Татьяна ТРЕЩЕВА: регистраторы способствуют прозрачности


Текст | Анастасия САЛОМЕЕВА

ООО «Специализированная регистрационная компания “Регион”» (г. Тула) — динамично развивающаяся компания, которая сегодня ведет реестры более 260 предприятий различных отраслей промышленности, представляющих как крупный, так и средний бизнес. О специфике деятельности компании и проблемах регистрационного бизнеса нашему корреспонденту рассказала генеральный директор ООО СРК «Регион» Татьяна Трещева.

— Татьяна Федоровна, насколько обнажил необходимость работы регистраторских компаний экономический кризис, в ходе которого уже сегодня происходит передел собственности?
— Регистраторская деятельность — это сбор, фиксация, обработка, хранение и предоставление данных, составляющих систему ведения реестра владельцев ценных бумаг.

Требования к этому виду деятельности в России постоянно и серьезно ужесточаются. Результатом такой политики стало значительное сокращение количества компаний-реги-страторов. Судите сами, в 1996 году в России было порядка 250 регистраторов, сейчас же их всего 60. Сокращение регистраторов продолжается и поныне и, видимо, резко возрастет в связи с финансовым кризисом. Это провоцируют нормативы, установленные регулирующим органом — Федеральной службой по финансовым рынкам (ФСФР) России. Например, для компаний-регистраторов законодательно установлен норматив по количеству обслуживания крупных эмитентов (регистратор должен иметь не менее 50 договоров с эмитентами с числом владельцев ценных бумаг более 500 у каждого — Ред.), однако сейчас число таких компаний резко падает. В этой ситуации крупные клиенты могут фактически принуждать регистраторов к установлению заведомо заниженных цен на обслуживание крупных клиентов с целью сохранения их для выполнения данного лицензионного норматива. А небольшие акционерные общества обоснованно не хотят платить за себя и еще за кого-то только потому, что регистратор вынужден работать хотя бы в рамках себестоимости. Поэтому говорить о реальных рыночных отношениях в такой ситуации не приходится.

В то же время в России создана сеть депозитариев, через которые брокерские, дилерские компании и иные участники рынка ценных бумаг проводят сделки, не отражая операции в реестре. Таким образом, они фактически могут торговать воздухом. Не секрет, что реальная цена акции предприятия выявляется только в момент первого отчуждения акций с эмиссионного счета, именно в этот момент в реальный сектор экономики приходят инвестиции. Все остальное, да не обидятся на меня участники фондового рынка и наш регулятор, есть не что иное, как «казино», это спекулятивная составляющая, которая не имеет никакого отношения к реальным инвестициям.

Реальное прохождение учета прав собственности через регистраторы просто не дало бы возможности в течение часа продать пакет несколько раз, необоснованно разогнав тем самым цены. Не было бы, конечно, такого взлета капитализации компаний, но не было бы и такого падения, свидетелями которого мы сегодня являемся.

— А какую роль в цивилизовывании отношений собственности, акционерных отношений играет регистраторский бизнес?
— Сложившаяся система работы регистраторов с очень высокой степенью защищенности системы ведения реестра позволяет акционерам быть застрахованными от столь модных ныне рейдерских захватов. Исключения, конечно, бывают, но каждый захват реестра в регистраторе сразу получает широкую огласку. Рейдерам это невыгодно. Они стараются «работать» с теми, кто самостоятельно ведет реестр. Если вы посмотрите на статистику захватов акционерной собственности, то она практически всегда сводится к случаям «самоврачевания» своего реестра акционеров.

— Каких законодательных установлений недостает, с вашей точки зрения, российскому рынку регистраторских услуг?
— Пожалуй, не рынку регистраторских услуг — он и так очень жестко регламентирован, хотя бы потому, что регистраторские услуги в соответствии с действующим законодательством являются исключительным видом деятельности. Разве что законодателю давно уже пора пересмотреть установленные еще до дефолта 1998 года расценки на услуги регистратора.

Стоит подумать и о том, являются ли регистраторы действительно уж такими крупными налогоплательщиками, какими их числят. Пожалуй, только у самых крупных российских регистраторов, входящих в первую тройку, численный состав работников превышает 100 человек, а обороты (с учетом установленных расценок и давления со стороны эмитентов по сумме выплат за обслуживание) более 15 млн руб. за девять месяцев. Однако перейти на упрощенную систему налогообложения регистраторы не могут.

Кризис обнажил проблемы акционерного законодательства. В России масса акционерных обществ с одним-двумя акционерами. Реестры они могут вести сами, но, как правило, ни квалифицированных специалистов, ни, соответственно, надлежащей документации в таких обществах не имеется. Собрания акционеров не проводятся десятилетиями. И это очень благодатная почва для рейдерства. Здесь все предельно просто, а доказать фактически ничего невозможно. Грамотные специалисты быстро «рисуют» недостающие документы и реестр. Они передают ведение его регистратору (и регистратор по закону обязан его принять, он не имеет права на проверку представленных документов, да и отказать в заключении договора практически не вправе — договор-то публичный). Сделка проводится через депозитарий, а чаще — через два депозитария, один из которых через некоторое время прекращает свою деятельность. А дальше как в детской сказке: «было ваше — стало наше». В суде же настоящим собственникам компании доказать фактор рейдерства очень сложно — для суда более легитимен реестр, который хранится у регистратора (ведь, как ни парадоксально, именно он несет и финансовую, и юридическую ответственность за левые сделки, если этот факт удается доказать), нежели тот, что «с колес» велся самой компанией.

Думаю, что если компания назвалась акционерной, то и ее реестр должен быть в регистраторе (ведь ведение реестра в соответствии с нашим законодательством — исключительный вид деятельности), и информация об обществе должна раскрываться надлежаще. Депозитарии, конечно, тоже должны существовать, но строго при бирже. Они действительно способствуют облегчению и ускорению прохождения ценных бумаг на фондовом рынке. Но, опять-таки, на бирже не так уж много российских эмитентов, и много депозитариев нам не нужно. Ценным бумагам же всех остальных компаний находиться в депозитарии совершенно не обязательно, если собственники не хотят обращаться к регистраторам и в то же время не желают стать жертвами рейдеров, пусть выбирают другие формы собственности.

— Какого вы мнения о практике регулирования рынка регистраторских услуг со стороны ФСФР России?
— Регистратор всегда был самым «нелюбимым дитятей» фондового рынка. К нему предъявляются наиболее высокие требования, вводятся самые жесткие ограничения. Хотелось бы, чтобы ФСФР думала не только о том, как бы еще наказать регистраторов, но и о том, что уже скоро три года, как обсуждается новое положение о ведении реестра. На рынке масса нововведений, а регистраторы так и живут «по старинке», впрочем, эта медаль имеет и оборотную сторону: данная ситуация говорит о высоком качестве имеющейся нормативной базы, регулирующей деятельность регистраторов. Она выдержала испытание временем. Существенный минус — нынешняя законодательная база совершенно не учитывает рейдерских реалий, ведь когда создавались эти нормы, Россия не была знакома с рейдерством. Так что пришло время расширить права регистраторов в плане проверки поступающей к ним документации.

Также я считаю, что сегодня перед нами стоит острая необходимость пересмотреть лицензионные требования. Очень «рыночный» норматив по количеству обслуживаемых эмитентов никак не стабилизирует деятельность регистраторов и тем более не делает их более устойчивыми. Представьте себе, что новое производство можно было бы запустить только при условии, что у него будет не менее определенного (достаточно большого) числа потребителей, а если с одним до норматива не дотянул, то сдай лицензию, потому что, с точки зрения регулирующего органа, ты не умеешь работать. Второй основной норматив, по которому о нас судит ФСФР России, — наличие собственных средств, фактически уставный капитал. С 1 января 2009 года он должен быть равен минимум 100 млн руб. Эти деньги фактически надо замораживать на депозитах банков. Однако чем замораживать такие денежные средства (кстати, в условиях кризиса нас фактически загоняют в Сбербанк под крайне низкие проценты, остальная банковская система сейчас не слишком устойчива, и мы это серьезно ощутили на себе: у нас уже «зависали» и платежи, и депозиты в одном из крупнейших банков), не лучше ли наладить реальное страхование нашей профессиональной деятельности?

— Регистраторские компании сегодня сотрудничают со страховщиками?
— Да, ООО СРК «Регион», например, сотрудничает со страховыми компаниями с самого начала своей деятельности, но так поступают далеко не все. Многие страховые компании сегодня не хотят работать с регистраторами и закрывают у себя это направление. Ведь регистраторы не заинтересованы платить высокие страховые взносы (у них ведь и без того много издержек), и в то же время ответственность страховой компании в случае наступления страхового случая достаточно высока. Так что позволить себе такую роскошь могут только крупные страховщики.

— ООО СРК «Регион» постоянно наращивает свою региональную сеть. Какова логика этой региональной экспансии и каковы конкурентные преимущества СРК «Регион» по сравнению с другими компаниями-регистраторами?
— Центральный офис нашей компании расположен в Туле, у нас шесть филиалов — в Москве, Санкт-Петербурге, Перми, Екатеринбурге, Саратове и Иркутске. Логика развития филиальной сети навязана нам регулирующим органом, она продиктована необходимостью выполнения требований нормативов, о которых я уже говорила. Мне кажется, что было бы гораздо удобнее для акционеров и акционерных обществ, чтобы в каждом регионе России был свой регистратор — дорожащий своей лицензией, а потому ответственно подходящий к работе, хорошо известный региональным компаниям и компетентный в местных реалиях. Между собой региональные регистраторы должны быть связаны корреспондентскими  — чтобы клиент, независимо от того, в каком из регистраторов обслуживается его компания, мог без проблем получить необходимые ему услуги в любом регионе страны. Сегодня же наблюдается диспропорция: из 60 компаний-регистраторов 24 приходится на Москву, четыре — на Санкт-Петербург, и оставшиеся 32 — на все российские регионы.

Что же касается конкурентных преимуществ, то, на мой взгляд, это не самое верное определение. На нашем рынке фактически нет конкуренции: регистраторов слишком мало, и большинство компаний предпочитают мирно сосуществовать друг с другом, общаться, советоваться, помогать. Если же говорить о достоинствах СРК «Регион», то это профессионализм, надежность, конфиденциальность. Компания использует в своей работе самые современные технологии, работает с каждым отдельным эмитентом по эксклюзивной схеме, в соответствии с принципами, отвечающими его требованиям, предоставляет клиентам широкий спектр услуг, поддерживая оптимальное соотношение между качеством и стоимостью.

Наш коллектив — это высококвалифицированные специалисты, в ООО СРК «Регион» сегодня трудится 58 человек, 80% из них имеют квалификационные аттестаты ФКЦБ (ФСФР) России. У многих сотрудников — два-три высших образования. Руководители компании и ее филиалов работают на рынке более 15 лет, имеют квалификационные аттестаты ФКЦБ (ФСФР) РФ, ГКИ РФ, профессиональных бухгалтеров, специалистов по антикризисному управлению и управлению государственным имуществом.

— Какое внимание вы уделяете совершенствованию методов защиты информации?
— Мы подходим к этому очень серьезно, ведь последствия недооценки вопросов безопасности могут оказаться весьма плачевными. В нашем арсенале и физические способы защиты информации (сервера находятся в специально оборудованном, закрытом от случайных посетителей помещении), и законодательные (уставом компании и трудовыми контрактами жестко наказуемы любые попытки кражи или искажения информации), и управление доступом, и криптографическое закрытие.

Сейчас в компании заканчивается процесс внедрения новой системы документооборота и ведения реестров «Зенит». Система реализует достаточно жесткое разграничение пользователей по уровням доступа к информации и, конечно же, шифрование самой базы данных. От потери информации страхует трехкратное единовременное дублирование данных и ежедневное копирование на внешние носители, географически находящееся в другом месте. Информация на внешних носителях подвергается криптографическому кодированию, что обеспечивает сохранность информации даже в крайне сомнительном случае кражи. Для обмена с филиалами используются кодированные каналы связи и криптографическое кодирование самой передаваемой информации. Все используемое компанией оборудование, софт и протоколы сертифицированы и лицензированы.

Общество с ограниченной ответственностью «Специализированная
регистрационная компания “Регион”».

Адрес: Россия, 300000, г. Тула, ул. Тургеневская, д.50
Лицензия №10-000-1-00336 от 07.06.2005г., выдана ФСФР России
на осуществление деятельности по ведению реестра.