Кто первый на выход?


Текст | Кирилл БЛОХИН

Президент Дмитрий
Медведев провозгласил новые принципы
кадровой политики. Насколько это повлияет на состав губернаторского корпуса,
у многих представителей которого в ближайшие месяцы истекают полномочия?

Новый курс?

Заявление Дмитрия Медведева, если оно
будет воплощено в жизнь, означает настоящую кадровую революцию. Во всяком случае,
слова президента о необходимости привлечения на госслужбу представителей бизнеса,
а также о регулярной ротации управленческих
кадров означают обновление как минимум
60% действующего губернаторского корпуса.

Это заявление тут же было подхвачено некоторыми представителями «Единой России»,
заявившими о целесообразности восстановления ограничения пребывания у власти губернаторов двумя сроками.

В этой связи можно вспомнить, что в свое
время именно такое ограничение для губернаторов было отменено вместе с губернаторскими выборами, в чем многие эксперты
усмотрели уступку губернаторскому корпусу в
обмен на установление полного контроля над
ними федеральной власти. Дальнейшее развитие событий подтвердило такие предположения — подавляющее большинство действовавших тогда губернаторов было переназначено
по новой схеме.

Нельзя сказать, что и прежде российская
власть не пыталась проводить кадровую политику на региональном уровне. Так, в первые
месяцы правления Владимира Путина по
влиянию губернаторского корпуса, превратившегося к концу 90-х годов в самостоятельную
политическую силу, был нанесен значительный
удар. Губернаторам пришлось уйти из Совета
Федерации, а над ними появился «смотрящий»
от федеральной власти — полпред президента.

В первые годы в результате деятельности полпредов региональное законодательство было приведено в соответствие с федеральным, парад
суверенитетов практически сведен на нет, а ряд
одиозных губернаторов лишились должностей.

После отмены губернаторских выборов и их замены процедурой назначения многие предсказывали радикальное обновление региональных
верхушек, однако этого не случилось.

Более того, переназначенные теперь уже
по новой модели губернаторы превратились
в верных и послушных столпов федеральной
власти и членов правящей партии, основной
функцией которых стало обеспечение «правильных» результатов голосования на выборах
разных уровней. В какой-то момент показатели «Единой России» на федеральных и региональных выборах стали считаться основным
критерием эффективности работы того или
иного губернатора.

Однако теперь в кадровой политике федеральной власти наметился новый поворот, причем это началось примерно год назад, когда некоторые губернаторы-долгожители, такие как
глава Самарской области Константин Титов
или новгородский губернатор Михаил Прусак,
незадолго до того прошедшие процедуру переназначения, были смещены со своих должностей. После выборов их судьбу разделили ярославский глава Лисицын и смоленский губернатор Маслов, причем если первый относился
к категории долгожителей раннеельцинского
призыва, то последний считался путинским выдвиженцем, а раньше работал в ФСБ. Весной не
были переназначены на новый срок архангельский губернатор Николай Киселев, скомпрометированный прошлогодним скандалом с видеозаписью, на которой человек, похожий на него,
берет взятку, а также недавно назначенный иркутский губернатор Александр Тишанин. В отставку
отправился и ставропольский
губернатор Михаил Черногоров, судьба которого висела
на волоске после поражения
«Единой России» на выборах
в местное законодательное
собрание в марте 2007 года
Кроме того, резко ухудшились
позиции приморского губернатора Сергея Дарькина и
вступившего в должность всего
год назад амурского главы Николая Колесова.

Таким образом, за прошедший год стало очевидно, что
федеральной властью взят курс
на кадровое обновление региональных элит, и хотя оно
происходит крайне медленно,
тем не менее, как говорится,
тенденция налицо. Также очевидно, что с приходом Дмитрия Медведева и в связи с его
заявлениями о необходимости ротации управленческих кадров этот процесс должен будет заметно ускориться. Моментом истины обещает
стать предстоящая осень, когда истекает срок
полномочий у значительной части глав субъектов Федерации, причем большая их часть — это
губернаторы, избранные еще в 90-е годы.


Которые тут временные?

На сегодняшний день более половины глав
субъектов Федерации занимают свои посты с
90-х годов. Среди них выделяется группа долгожителей, возглавивших регионы в начале 90-х.

Это мэр Москвы Лужков, главы Татарстана и
Башкирии Шаймиев и Рахимов, президент
Калмыкии Илюмжинов, губернаторы Свердловской области Россель, Белгородской Савченко, орловский губернатор Строев и еще
несколько глав регионов, занимающих свой
пост более 15 лет.

Главной отличительной чертой большей
части этих руководителей является, прежде
всего, их довольно успешная экономическая
политика и устойчивая репутация «крепких
хозяйственников». Другим важным критерием
выступает политическая стабильность в этих
регионах, порой граничащая с авторитаризмом. Кроме того, такие главы регионов отличаются большим политическим влиянием на
федеральном уровне.

В свое время многие из них фактически
находились в оппозиции к Борису Ельцину,
и кульминацией их политической деятельности стало участие в прогубернаторском блоке
«Отечество — Вся Россия». И хотя с приходом
Владимира Путина их политическая активность заметно поубавилась и все они стали членами «Единой России», тем не менее они остались политическими фигурами, с которыми
федеральная власть была вынуждена считаться
все последние годы, в первую очередь благодаря их электоральному ресурсу в собственных
регионах, а также учитывая, что все эти регионы фактически стали главной электоральной
базой «Единой России», где она получает наиболее значительные проценты. Кроме того, их
угасшее было фрондерство периодически до
сих пор дает о себе знать.

То мэр Лужков в открытую выступает против монетизации льгот, то недавно, после смены президента, Шаймиев и Рахимов требуют
восстановить выборность глав субъектов Федерации. Так или иначе, но эти региональные
лидеры до сих пор остаются фактором в первую очередь российской политической жизни,
и трудно поспорить с тем обстоятельством, что
федеральная власть до сих пор вынуждена с ними считаться и прислушиваться к их мнению.

О дальнейших перспективах этих глав регионов судить сложно. С одной стороны, их столь
длительное пребывание во главе субъектов Федерации явно противоречит объявленной Дмитрием Медведевым политике ротации кадров,
с другой стороны, ситуация в этих регионах
такова, что найти адекватную замену им будет
непросто. Однако ряд событий, в частности
слухи об упразднении поста президента Татарстана и скандал с главой администрации башкирского президента Радием Хабировым,
которого слухи прочили в преемники Муртазы
Рахимова, свидетельствуют, что федеральная
власть ищет подходы в этом вопросе.

Вторая группа — это губернаторы, избранные в середине и конце 90-х, а также в самом
начале 2000-х. Среди них изначально был высок процент представителей коммунистической партии и других оппозиционеров, однако
их большая часть со временем поменяла политическую ориентацию и сегодня они являются
примерными членами «партии власти». Тем не
менее предполагается, что именно эту категорию ротация кадров затронет в наибольшей
степени. Дело в том, что значительная часть
этих губернаторов большим политическим весом не обладает, эффективными управленцами
не является, а сегодняшней властью, несмотря
на всю подчеркнутую лояльность, воспринимается как пережиток «лихих 90-х». Наиболее
прочные позиции среди представителей этой
категории губернаторов — у главы Московской области Бориса Громова и губернатора
Краснодарского края Александра Ткачева,
а наиболее слабым звеном выглядит Приморский губернатор Сергей Дарькин.

Последняя группа — это назначенные по
новой схеме, а также отдельные губернаторы, избранные в 2000-е при содействии федеральной власти. Здесь также не все выглядит
однозначно. С одной стороны, очевидно, что
хотя новые назначенцы получают своего рода
карт-бланш на проведение преобразований,
в то же время некоторые из этих назначенцев
очень быстро теряют доверие, как это произошло с иркутским губернатором Александром
Тишаниным, который не сумел выстроить диалог с региональными элитами, и происходит
сейчас с амурским губернатором Николаем
Колесовым. Стоит заметить, что в категории
назначенцев преобладают пришлые «варяги».Плюс это или минус, судить пока сложно. Очевидно, что, с одной стороны, они свободны от
клановых связей и не имеют коррупционных
отношений, с другой, далеко не всегда такие
губернаторы могут выстроить отношения с региональными элитами, что и произошло с уже
упомянутым Тишаниным.


Кадры решают все

Если говорить о кадровом составе губернаторского корпуса, то здесь особых подвижек пока
не произошло. Среди губернаторов продолжают преобладать управленцы, сделавшие карьеру
еще в советские времена, в основном выходцы
из хозяйственного аппарата. А вот представители аппарата партийного долго в губернаторах
не задерживались, и на сегодняшний день эта
категория фактически сведена к минимуму. То
же самое относится и к представителям силовых структур — и в этом случае практика показывает больше негативных примеров.

Можно вспомнить, как достаточно бесславно
окончилось губернаторство генерала Шаманова в Ульяновской области, а также недавнюю
отставку смоленского губернатора Маслова,
в прошлом генерала ФСБ. Те же представители
«силовиков», которые до сих пор занимают посты, как, например, воронежский губернатор
Кулаков или ингушский президент Зязиков,
также не могут похвастаться большими успехами и уверенными позициями. Единственный
позитивный пример в этой категории — это
губернатор Московской области Борис Громов.

А вот представителей бизнеса, которых недавно призвал привлекать на госслужбу Дмитрий Медведев, среди глав регионов пока не
очень много. Так, выходцев из крупного бизнеса пока насчитывается двое — это тверской
губернатор Дмитрий Зеленин и глава Красноярского края Александр Хлопонин. Стоит
заметить, что оба этих губернатора демонстрируют довольно высокий уровень управленческой эффективности, а также обладают
заметным влиянием и на федеральном политическом уровне, что лишний раз свидетельствует в пользу предложения Дмитрия
Медведева. Позитивный пример продемонстрировал и Роман Абрамович, который за
семь лет губернаторства на Чукотке превратил
этот автономный округ из мрачного захолустья
в образцово-показательный регион. По всей
видимости, именно по просьбе населения Чукотского округа Роман Аркадьевич после ухода
с поста губернатора выдвинул свою кандидатуру в депутаты Окружной думы с перспективой
занять кресло ее председателя.

Достаточно позитивные оценки вызывает и
деятельность нового главы Самарской области
Владимира Артякова, до своего назначения на
пост губернатора несколько лет возглавлявшего
«АвтоВАЗ». Тем не менее пока процент представителей бизнеса среди губернаторского корпуса
остается мизерным, и пополнения здесь практически не происходит. Это может объясняться
как нежеланием представителей бизнеса идти
на госслужбу, так и небольшой востребованностью людей из бизнеса самой властью. Действительно, до сих пор в очень многих регионах
местный бизнес находится в состоянии войны с
представителями региональной власти, а федеральные бизнес-структуры, «закошмаренные»
антиолигархической кампанией последних лет,
не слишком стремятся напрямую вмешиваться
в региональную политику, а если и делегируют
своих представителей в региональные администрации, то делают это непублично, на основании закулисных договоренностей.

В целом стоит признать, что осмысленной
политики подбора кадров на должности губернаторов за последние годы так и не обнаружилось. Не видно было до сих пор и заметного желания как-то обновить существующий
губернаторский корпус, хотя в последний год,
как уже отмечалось выше, такие намеки и
появились. Не демонстрируют особых успехов
и назначенцы последней волны за редкими
исключениями, поэтому говорить о каких-то
особых успехах в региональной политике российской власти пока не приходится.

Впрочем, теперь, после слов Дмитрия Медведева, все же есть надежда, что внятная и
осмысленная политика по подбору квалифицированных специалистов на губернаторские
должности все же появится и люди, имеющие
реальный управленческий опыт в бизнесе или
госструктурах, смогут реализовать себя в качестве региональных управленцев. Ближайшие
полгода покажут, появилась ли такая политика
или же все эти заявления так и не получат фактических подтверждений.

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА

Михаил ВИНОГРАДОВ,
генеральный директор
Центра политической
конъюнктуры России:

Цифра 60% явно завышена.

Какая-то перетряска будет,
но сомневаюсь, чтобы она
была слишком радикальной.

Я думаю, что интерес к региональной проблематике постепенно повышается, но поскольку не решена главная
задача — не создана эффективная система подбора кадров на губернаторские
должности, то вряд ли
Кремль будет вести операцию «Возмездие», просто
убирая старые кадры и назначая на их места новые. Что
касается заявления Дмитрия
Медведева о необходимости
привлечения на госслужбу
людей из бизнеса, то само по
себе оно примечательно.

Естественно, управленческий
опыт бизнесмена важен, но
многое зависит от того, изменится ли политический вес
губернаторов. Сегодня губернаторы обозначают свое присутствие в политике, но при
этом многие из них, особенно
представители волны «назначенцев», полноценно ситуацию не контролируют. В бизнесе же часто приходится
брать всю ответственность на
себя, поэтому здесь может
встать вопрос совместимости
этих психологий. Другой нюанс, который создает проблемы для подбора квалифицированных кадров на губернаторские посты, — это неурегулированные взаимоотношения региональных и муниципальных властей.