлекшиеся революционным движением. Не заботила трех наших первых поборниц эмансипации и тема политических свобод женщин — о ней российские феминистки заговорили много позже, в начале ХХ века.

Ни словом ни делом члены «женского триумвирата» не утверждали, что женщина должна добиться равенства с мужчиной, полностью отказавшись от своего женского «я», презрев в том числе замужество и материнство. Не ратовали члены этого кружка и за популярные в их время среди прогрессивной молодежи идеи о новой сексуальной морали и свободной любви. Две наши героини имели традиционные семьи и были многодетными матерями: Мария Васильевна Трубникова вырастила четырех дочерей, а у Анны Павловны Философовой было пятеро детей. Правда, личная жизнь первой не сложилось — с мужем Трубникова разошлась, но брак Философовой был очень счастливым и длился почти 40 лет.

Они не рвали со своим кругом, напротив, во всю использовали свое положение и связи во благо общего дела. За это их, кстати, нередко попрекали разночинцы, презрительно именуя между собой «аристократками», что, впрочем, не мешало радикально настроенным молодым людям то и дело обращаться к «женскому триумвирату» за помощью.

Мария

 

Идейным вдохновителем кружка и его объединяющей силой стала харизматичная Мария Васильевна Трубникова. Отцом ее был декабрист Василий Петрович Ивашев, матерью — дочь гувернантки семьи Ивашевых Камилла Петровна Ле Дантю, последовавшая за своим избранником в Сибирь и там вышедшая за него замуж. Маша появилась на свет 6 января 1835 года в Петровском Заводе в Забайкалье. Семья декабриста в ссылке жила безбедно — богатое семейство Ивашевых, когда-то с радостью благословившее преданную француженку на брак с Василием, поддерживало их материально. Но этот счастливый союз Ивашевых длился недолго: в январе 1840 года преждевременные роды, осложненные простудой, унесли в могилу Камиллу, супруг пережил ее ровно на год.

Осиротевшую Машу, ее младших брата и сестру взяла к себе сестра отца — княгиня Екатерина Петровна Хованская. Женщина передовых взглядов и очень добрая, она не делала различий между племянниками и родными детьми, растила их в любви и дала очень хорошее образование. Девочек здесь учили вместе с мальчиками и, помимо типично «женских», как тогда считалось, наук (иностранных языков, литературы, музыки), Маша изучала точные науки, историю, философию.

В 1854 году Мария вышла замуж. Ее избранником стал перспективный молодой чиновник, служивший в хозяйственном департаменте Министерства внутренних дел Константин Васильевич Трубников, человек либеральных взглядов и очень деятельный. Молодые поселились в Санкт-Петербурге. А вскоре Трубников оставил государственную службу и, как и многие в то время, занялся новым перспективным делом — коммерцией. Он был участников многих предприятий — банка, телеграфного агентства, пароходных компаний, а также учредителем и редактором многих периодических изданий, первым из которых стал «Журнал для акционеров», издававшийся Трубниковым в 1857—1859 годах, а в 1860 году свет увидел первый номер либеральной политико-экономической газеты «Биржевые Ведомости».

Молодая жена помогала мужу в его издательской деятельности, редактировала и переводила статьи, заведовала бухгалтерией. Жили супруги на широкую ногу, а их гостеприимный дом вскоре стал традиционным местом встречи реформистки настроенной интеллигенции. Разговоры тут велись на разные темы — и об «экономическом принципе», в спасительность которого для России тогда верила вся прогрессивная общественность, и о крестьянской реформе, и о пресловутом «женском вопросе», который все больше увлекал хозяйку салона.

А этот вопрос в то время очень будоражил общество. Невзирая на осуждающие присвисты консервативно настроенных изданий, представительницы интеллигенции стали все громче заявлять о своих правах на профессию. Работали они и в традиционных «женских» сферах, занимаясь, например, шитьем и вышиванием, и в педагогике, и в медицине, и на литературном поприще, а также делали первые шаги в сферах, ранее для них закрытых, например в торговле. Поодиночке работающим женщинам, конечно, было трудно, и они старались держаться вместе, открывая собственные предприятия, где создавались рабочие места для женщин, или объединяясь в модные в то время артели.

Почувствовать, что такое самой зарабатывать на жизнь, пришлось и Марии Васильевне Трубниковой. Она в 1876 году развелась с мужем, одной из причин разрыва было несогласие во взглядах: Константин Васильевич оказался не таким уж либералом, по крайней мере в том, что касалось дел семейных. Но гораздо более веской причиной для разрыва была, скажем так, утрата доверия. Дело в том, что Мария Васильевна унаследовала приличный капитал и разрешила управлять им своему супругу, убедив сделать то же брата и сестру. А тот, вложив деньги Ивашевых в рисковые предприятия, прогорел. Оставшись одна с четырьмя дочками на руках, Трубникова, чтобы содержать семью, была вынуждена профессионально заняться литературной работой и переводами.

Надежда и Анна

 

Без энергии и настойчивости Надежды Васильевны Стасовой, «женский триумвират», возможно, и не добился бы таких впечатляющих успехов. Самая старшая из трех подруг, она появилась на свет 12 июня 1822 года в Царском Селе. Отцом Надежды, крестницы супруги Александра I императрицы Елизаветы Алексеевны, был придворный архитектор Василий Петрович Стасов, подаривший Северной Венеции немало удивительных творений. У девочки была сестра Софья и четыре брата — Александр, Николай, Владимир и Дмитрий, двое из которых стали со временем очень известны. Владимир Васильевич Стасов — это наш легендарный художественный и музыкальный критик, а Дмитрий Васильевич был известнейшим в Российской империи адвокатом.

В 1840—50-х девушка пережила два удара. Первый удар нанес жених, блестящий гвардейский офицер, неожиданно бросившей ее ради более выгодной партии, вторым ударом стала смерть любимой сестры. От потрясения у Нади случился тяжелый нервный срыв, от которого бы она, наверное, не оправилась, если бы не поддержка семьи — а Стасовы всегда были очень дружны. Потом было долгое лечение за границей и возвращение в Санкт-Петербург, где Надежда Васильевна поселилась в доме брата Владимира. На свое счастье, в конце 1850-х Стасова вместе с братьями стала посещать кружок Трубниковой. Так у нее появилось дело, которому эта энергичная, добрая и пламенная дама посвятила всю свою оставшуюся жизнь.

Душой триумвирата была красавица и хозяйка известного интеллектуального петербургского салона Анна Павловна Философова, женщина во многих отношениях уникальная, оставившая след не только в общественной жизни России, но и в культуре, Анна Павловна принадлежала к известному роду Дягилевых, была теткой того самого Сергея Павловича Дягилева и матерью Дмитрия Владимировича Философова, одного из идеологов и создателей «Мира искусства», публициста и общественного деятеля. Анна Павловна (под именем Анны Вревской) и ее салон описаны в поэме Блока «Возмездие», она была другом Достоевского, адресатом многих его писем, близкой приятельницей Тургенева.

Анна появилась на свет 5 апреля 1837 года в семье известнейшего в Пермской губернии предпринимателя и мецената Павла Дмитриевича Дягилева и была старшей из его девяти детей. В 18 лет эта жизнерадостная красавица влюбилась в человека вдвое старше нее — в обер-прокурора в нескольких департаментах Правительствующего Сената Владимира Дмитриевича Философова. Вскоре состоялась их свадьба.

Большая разница в возрасте нисколько не помешала их счастью — под влиянием любящего мужа, либерала и активного участника реформ 1860-70-х годов, Анна Павловна занялась самообразованием, а потом, войдя в кружок Трубниковой, увлекалась общественными делами. Не омрачило их отношения и дальнейшее продвижение Философова по службе, перешедшего вскоре после свадьбы в Военное министерство, а затем ставшего первым главным военным прокурором империи (после выхода в отставку с этой должности — членом Государственного Совета по департаменту гражданских и духовных дел), действительным тайным советником и статс-секретарем. А его вольнолюбивая и импульсивная спутница жизни до конца своих дней оставалась либералкой, часто позволяла себе открыто критиковать правительство, почитывала запрещенную литературу. По своим взглядам отнюдь не революционерка, она сочувствовала молодым радикалам, считая, что на путь террора их подтолкнули неразумные действия самой власти. В Санкт-Петербурге 1870-х любили шутить: «Что за чудеса происходят в доме военного прокурора: в то время как муж подписывает в своем кабинете приговоры террористам, его супруга принимает этих господ в своей гостиной!»

Артель

 

Первой инициативой Трубниковой, Стасовой и Философовой, а также их соратниц стала организация в 1859 году Общества дешевых квартир для малоимущих жителей в Санкт-Петербурге, благополучно просуществовавшего до 1917 года. По сути это было общежитие для работающих женщин и их семей, при обществе также были открыты швейная и другие мастерские, прачечная, школа для взрослых, столовая и детский сад. Председателем общества была сначала Трубникова, потом ее сменила Философова. Спустя 12 лет после основания общества три деятельных его распорядительницы– Философова, Стасова и Юлия Гамбургер — заставили говорить о себе весь деловой Петербург: решительные дамы выиграли для работниц общества огромный подряд на пошив амуниции в военном министерстве, обойдя на торгах всех своих конкурентов-мужчин.

В 1863 году — новая, уже более громкая инициатива триумвирата: создание в столице первой и единственной в истории нашего книгопечатания Женской издательской и переводческой артели, вступить в которую могла любая женщина, занимавшаяся переводческой работой или литературным трудом. Из-за настороженного отношения властей к этому начинанию и бюрократических проволочек, тянувшихся несколько лет, артель не удалось зарегистрировать как товарищество, спустя несколько лет она приобрела юридический статус как частная компания «Трубникова и Стасова». Задачей артели, в которую на первых порах входило 36 участниц, а спустя несколько лет уже вдвое больше, было обеспечение образованных женщин высокооплачиваемой работой. Артель занималась изданием детских, учебных и переводных книг — по естественно-научным, экономическим и социальным вопросам, вопросам художественной литературы. Просуществовала артель 15 лет, и, к удивлению многих, в отличие от некоторых подобных предприятий оказалась не только полезным начинанием, но и довольно рентабельным бизнесом. Правда, ни Стасова, на которую была возложена организационная работа по снабжению артели всем необходимым, ни Философова, отвечавшая, как сказали бы сегодня за GR предприятия, коммерческой выгоды от дела не имели — они работали безвозмездно. На зарплате, видимо, была лишь Трубникова, взявшая на себя функции главного редактора и бухгалтера.

Также женский триумвират участвовал в создании модных в то время светских воскресных школ для взрослых — и общих, и специально для женщин, особую активность в этом деле проявила Надежда Васильевна Стасова. Кроме того, энергичные дамы участвовали в создании благотворительных учреждений, поддерживающих работающих женщин. Однако венцом его деятельности стало учреждение в России высших образовательных курсов для представительниц прекрасного пола.

Курсистки

 

Как известно, в то время единственной возможностью наших барышень получить высшее образование было обучение за границей, и российские красавицы во всю этим пользовались. В России же на волне либеральных настроений конца 1850-х, женщинам было разрешено посещать лекции в ряде университетов и медико-хирургических академий на правах вольнослушательниц — так в Санкт-Петербургском университете первая студентка появилась в 1859 году. Но в 1863 году был принят новый университетский устав, документ, вообще-то, во многих своих частях прогрессивный, но только не в гендерной — он юридически запрещал обучение женщин в университетах.

Реакция русских барышень была мгновенной: они еще более массово отправились учиться за границу. В 1860—1870-х сотни девушек и молодых дам отправлялись штурмовать европейские университеты — уезжали и те, у кого водились деньги, и те, у кого их не было, и те, кто имел разрешение на выезд от родителей, опекунов и мужей, и те, кто каким-то образом выправил себе фальшивые бумаги, и те, кто заключил фиктивные браки с молодыми людьми прогрессивных взглядов.

Между тем долго закрывать глаза на вопрос женского образования власть не могла. Во-первых, вскоре стало понятно, что ничего хорошего исход наших интеллектуалок за границу существующему строю не сулит — ведь там они не только получали необходимые профессиональные знания, но и поддавались влиянию всевозможных опасных для власти социально-политических учений, общались с революционной эмиграцией и часто сами включались в революционную работу. Не дремала и общественность. За высшее женское образование в России ратовали и известнее ученые, педагоги, писатели, публицисты и лидеры нарождающегося в стране женского движения.

В 1867 году в Санкт-Петербурге состоялся съезд естествоиспытателей, на котором известная публицистка, переводчица и писательница Евгения Ивановна Конради публично поставила вопрос о необходимости устройства высших женских курсов по историко-филологическим и физико-математическим наукам. Участники съезда отнеслись к идее сочувственно, но ходатайствовать об этом перед властью отказались, такую же реакцию вызвало обращение Конради к ректору Петербургского университета.

А дальше произошло то, что часто бывает в обыденной жизни: в ситуации, когда сильный пол проявляет нерешительность и малодушие, пол слабый демонстрируют смелость и настойчивость. Конради поддержали члены кружка Трубниковой.

В 1868 Философова, Стасова и их соратница Е.Н. Воронина явились на прием к министру народного просвещения графу Дмитрию Андреевичу Толстому с ходатайством о создании высших курсов для женщин, их обращение подписало более 400 женщин, кроме того, энергичным дамам удалось заручиться поддержкой столичной профессуры. Граф был человеком очень консервативным и сначала воспринял инициативу в штыки (мол, зачем женщинам науки — замуж выйдут и все забудут!), но просительницы не сдавались и, пользуясь своим положением и связями, организовали на него настоящую атаку по всем доступным каналам. В итоге титан сдался. Правда, правительство отказало активисткам в финансовой поддержке со своей стороны и поставило условие: курсы должны быть для смешанного состава слушателей.

В 1869 году в Санкт-Петербурге открылись первые такие курсы, занятия велись в здании мужской гимназии у Аларчина моста на Фонтанке, отсюда и название курсов — Аларчинские. Среди учредителей курсов были Н.В. Стасова (она заняла также пост распорядительности этого учебного заведения), М.В. Трубникова, А.П. Философова, а лекции читали университетские преподаватели. Спустя год в Северной столице были открыты Владимирские курсы. И хотя занятия их проводились на разных площадках, свое название курсы получили в честь одной из них —Владимирского уездного училища. Женщины составляли большинство слушателей и тех и других курсов. Существовали же учебные заведения за счет платы за обучение и частных пожертвований.

Стоит отметить, что в 1869 году общедоступные лекции были организованы и в Москве на Лубянских курсах. В 1870-м подобные курсы появились в Киеве. В 1872 году в Москве начали работать Публичные высшие курсы профессора В.И. Герье. В том же году не без организационной поддержки «женского триумвирата» были открыты Высшие женские медицинские курсы при Медико-хирургической академии в Петербурге.

Бестужевки

 

В 1878 году «женский триумвират» и их давний соратник — выдающийся ботаник Андрей Николаевич Бекетов — добились создания первых в стране высших женских курсов, с преподаванием не по сокращенной, как на существовавших ранее курсах, а по полноценной университетской программе. В историю эти курсы вошли под названием Бестужевских — по фамилии их официального учредителя и первого директора профессора Константина Николаевича Бестужева-Рюмина.

Торжественное открытие Бестужеских курсов состоялось 20 сентября 1878 года в здании Александровской женской гимназии на Гороховой улице. Позже эти курсы несколько раз меняли свою площадку, пока наконец не обрели свой дом на 10-ой линии Васильевского острова. Первыми бестужевками были 468 постоянных студенток и 346 вольнослушательниц.

Курсы состояли из трех отделений: словесно-исторического, физико-математического и специально-математического, в начале ХХ века к ним прибилось юридическое отделение. Преподавали здесь лучшие профессора университета и других столичных высших учебных заведений, при этом многие работали на волонтерских началах. Обучение велось сначала три года, потом четыре. Сначала слушательницами могли стать девушки не моложе 21 года, затем возрастное ограничение было снято, но обязательным стал аттестат о среднем образовании. Вступительных экзаменов не было, но, если желающих поступить на курсы было слишком много, проводился конкурс аттестатов. Обучение было платным.

Правда, почти 30 лет выпускницы этих курсов, были в двусмысленном положении: с одной стороны, они получали высшее образование, но с другой — не имели права на соответствующий диплом. Свидетельства об окончании Бестужевских курсов были приравнены к университетским дипломам лишь в 1910 году.

Бестужевские курсы были основаны как частное учебное заведение, средствами его обеспечивало Общество для доставления средств высшим женским курсам, первым председателем которого была А.П. Философова, поступали частные пожертвования, иногда финансирование приходило от Министерства народного просвещения и городской думы. Бессменной распорядительницей курсов до конца своей жизни была Н.В. Стасова.

После 1881-го

 

Убийство императора Александра II в марте 1881 года стало ударом для всех участниц «женского триумвирата». Террора они не одобряли, справедливо полагая, что насилием благих целей не достичь, а к прогрессу ведет лишь эволюционный путь. Все они знали императора, ко многим их инициативам, особенно первым, он относился с симпатией. Но им были известны и те, кто стоял за этим терактом — кто-то захаживал в гости, кто-то обращался за помощью к «триумвирату», кто-то поддерживал их начинания.

За месяц до убийства Философова вернулась из-за границы. Туда она отправилась в 1879 году в настоятельно рекомендованную неофициальную ссылку — доигралась все-таки импульсивная Анна Павловна с огнем, и не будь у нее такого высокопоставленного и ценимого наверху мужа, жить бы ей те два года не в Германии, а в местах менее приятных.

Трубниковой в 1881 году жилось очень несладко — с конца 70-х она фактически отошла от общественных забот, тяжело болела, постоянно балансируя на грани нервного срыва (сказался унаследованный от отца невроз). Жила она большей частью в имении одной из своих дочерей и очень переживала за двух других: Мария и Ольга вместе с мужьями ушли в революцию. В 1881 году началось медленное угасание когда-то очень активной Марии Васильевны, умерла она весной 1897 года, досужая молва утверждала, что последним пристанищем 62-летней женщины был сумасшедший дом.

Стасову теракт застал в Петербурге, где она по своему обыкновению энергично занималась множеством благих начинаний. Следующие отпущенные ей 14 лет жизни она провела в непрестанных заботах, умерла в возрасте 73 лет в сентябре 1895 года, как говорится, на боевом посту: на пороге дома одной из своих соратниц, к которой приехала по очередному неотложному делу.

Лишь одна Анна Павловна Философова бодро шагнула в ХХ век. Разочарования, смерть любимого мужа в 1894 году не сломили эту жизнелюбивую женщину. До конца своих дней она возглавляла множество благотворительных организаций, участвовала и в международном женском движении, став на рубеже веков вице-президентом Международного совета женщин, а в 1908 году — организатором и председателем первого Всероссийского женского съезда. Имя Анны Павловны, ругаемое одними и превозносимое другими, гремело на всю страну и, как свидетельствует ее биограф, в одно время Философова могла поспорить в известности с самим графом Львом Николаевичем Толстым. Анна Павловна мирно ушла из жизни 17 марта 1912 года в Санкт-Петербурге.