Любовь БОНДАРЬ: целью налоговой политики должно стать благосостояние людей


Текст | Сергей СЕМЕНОВ, Владимир ГАЛИМОВ
Фото | Александр ДАНИЛЮШИН


Налоговая система сегодня — не в интересах предпринимателей и граждан, считает директор, руководитель органа по сертификации АНО «Юридическо-правовая компания ПРОГРЕСС» Любовь Бондарь.

— Любовь Александровна, на съезде «Деловой России» Владимир Путин заявил о необходимости радикального налогового маневра. Есть довольно много предложений от предпринимательского сообщества, отдельных предпринимателей. Каким должен быть, на ваш взгляд, этот маневр?

— Безусловно, радикальный налоговый маневр необходим. И очень важно, чтобы он не свелся только к предвыборным обещаниям.

Я считаю, что в нашей стране требуется новый этап налоговой реформы, проводившейся в начале 2000-х годов. Реформа не завершена.

Налоговая система до сих пор не сориентирована на главную цель, которой должна отвечать: благополучие, благосостояние граждан России. Это благосостояние зависит от «общественного договора» между государством и предпринимателями, касающегося объема и характера налогов и сборов. Ведь с поступлений от бизнеса формируются ресурсы для осуществления социальных программ, для пенсионного обеспечения, обязательного медицинского и социального страхования.

Кроме того, именно бизнес определяет размер заработных плат и пенсионных отчислений наемных работников. Выгодно ли бизнесу сегодня увеличивать заработные платы?

— Когда объем налогов на них почти 50%…

— Вот именно. 34% — социальный взнос и 13% — подоходный налог. Это 47%! При таком уровне налогообложения ни сама заработная плата, ни занятость расти не будут. Но, к сожалению, пока не заметно понимания этой проблемы государством. Государство стремится усилить налоговую нагрузку по принципу «затребовать больше, чтобы получить хоть что-нибудь».

В 2008 году 26-процентный ЕСН трансформировался в страховые взносы на общую сумму 34%.

— Предполагалось, что это решит проблемы Пенсионного фонда…

— А как это решило проблемы? Получил ли фонд тот объем средств, на который рассчитывали авторы решения?..

— Наоборот, объемы платежей снизились. Больше того, снизились поступления от других зарплатных налогов, в частности, по данным Минэкономразвития, от НДФЛ…

– Потому что уменьшились объемы заработных плат. Предприниматель либо находит те или иные обходные пути — к чему его прямо подталкивает государство, либо сокращает объемы своей деятельности. Чтобы продолжать бизнес, компании вынуждены уменьшать налоговую нагрузку с помощью разного рода схем оптимизации — ведь не используя эти схемы, они должны создать мощные конкурентные преимущества, чтобы выигрывать на рынке у игроков, которые подобные схемы используют.

Очень хотелось бы сказать, что сейчас у нас все больше предприятий становятся более социально ответственными с точки зрения выплаты достойной заработной платы. Но, посещая форумы РСПП по нашей тематике — сертификации продукции, я понимаю, что это далеко не так. Тенденция как раз обратная.

И виновато в этом прежде всего государство. Я в свое время, несмотря на затраты, пошла на подобный шаг — установила достойные белые зарплаты. За счет этого у наших сотрудников немало плюсов — в суммах пенсионных отчислений, в получении банковских кредитов. Но мне это далось очень большим напряжением сил. И очень немногие в нашей сфере последовали моему примеру…

На мой взгляд, необходимо снижение страховых взносов до 20%. Это объем платежей, который более или менее приемлем для бизнеса.

Мне представляется, что попытки финансировать Пенсионный фонд за счет страховых взносов — негодный способ. Средств все равно не хватит.

Финансировать Пенсионный фонд нужно за счет других источников. На мой взгляд, сегодня неверны приоритеты расходования бюджетных средств.

При очень высоком уровне налогового бремени бюджет мало финансирует социальные программы. Пенсии, несмотря на все их повышения в последние годы, очень низкие. Пенсионеры могут рассчитывать прежде всего на помощь близких. Так на что же идут налоги, которые мы платим государству?!

Эффективны ли сегодняшние программы, которые финансирует правительство? Мне кажется, даже минфиновские чиновники, положа руку на сердце, ответят на этот вопрос отрицательно. А уж общество, бизнес убеждены в том, что бюджетная политика нуждается в серьезном пересмотре.

— То есть нужно корректировать расходную политику вместе с доходной?

— Несомненно. И расходная политика, и доходная никуда не годятся. Бизнес не верит государству, потому что видит, как на практике, а не в декларациях, оно ведет дела.

В силу специфики деятельности нашей организации я много общаюсь с предпринимателями — и ни от одного из них не слышала, что налоговая система учитывает специфику того или иного бизнеса. Она сегодня абсолютно недифференцирована. Но ведь и характер деятельности, и маржа при добыче сырья, переработке, в торговле, сфере услуг, строительстве существенно различаются!

Однако в налоговой политике господствует унификация, отказ видеть различия. Мы, например, в 2000 году на основании тогдашних требований Росстандарта зарегистрированы как некоммерческая организация. Но с некоторых пор обязаны платить налог на прибыль!

То есть фактически нашу работу налоговые органы стали рассматривать как бизнес. Но мы не бизнес: автономная некоммерческая организация ЮПК ПРОГРЕСС скорее экономический и общественный институт, уполномоченный государством участвовать в оценке качества и безопасности продукции и услуг на территории страны. Поскольку мы по организационно-правовой форме АНО, вся наша прибыль уходит на развитие, обучение сотрудников, обновление нормативной базы, приобретение и обновление программного обеспечения и т.п.

Установление для нас налога на прибыль ухудшает наше положение по сравнению с бизнес-структурами в нашей сфере: налоги те же, а степеней свободы меньше. Я уже рассказывала в предыдущем интервью, как опасно превращать нашу сферу деятельности в вид бизнеса.

Вообще возникает подозрение, что наша деятельность для государства не слишком важна. Мы закупаем новое оборудование для испытательной лаборатории — но никаких льгот по этому оборудованию не имеем. Получается, мы сами себе ухудшаем положение на рынке — ведь множество органов по сертификации тестируют качество продукции в так называемых виртуальных лабораториях — то есть нигде.

Следующий вредный для нас и многих других видов бизнеса налог — НДС. Я несколько лет назад пыталась перейти на упрощенную систему налогообложения — основания для этого с точки зрения оборотов нашей организации есть.

Но вынуждена была вернуться с упрощенки на обычную систему налогообложения. Ведь как только я на нее перешла, я потеряла целый ряд клиентов: им приходилось, заказывая наши услуги, платить за нас НДС.

По поводу самого НДС очень много вопросов. Во-первых, предприниматель должен перечислить его до определенной даты, еще не продав продукцию или услугу. Во-вторых, постоянные проблемы возникают с возвратом НДС. Хотя в законе описаны случаи возврата, получить его можно только занимаясь сутяжничеством — требуется ходить в налоговую, писать письма…

— Какие видите способы переноса налоговой нагрузки с высокотехнологичного сектора на сырьевой?

— Ставить вопрос о переносе налоговой нагрузки несправедливо — сырьевой сектор сегодня и так несет максимальную налоговую нагрузку в экономике. Оптимальным вариантом было бы вернуть сырьевой бизнес государству. Но это потребует радикального изменения законодательной базы, системы отношений в этой сфере, складывающейся не один год…

Что же касается высокотехнологичной сферы, нужно уменьшить налоговую нагрузку в этих секторах экономики за счет введения льгот по налогу на прибыль при приобретении основных средств, а также льгот по уплате страховых взносов во внебюджетные фонды.

— Как вы оцениваете предложение объединить налоговый и бухгалтерский учет?

— Поддерживаю, потому что сегодня полная неразбериха. Если в налоговом учете можно уйти от налога на прибыль, применив амортизационные премии, то в бухгалтерском этого сделать нельзя.

Другой пример. Для покупки контрольно-измерительного прибора мы взяли кредит. Проценты по кредиту по налоговому учету мы можем списывать на расходы только по 1/8 ставки рефинансирования, а по бухгалтерскому учету мы можем проценты отнести сразу в прочие расходы. По налоговому учету мы не можем этого сделать.

Большинство субъектов предпринимательства ведет налоговый учет на основе бухгалтерского, применяя налоговые регистры лишь для тех операций, учет которых отличается от бухгалтерского.

Оба вида учета регулирует одно и то же ведомство — Минфин, и такие колоссальные расхождения! Конечно, нужно вводить единый учет. Это позволит устранить противоречия и сэкономить средства на ведении двух учетов.

— Как вы относитесь к идее введения налога на роскошь?

— А что такое роскошь? Разве можно дать четкое определение этого понятия? И кто это будет делать — депутаты Госдумы, которые непонятно за счет каких доходов разъезжают на самых дорогих машинах? Почему бы им не пересесть на «Волги» и не поддержать российский бизнес?

Но об этом и речи не идет — поэтому вряд ли они себя обидят, принимая соответствующий закон. Скорее всего, заплатить опять заставят бизнес.

Я считаю налог на роскошь популистской идеей. Общественный резонанс на нее положительный, но существенных сборов не будет.

— Как оцениваете необходимость сохранения и развития особых налоговых режимов для малого бизнеса?

— Эти режимы функционируют неплохо — их нужно развить в отношении снижения налогового бремени на заработную плату. Кроме того, необходимо поднять до 100 млн руб. объем выручки, позволяющий переходить на упрощенку.

…Изменений назрело много, новый, решающий этап реформирования налоговой системы необходим. Конечно, нельзя рубить с плеча: просто взять и отменить тот или иной налог, причем сегодня-завтра, нельзя импровизировать. Нужно подходить к решению проблем корректно, целенаправленно, в разумные сроки и при максимальной общественной поддержке. Очень хотелось бы сказать, что сейчас у нас все больше предприятий становятся более социально ответственными с точки зрения выплаты достойной заработной платы. Но, посещая форумы РСПП по нашей тематике — сертификации продукции, я понимаю, что это далеко не так. Тенденция как раз обратная.