Иду туда — знаю куда?


Текст | Илья РОМАНОВ


Стоит ли безоглядно доверять программным, концептуальным, но тем не менее предвыборным обещаниям власти?

Предвыборная кампания Владимира Путина проводилась в условиях серьезной политической нестабильности и непредсказуемости. Ориентировались часто на ходу: премьеру и главному кандидату в президенты, кажется, даже пришлось осваивать новую для себя риторику и тактические роли. Правила политической игры неуловимо, но изменились: с невесть откуда взявшимся гражданским обществом теперь сложно не считаться. Либерализация политического курса, на которую, судя по прошедшей парламентской кампании, власти не особо настраивались, стала главным концептом, краеугольным камнем проходящего избирательного процесса. Проблема одна: к новому власти, похоже, намереваются идти старыми, не однажды хожеными дорожками.

Вне партийного контекста

Первое, что бросается в глаза при внимательном рассмотрении избирательной кампании Путина, это полное отсутствие в ней контекста «Единой России». Кандидатура будущего президента была старательно выведена из-под фона партии, получившей на декабрьских выборах плохие результаты и испортившей себе репутацию подозрениями в приписках в ее пользу. Поэтому Владимир Путин почеркнуто дистанцировался от каких-либо партийных проектов, выступая от имени самых разных социальных групп. При этом как-то позабылся тот факт, что именно «Единая Россия» выдвинула Путина кандидатом в президенты.

К имиджевому ресурсу партии Владимир Путин, скорее всего, в ближайшее время не вернется. Похоже, главной электоральной базой для него должен стать юридически не имеющий партийной принадлежности Общероссийский народный фронт. Но, справедливости ради отметим, и его представители в последние месяцы не слишком активничали на политическом поле. Ясно одно: Путин больше не синоним «Единой России». А раз так, этот партийный проект уже скоро ждет серьезная трансформация… Вопрос социальной платформы для будущего президента также не стоит считать окончательно решенным. Многое зависит от того, с каким перевесом Путин выиграет мартовские выборы и что произойдет сразу после них.

Война толп

Еще одной новинкой текущей кампании стала так называемая «война митингов». Затеяли ее, сами того не желая, представители оппозиции, когда в декабре вышли с требованием пересмотра результатов парламентских выборов. По разным оценкам, в митингах на Болотной и Сахарова участвовало от 35 до 100 тыс. человек. Сторонники Владимира Путина, разумеется, не смогли проигнорировать вызов — на Поклонной горе 4 февраля также собралось несколько десятков тысяч человек. В Интернете, правда, сразу после митинга появились данные о том, что многих участников сгоняли на акцию поддержки насильно, под угрозой увольнения. Наконец, уже 23 февраля, на митинг на Манежной площади собралось свыше 100 тыс. участников. Десятки митингов прошли в поддержку Путина в крупных городах России.

К слову, дата 23 февраля была выбрана не случайно. Чем дальше, тем больше митинги в поддержку Владимира Путина, да и весь посыл его избирательной кампании, обретают черты мобилизационного лозунга «Кто не с нами — тот против нас». Собрание на Поклонной горе проходило под не менее манипулятивным, но все же мирным лозунгом «Нам есть что терять» (хотя его спикеры открыто называли участников акций протеста «предателями»).

Смысл ясен — это нехитрая апелляция к хаосу 90-х годов, которые якобы могут вернуться в случае ухода Путина из власти. Лозунг 23 февраля — «Защитим Отечество!» уже открыто спекулирует на теме «оранжевых» революций, представляя участников оппозиции «угрозой» для страны и ее целостности. Сам кандидат в президенты, посетивший 130-тысячный митинг в свою поддержку, не удержался от трогательного национального популизма: по несколько раз спрашивал у собравшихся, предварительно уже ответив за них: «Вы любите Россию?!» А потом долго и убедительно просил не ездить по заграницам: «Мы просим всех не заглядывать за бугор, не бегать налево, на сторону, и не изменять своей Родине…» В связи с этим вспоминается подзабытая уже крылатая фраза о тех, кто «шакалит» у иностранных посольств. Что называется, найдите десять отличий. Риторика борьбы с абстрактным врагом, видимо, еще не раз сослужит российским властям добрую службу…

Имитация имитации

Другой новинкой президентской кампании 2012 стало использование кандидатами рекордного количества доверенных лиц. Начало им положил Владимир Путин. Несмотря на требования кандидатов-конкурентов, он, как и прежде, отказался от участия в дебатах. Хотя, как показали опросы, большая часть аудитории хотела бы их посмотреть. Вместо него агитировать и участвовать в дискуссиях должны были его сторонники. В число «доверенных» попали несколько сотен самых известных лиц: шоумены, спортсмены, политологи, деятели науки, культуры, сферы здравоохранения и т.д.

Считается, что всех кандидатов утверждал лично Путин. «Набор» получился гремучим: на одну доску стали актер, режиссер Олег Табаков и певец шансона Стас Михайлов, ректор МГУ Виктор Садовничий и укротители диких животных братья Запашные… Политологи скептически отнеслись к идее «доверенных лиц»: «У Путина уже есть свой электорат, есть устойчивый рейтинг, и ему крайне сложно мобилизовать кого-то еще, — заявил в интервью Газете.ру политолог Станислав Белковский. — Большинство данных людей уже были многократно задействованы в политических кампаниях…» По аналогии с Путиным «доверенных лиц» себе назначили и другие кандидаты, правда, числом на порядок меньше. В результате дебаты на телевидении превратились в фарс: доверенные лица спорили друг с другом, что, несомненно, усилило эффект имитации политического процесса…

О старом новыми словами

Вместо дебатов Владимир Путин открыл для себя другой жанр: программная статья. Ни за одну свою избирательную кампанию (в роли кандидата в президенты или лидера партии) он не написал такого количества программных текстов за короткий период. Многотысячные акции протеста показали: рейтинг властей падает, игнорировать запрос на перемены невозможно. В своих предвыборных статьях Владимир Путин попытался не только обрисовать контуры будущей политики, но и ответить на часть требований протестующих.

Первый текст вышел 17 января и был посвящен общим вопросам развития России. Период восстановления России после потрясений закончен, считает Путин: «созданы условия для движения вперед — на новой базе и в новом качестве». Не забыл премьер и о себе: команда единомышленников под его руководством «вывела Россию из тупика гражданской войны, переломила хребет терроризму, восстановила территориальную целостность страны и конституционный порядок, возродила экономику».

Вторая статья кандидата в президенты посвящалась национальному вопросу. В ней Путин обрисовал ряд мер, по его мнению, способных решить накопившиеся проблемы. В частности, он предложил создать в России госструктуру по вопросам нацполитики, ужесточить правила регистрации мигрантов, а также обязать мигрантов сдавать экзамены по русскому языку и основам права.

В своей третьей статье Владимир Путин говорил о необходимости глобального обновления экономики. А вместе с ним — о повышении прозрачности работы госкомпаний, налоговом маневре и необходимости притока инвестиций. Однако конкретных предложений по модернизации экономики и снижению госрегулирования в статье практически не содержится.

Четвертую статью можно с полным правом считать прямым ответом премьера на декабрьские митинги и акции протеста: статья посвящена вопросам народовластия и демократии. Среди предложений Путина — расширение участия граждан в обсуждении законопроектов посредством Интернета, вплоть до интерактивного сбора подписей в поддержку того или иного законопроекта. В своей статье премьер снова коснулся темы возвращения к прямым губернаторским выборам, реформирования выборной системы, усиления роли муниципалитетов и борьбы с коррупцией.

Кстати, обещания реформировать политическую систему не разошлись с делом: как стало известно позже, в медведевский законопроект о свободных выборах губернаторов все же был внесен пункт об обязательном президентском фильтре. В свою очередь, в законопроект о выборах депутатов Госдумы, наоборот, не стали возвращать одномандатные округа, позволяющие баллотироваться независимым кандидатам. Как считают эксперты, поправки, возможно, внесут и в третий либеральный законопроект Медведева: о снижении минимальной численности политических партий с 45 тыс. до 500 человек. Уже сейчас ведутся разговоры о повышении планки как минимум до нескольких тысяч.

Вопросы социального развития и перевооружения армии Владимир Путин раскрыл в пятом и шестом программных выступлениях. В этих статьях, пожалуй, содержится больше всего обещаний. Глава правительства берет на себя обязательства до 2018 года повысить зарплату преподавателям вузов, а также решить до 2020 года жилищную проблему для 60% российских семей. Еще — ликвидировать очередь в детские сады, увеличить пенсии и денежное довольствие военных. Еще — модернизировать военный комплекс, повысить привлекательность военной службы, создать профессиональную армию и военную полицию…

По мнению Путина, Россия может «ввести в искушение своей слабостью», а потому отказываться от укрепления военного потенциала нельзя «ни при каких условиях».

Хватит ли российского бюджета на выполнение всех этих предвыборных обещаний? На этот вопрос, как и всегда, ответа ни один кандидат в президенты не даст.

В целом программа Путина выглядит скорее как уступка общественному мнению, попытка быть современным актуальному дискурсу, нежели как план серьезных преобразований. Размытость, минимум конкретики — и максимум мобилизационного пафоса. Хотели поговорить о модернизации и либерализме? — пожалуйста. Но серьезных решений по изменению текущей ситуации ждать, скорее всего, не стоит. p