Поход по-маленькому


Текст | Ирина СКЛЯРОВА, экономический обозреватель

Малому бизнесу обещана помощь.

Малый бизнес окрылен: президент
Дмитрий Медведев пообещал избавить малые предприятия от проверок контролирующих органов. Впервые столь
радикальное предложение прозвучало не от
имени самого бизнеса, а от лица президента.

Тепличный режим для малых предприятий,
по логике президента, создаст конкурентную
среду, и они начнут бороться за потребителя, повышая качество. Логика верна лишь
с поправкой на особый менталитет отечественного предпринимателя. Чем дальше от
Москвы, тем меньше забота о качестве волнует
представителей малого бизнеса. И вряд ли
ситуацию можно исправить созданием для
них тепличных условий.

Садоводы в штатском
Беспокойство российских властей о малом
бизнесе в последние десять лет более всего как
раз и напоминает отношение в меру добросовестного, но чересчур занятого садоводасамоучки к прихотливым парниковым растениям. Когда о растениях вспоминают, их окучивают и поливают. Так же и правительство
раз в три-четыре года выносит обсуждение
проблемы малого бизнеса на самый высокий уровень, давая ведомствам к разработке
целый список поручений по мерам поддержки малых предпринимателей. Когда садоводалюбителя отвлекает основная работа, борьба
за существование оставляет в живых самых
адаптированных питомцев. Их ряды пополняют новые бойкие ростки, взращенные каждый
раз, когда садовод, опомнившись, начинает
поливать грядки. Но если вдруг хозяин замечает на грядке вредителей — пиши пропало.

Истребление заразы убивает не столько тлю,
сколько растения в самом зародыше. Так же
и периодически устраиваемые карательные
мероприятия не справились с пагубными червоточинами в бизнес-среде, зато отбили у многих россиян само желание когда-либо открыть
собственное дело.

Рейд по борьбе с фирмами-однодневками
донельзя затруднил регистрацию предприятий. Компания частных предпринимателей,
арендующих вскладчину помещения для своих
фирм, автоматически попадает под подозрение в нелегальном использовании так называемых адресов массовой регистрации. В борьбе
с алкоголизацией населения под разорение
подвели владельцев маленьких придомовых
магазинчиков, имеющих основную прибыль
за счет продажи спиртного. Действующие с
позапрошлого года правила регулирования
оборота спирта позволяют владеть лицензией на продажу алкоголя торговым точкам,
имеющим очень высокий уставный капитал.

Жители же, не имея продуктовых магазинов
под боком, вынуждены даже за хлебом ездить
в гипермаркет.

Проверки приходят на малые предприятия
по любому поводу, и каждое ведомство знает, в
чем уличить малого предпринимателя, рапортуя об успешном проведении контрольных
мероприятий. Чем меньше организация, тем
эффективнее проверка: экологи не простят
текстильному цеху выведенной в заброшенный карьер канализации, но на нефтяные
трубы, проходящие по территории заповедников, вполне могут закрыть глаза.

Терпят все это в стране сегодня чуть более
миллиона малых предприятий. По данным
Минэкономразвития, именно столько легально работающих предприятий в России можно
причислить к малому бизнесу. Ежегодно их
количество прирастает на 5%. Большая часть
индивидуальных предпринимателей пока
занимается торговлей. На нее и сферу услуг
приходится 72% оборота всех малых предприятий, на промышленность — 13%, на строительство — 7%.

Вклад малых предпринимателей в рост
ВВП — 15%. В США и Евросоюзе этот показатель равен 80%. Но там и государственного
внимания малому бизнесу оказывается не в
пример больше. В Соединенных Штатах уже
полвека существует Администрация малого бизнеса — ведомство с многомиллиардным бюджетом, а президент США ежегодно направляет конгрессу доклад о состоянии
малого бизнеса в стране. Правда, по статистике, в тех же Штатах из предприятий малого
и среднего бизнеса лишь 25% доживают до
возраста трех лет. У нас и этот показатель
хуже — в российской действительности нервы
сдают значительно раньше.

Российских предпринимателей контролируют на федеральном уровне по 45 направлениям 30 различных ведомств. Этот факт на
заседании президиума Госсовета по малому
предпринимательству в Тобольске с возмущением признал Дмитрий Медведев, выразив
желание запретить любые проверки малых
предприятий какими бы то ни было контролирующими структурами.

Инкубатор в подвале
Между тем проверки — это отнюдь не все,
что заставляет многих наниматься даже за
копеечную зарплату, вместо того чтобы рискнуть открыть свое собственное дело. Фирма
должна иметь помещение. Аренда съедает до
70% доходов малого бизнеса. Рынка нежилой
недвижимости эконом-варианта практически
не существует. Арендатор помещения не обладает преференциями в случае приватизации
помещения: выкуп помещения из муниципального или государственного фонда производится
только на аукционе, где победителем становится тот, кто предложит наибольшую сумму. Редким счастливчикам удается снять за символическую плату офис в бизнес-инкубаторах или
технозонах, субсидируемых из казны. Федеральное правительство очень гордится созданными бизнес-инкубаторами, но возможности
в предоставлении площадей предпринимателям у таких структур очень ограниченны. Они
также не могут на льготных условиях выкупать
помещения из муниципальной собственности и конкурировать на аукционах с другими
покупателями.

О введении внеконкурсного порядка приобретения помещений добросовестными арендаторами речь идет уже более пяти лет. За это
время было написано несколько вариантов
поправок в законодательство, один из которых уже рассмотрен Госдумой нынешней
весной. Однако против их принятия возражает правительство во избежание появления
фиктивных договоров аренды, составленных
задним числом.

Облегчение условий аренды или покупки
помещения — это много, но отнюдь не все.

Если в Москве найти подходящее помещение
малому предпринимателю гораздо труднее,
чем взять стартовый кредит, то в регионах
ситуация обратная. Там больше незанятых
недорогих офисных площадей, но кредитные программы многих банков до регионов
пока не дошли. Это, впрочем, не удивительно.

Банки обратили внимание на предпринимателей сравнительно недавно: бум запуска специальных программ по кредитованию малого
и среднего бизнеса пришелся на 2006 год.

Немаловажно и то, что в городах с населением
50—100 тыс. человек банковский сектор представлен только Сбербанком.

Для банков кредитование малого бизнеса — работа весьма рискованная, несмотря
на то что региональные власти довольно
часто готовы решить для малого и среднего бизнеса вопрос залогового поручительства. Но с залогами банкам возиться не
хочется, кредитные учреждения предпочитают иметь гарантии того, что ежемесячные доходы предпринимателя позволят ему
платить банковские проценты. Системы же
кредитного скорринга (балльной оценки
кредитоспособности заемщика) для малых
предпринимателей еще не развиты. Ведь
даже у торгующих одним и тем же товаром
финансовое состояние может быть очень
различно. Статистических данных, особенно
в регионах, банки накопить по такому виду
кредитования пока не успели. Так что спрос
на подобные кредиты удовлетворен лишь на
20–25%, а развитие бизнеса только лишь за
счет собственных средств существенно ограничивает оборот.

Провинциальным предпринимателям, как
правило, требуются не очень большие по
московским меркам кредиты. Но наиболее
востребованного продукта банки им пока не
предлагают. Под микрокредитованием бизнеса у нас по-прежнему подразумеваются
суммы от $50 тыс. Поэтому едва ли не меньший фурор, чем слова Медведева о запрете
всех проверок, произвел на предпринимателей визит в Россию Муххамада Юнуса,
гуру микрофинансирования из Бангладеш.

На родине Юнуса кредиты действительно
микроскопические: если крестьянину нужно
купить мотыгу, он может взять кредит ровно
на стоимость покупки. В столь микроскопических кредитах российский бизнес, пожалуй,
не нуждается, но кредит в размере $5 тыс. на покупку холодильного оборудования для
маленького магазина взяли бы многие.