Из двух зол


Текст | Игорь НИКОЛАЕВ


Реально ли выбрать меньшее?

На сегодняшний день существуют разные подходы к пересмотру суммарной ставки страховых взносов, и окончательный выбор пока не состоялся. Во-первых, еще не ясно, будет снижение или нет. С одной стороны, президент и правительство вроде бы согласились с тем, что нужно снижать, с другой — в законодательных актах это пока не зафиксировано, и финансовая ситуация может внести коррективы в данную позицию верховной власти.

Во-вторых, существуют два варианта снижения ставки. Первый — снижение ставки для всех, например, до 30% с нынешних 34%. Второй — выборочный подход к снижению: малый и средний бизнес, в котором также выделяется производственный сектор, получают льготную ставку налогообложения, а для большого сохраняется 34%.

На самом деле, при любом из этих решений происходит выбор из двух зол: и на первом уровне — снижать или оставить как есть, и на втором — снижать ли первым или вторым способом.

Казалось бы, чем может быть плохо решение о снижении ставки? Но дело не в его сути, а в том ряду решений, в котором оно находится, в его контексте.

В очередной раз, уже второй за несколько месяцев, вносятся серьезнейшие изменения в налоговую систему. Сначала на основе не слишком продуманного решения ставка была повышена. Теперь на основании точно такого же решения вроде бы снижается. То есть в налоговой системе стабильно присутствует фактор непредсказуемости.

Для бизнеса проблема состоит прежде всего в этой нестабильности, а не в ставке. Имеет значение не столько процент налога, сколько курс фискальной политики государства по отношению к бизнесу — достаточно ли он твердый или подвержен колебаниям. Когда эта политика резко меняется то в одну, то в другую сторону, невозможно даже среднесрочное бизнес-планирование и инвестирование, не говоря уже о долгосрочном.

В этом смысле снижение ставки плохо, хотя формально более низкая ставка для бизнеса — плюс. К тому же мы должны отдавать себе отчет: бизнес, ушедший в тень под влиянием решения о повышении ставки, не вернет свои доходы из тени в свет под влиянием ее снижения. Потому что он не знает, чего еще ждать от наших властей. Государству придется длительное время восстанавливать репутацию стабильного регулятора налоговой системы, прежде чем бизнес поверит и вернется к прежним объемам выплат по-белому.

Далее. Мне трудно себе представить, чтобы ставка в 34% была оставлена только для какой-то одной категории бизнеса. Каким образом, по каким критериям будет выделяться, к примеру, средний бизнес, отделяться производственный от непроизводственного? Надежных критериев этого в экономической науке и практике не существует.

К каким организационным пертурбациям в бизнесе — например, по дроблению компаний, чтобы воспользоваться льготой — это приведет? И как скажется это на налоговых платежах, ведь крупный бизнес легче контролировать, чем малый?

На мой взгляд, разные ставки для разных уровней бизнеса — это экономический абсурд, который в хозяйственной деятельности и налоговом администрировании породит проблем больше, чем решит. Если уж снижать, то снижать ставку для всех одинаково. Снижение для всех — это был бы наилучший выход.

Но и здесь требуется оговорка. Проза жизни в том, что, по всей видимости, 30% в расчете на все компании — это максимальное снижение, на которое может пойти государство в сегодняшней финансовой ситуации. Но этого значения вряд ли будет достаточно для того, чтобы бизнес, который уже перешел к схемам, минимизирующим платежи в социальные фонды, вернулся к работе по-белому, хотя бы на том же уровне, что был до реформы ЕСН.

Понятно, что уровень «обеления» до начала реформы налога будет еще долго недостижим даже при самом благоприятном для бизнеса развитии событий со ставками налогов. Ведь, еще раз подчеркну, непродуманной реформой ЕСН 2008—2010 годов с резким повышением ставки подорвано доверие к государству. Уровень доверия и так-то оставлял желать лучшего, а тут еще вдруг такое учудили!

Ставку повышать нельзя было ни в коем случае. Ни одной из кардинальных проблем повышение не решило, но массу подобных проблем создало. И хорошего выхода из этой ситуации просто не существует.

Записала Анастасия Карпова


Игорь Алексеевич Николаев — партнер аудиторско-консалтинговой компании ФБК, директор Департамента стратегического анализа этой компании, доктор экономических наук, профессор.

Окончил в 1984 году экономический факультет МГУ, после защиты кандидатской диссертации работал научным сотрудником на кафедре экономики промышленности экономического факультета МГУ.

С 1990 года — начальник отдела Госкомитета РФ по науке и высшей школе, с 1992 года — начальник отдела, позднее заместитель начальника управления Миннауки РФ.

С 1997 года — советник аппарата Правительства РФ, с 1998 года — заместитель руководителя Департамента экономики МПС России.

С 2000 года работает в компании ФБК.

Профессор Высшей школы экономики.