Игорь ТЕЛЕЛЮХИН: вступление в ВТО ничего не меняет — де-факто мы уже находимся там


Текст | Кирилл БЛОХИН

Грядущее вступление России в ВТО вызывает большое количество
вопросов и опасений. Не получится ли так, что отечественная промышленность окажется неконкурентоспособной в условиях открытого рынка? Не потеряем ли мы последнее, что у нас осталось с
советских времен? Наконец, не грозит ли России полная утрата экономического суверенитета и окончательное превращение в сырьевой придаток? Приводим мнение исполнительного директора компании «Роэл-консалтинг» Игоря Телелюхина.

— Игорь, какие плюсы и минусы для российской промышленности несет вступление
России в ВТО? Какие отрасли
выиграют?


— Выиграют прежде всего сырьевики, тем более что наши власти делают им такой царский подарок, как
повышение тарифов. Кроме того, у
них гораздо лучше развита система
сбыта, и поэтому промышленное
оборудование они смогут закупать у
западных производителей. Что касается среднего уровня российской
промышленности, то здесь ситуация будет непростая, потому что к
таким проблемам, как наши климатические условия, человеческий
фактор и техническое состояние
оборудования, добавятся европейские цены на энергоносители. Потребитель же в итоге выиграет, так
как усилится конкуренция и расширится ассортимент.

В целом вступление в ВТО ничего
не меняет, фактически мы уже находимся там: к нам пришли сетевые
магазины, дистрибуция, авиационные производители — то есть ничего революционного не произойдет.

Просто, возможно, чуть-чуть жестче
станет конкуренция, вероятно, разговоры о вступлении в ВТО вызовут
психологический дискомфорт у наших производителей, может быть,
появятся новые иностранные компании, которые захотят прийти на наш
рынок. Но хочу заметить, что главный тормоз для развития промышленности — не ВТО, а административные барьеры, причем это касается как отечественных, так и иностранных производителей.

Поэтому не стоит бояться того,
что иностранный капитал придет и
скупит нашу промышленность. Почему он должен заниматься разгребанием наших авгиевых конюшен?
Возможно, он приобретет какие-то
отдельные успешные предприятия,
поскольку это нужно для повышения
престижа брэнда, но капитал везде и
во всем ищет выгоду, и просто так,
чтобы поуправлять, наши предприятия Западу не нужны.

Правда, есть вот какой нюанс:
иностранный капитал может прийти
с целью уничтожения конкурента на
рынке, и даже заходя в малых долях на предприятие потенциального
конкурента, они могут стремиться
его уничтожить. Для этого есть разные способы: саботировать развитие данной компании, обанкротить
ее, наконец начать какую-то сложную систему реструктуризации, которая в конечном итоге похоронит
предприятие. И здесь свою роль
должно сыграть государство. Необходима определенная информационная кампания под лозунгом, например, поддержки отечественного
производителя, и этот пиар нужен
сейчас прежде всего внутри нашего
государства. То есть все станет хорошо лишь тогда, когда народ будет
любить свою родину.

— В каких направлениях, на
ваш взгляд, возможен в настоящее время ребрэндинг старых
советских предприятий? Что он
должен включать?

— Для начала ответим на вопрос:
почему эти предприятия так долго
не менялись? Ведь они как-то до
сих пор существуют, у них есть поставщики, покупатели… То есть если
они до сих пор не обанкротились,
значит, они жизнеспособны. И —
еще раз подчеркну — вступление в
ВТО ничего принципиально для них
не изменит, за исключением того,
что, как я уже сказал, будет иметь
место определенный психологический дискомфорт из-за осознания
самого факта возможного появления конкурента.

Что может противопоставить ему
отечественный производитель?
В первую очередь налаживание
системы сбыта, так как при хорошо
отлаженной системе сбыта и маркетинга предприятие сможет получать
адекватную информацию о своей
продукции, в том числе о ее качестве, сроках поставок и многих других вещах. Поэтому компаниям нужно не заниматься так называемым
ребрэндингом, а всего лишь посмотреть реальности в глаза и ответить
на вопрос, востребована ли их продукция, и если не востребована, то
проанализировать и подумать, какие
ниши на рынке можно занять.

Соответственно, в случае если
предприятие, что называется, лежит,
с ним уже ничего сделать нельзя —
только закрыть и создать новое. Если же организация жива, то должна
просто развиваться в нормальном
режиме. Изменения тут могут быть
стандартные: улучшение качества
сбыта, анализ производственных
мощностей, политика качества и вообще совершенствование всего, что
только можно усовершенствовать.


— Можно ли как-нибудь оптимизировать старое советское
производство?

— Есть советские производства,
которые эффективны, и их очень
много. Но не стоит забывать, что
Запад с середины прошлого века
интенсивно развивался в условиях
жесточайшей конкуренции, а у нас
этого не было. Поэтому все хорошо
там, где мы конкурировали с Западом, — прежде всего это оборонка
и космос, а там, где соперничества
не было, в основном все плохо.

В будущем мы неизбежно что-то
потеряем, а что-то приобретем —
тут предугадать сложно.


— Какой должна быть ассортиментная политика российских
предприятий?

— У каждой фирмы должна быть
своя ассортиментная политика, диктуемая рынком. Сильный бизнес,
сильный топ-менеджмент в состоянии решать задачу формирования
спроса. Однако хочу заметить, что
есть общемировая тенденция, которая у нас пока недооценена, — это
резкое увеличение доли сервиса в
производстве, когда продается не
только товар, но и прилагающиеся
услуги, к примеру, ремонт, если это
оборудование. То есть идет диверсификация в сторону услуг, в сторону
максимального охвата потребностей
клиента. И это нужно учитывать любому производителю, желающему
быть конкурентоспособным.

Однако бывает так, что гораздо
более успешным оказывается фокусирование на каком-то узком сегменте, а не распыление усилий. Но так
или иначе, каждый должен самостоятельно принимать решение, исходя
из сложившейся ситуации.


— В какую сторону должна меняться политика качества на
российских предприятиях в связи с вступлением в ВТО?

— Независимо от того, произойдет это вступление или нет, всегда
и везде конкурирует продукция,
во-первых, качественная и, во-вторых, хорошо «пропиаренная». При
плохом качестве продукции и при
долгосрочных финансовых проблемах в компании рынок «уходит»
к конкуренту.

Могу сказать, что у нас есть потенциал продвижения и позиционирования наших товаров как наиболее
качественных. Поскольку у всех на
слуху большие претензии к качеству
китайских товаров, проблемы с качеством западных продуктов питания,
то на этом фоне мы можем заявить,
что отечественные ТНП — самые качественные, что они с большим запасом прочности и т. д. Тут можно
вспомнить пример американцев, когда они вбросили информацию о вреде китайских игрушек, после чего
спрос на китайские товары в США
резко упал. Правда, чтобы снижать
спрос на чужие товары, надо для начала иметь свои.


— Как вы оцениваете эффективность менеджмента российских предприятий и его конкурентоспособность?

— Ощущение двойственное.

С одной стороны, ситуация с уровнем российского менеджмента
оставляет желать лучшего. Все-таки
наследие советской экономики, плановой системы до сих пор продолжает сказываться. Многие из тех,
кто сейчас находится у руля, отличаются скорее теоретическими знаниями и живут «по учебникам», но при
этом практических управленческих
навыков им катастрофически не
хватает. Однако, с другой стороны,
тенденция все равно хорошая, квалификация наших менеджеров постоянно улучшается, можно даже
сказать, что совсем неквалифицированных не осталось. Но несмотря на
то что современный менеджмент более или менее соответствует текущим задачам, в сравнении с Западом он все еще сильно проигрывает,
так что перспектива светлого будущего у нас определенно существует,
поскольку есть в каком направлении
развиваться.