Кредитный огород


Ирина СКЛЯРОВА, экономический обозреватель


Кредитование АПК стало, по сути, основной составляющей «аграрного» нацпроекта.

Российское сельское хозяйство незаметно начало жить в долг. Доступность сельхозкредита
в прошлом году стала практически повсеместной. Кредитами теперь пользуются даже
те, чьим жизненным кредо до недавнего времени было «никогда не брать взаймы».
Рядовым потребителям ранее до этого было мало дела: вряд ли кого интересует,
откуда берутся продукты на прилавках магазинов. Однако разразившийся летом кризис
цен на продовольствие и подскочившая инфляция многих заставили задуматься, в
нужном ли направлении «закачиваются» деньги для стимулирования сельхозпроизводства.

Едва аграрный сектор перестали называть черной дырой, где пропадают бюджетные
средства, появилось и сразу прижилось новое название — вечный нацпроект. В рамках
нацпроектов деньгам велено вести счет, поэтому в госпрограмме развития сельского
хозяйства, как утверждает министр сельского хозяйства Алексей Гордеев, «объемы
государственной помощи прописаны до копейки». На льготное кредитование сельхозпроизводителей
там выделена львиная доля. 29 млрд из 47 млрд руб., запланированных на два года
расходов на аграрный нацпроект, должны пойти на субсидирование расходов на разнообразные
сельхозкредиты.

Субсидирование процентной ставки заемщикам-сельхозпроизводителям, приобретшее
популярность в рамках нацпроекта «Развитие АПК», изобретение не последних лет
и даже не последнего десятилетия. Ранее кредиты под гарантию губернаторов, субсидированные
региональным правительством, выдавались малодоходным хозяйствам на весенне-полевые
работы. Такая практика имеет место и сейчас. Но формализовал и систематизировал
выдачу льготных кредитов принятый в прошлом году закон «О развитии сельского
хозяйства», где указаны основные направления поддержки отрасли на ближайшие
15 лет.

Сельхозкредиты доступны многим, и весь прочий бизнес, не связанный с сельским
хозяйством, может о таком только мечтать. Государство субсидирует фермерам затраты
на уплату процентов — две трети ставки рефинансирования Центробанка, действующей
на дату заключения договора. Проще говоря, беря кредит, фермер заплатит, помимо
основного «тела» долга, только треть процентов по кредиту, остальное погасит
государство.

Кредитов на развитие сельхозпроизводства берут много и впрок. Дело в том, что
разработчики закона «О развитии сельского хозяйства» поместили в конце документа
маленькую «приписочку». В ней говорится, что порядок предоставления субсидий
на возмещение части затрат на уплату процентов распространяется на кредиты,
оформленные до 1 января 2010 года. То есть вся кредитная поддержка, предусмотренная
законом, рассчитана только на три года. Что это означает в чисто поведенческом
плане, понять нетрудно. Стоит лишь представить, что выдаваемые банками обычные
потребительские или автокредиты вдруг ограничили во времени. Инстинкт «бери
сейчас, вдруг пригодится» срабатывает моментально.

Реверанс животноводам

Первоначально льготное кредитование в рамках нацпроекта появилось в качестве
реверанса животноводам. Программа по ускоренному развитию животноводства стала
в нацпроекте основной. Количество денег, выдаваемых крупным животноводческим
производствам, личным подворьям и фермерам в виде кредитов, исчисляется сотнями
миллиардов рублей в год. Как заявлял еще недавно, до того как весной прошлого
года возникли первые симптомы продовольственного кризиса, Алексей Гордеев, удалось
стабилизировать численность крупного рогатого скота, производство мяса растет
на 1% в месяц, молока — чуть меньше, но тоже ощутимо.

Планировалось, что к началу 2008 года в стране будет построено 1,7 тыс. новых
животноводческих объектов. Однако затея застопорилась, и пока можно говорить
о цифрах в десять раз меньших. Зато, как уверяют в Минсельхозе, в стране наблюдается
бурный расцвет сельхозкооперативов. Сейчас их порядка 3,5 тыс., в то время как
до нацпроекта было всего 900. Но этому процессу есть и иное объяснение. Сокращение
количества крупных сельхозпроизводителей и появление структур, объединяющих
личные подсобные хозяйства, связано с неравным юридическим статусом фермерских
и личных хозяйств. У личного подсобного хозяйства нет налогов и отчетности,
тогда как фермер — это уже юридическое лицо. Но кредиты одинаково доступны и
тем и другим.

Если первоначально довольно «длинные» восьмилетние льготные кредиты выдавались
в основном на строительство и реконструкцию животноводческих комплексов и рыбопромысловых
предприятий, то с 2007 года есть возможность взять льготный пятилетний кредит
на приобретение племенного скота, племенного материала для рыбоводства, техники
и оборудования для ферм. Льготные кредиты крестьянским хозяйствам выдаются на
срок до полутора лет, а максимальный срок кредитования сельхозкооперативов составляет
два года. На кредитные деньги можно купить бензин и дизтопливо, запчасти для
ремонта сельхозтехники, средства защиты растений, удобрения, корма, ветеринарные
препараты, молодняк скота и птицы, а также сырье отечественных производителей
для дальнейшей переработки. Если сумма кредита не превышает 3 млн руб. на одно
хозяйство, за счет государства покрывается до 95% фактических затрат на уплату
процентов.

Торжество либерализма

С чисто финансовой точки зрения для развития бизнеса, особенно малого, условия
кредитования производителей невероятно либеральны. Максимальный объем предоставляемых
средств рассчитывается индивидуально и не всегда ставится в прямую зависимость
от объема сделки, для финансирования которой привлекаются кредитные ресурсы.
Залоговая стоимость имущества, которое фермер должен передать в залог банку,
устанавливается по его рыночной стоимости без понижающих коэффициентов, что
позволяет увеличить сумму кредита. Банки имеют возможность даже дать частично
или полностью необеспеченный залогом кредит. За счет бюджетных средств можно
оформить и субсидию на страхование имущества, передаваемого в залог.

Раздачу дешевых кредитов, ставшую, по сути, главной составляющей нацпроекта,
еще до нынешнего продовольственного кризиса в правительстве одобряли далеко
не все. Само по себе субсидирование сельхозкредитов государством достойно всяческого
поощрения, однако применяемое в виде практически единственной меры поддержки
оно лишь теоретически способствует увеличению объемов производства. Минэкономразвития
еще до начала роста цен на продукты закладывало в своем прогнозе до 2009 года
только трехпроцентный годовой рост объемов сельскохозяйственной продукции и
намечало при этом двукратное увеличение импорта продовольствия. Росстат давал
также весьма красноречивые цифры. Производство молока в стране последовательно
сокращается — с 47 млн т в 1992 году до 33 млн т в 2002-м и 31 млн т в 2006
году. Производство скота и птицы уменьшилось за это время с 8 млн до 5 млн т,
яйца — с 43 млрд до 38 млрд штук.

На отечественный рынок поступает все больше импортного мяса и концентрата молока,
из которого российские молокозаводы делают теперь свою продукцию. Импортная
продукция дешевле нашей, поскольку за границей фермеры получают гораздо более
серьезные преференции от государства. Российским аграриям в этих условиях приходится
снижать отпускные цены. Потребителю такая конкуренция цен выгодна, однако убытки,
которые несут фермеры, выручая на продаже мяса меньше, чем потратили на корм
скоту, государство компенсировать не собирается. Хотя в мировой практике субсидирование
государством закупочной разницы (государство покупает продукцию у фермеров заведомо
дороже, чем она затем реализуется на рынке) один из самых распространенных способов
поддер-жки сельхозпроизводителей. Неудивительно, что столь противоречивая аграрная
политика российского правительства по-прежнему приводит к сокращению поголовья
скота.

Продуктовый кризис повлек за собой скачок инфляции и панику, которая в свою
очередь вызвала еще большее повышение цен на мясо, яйца, масло, хлеб и молоко.
Единственной реакцией правительства на это стали попытки заморозить цены и закрыть
границу для ряда импортных продуктов, что вызывает еще большую ценовую панику
внутри страны. Как уверяют аналитики, все проблемы со скачками цен — плод однобокой
аграрной политики.

«Государству ничего не остается, кроме как искусственно стимулировать развитие
аграрного сектора, в том числе путем льготного кредитования. Рост объемов сельхозпроизводства,
очень слабый в силу неэффективности технологий, не успевает за ростом потребления,
но бизнес весьма неохотно вкладывает в аграрный сектор деньги ввиду его низкой
рентабельности. И хотя активы в аграрном секторе скупают хорошо, так как в перспективе
в этой сфере наверняка откроется много “лакомых” направлений, серьезных “длинных”
инвестиций пока нет», — говорит генеральный директор компании «Финэкспертиза.
Консалтинг» Дмитрий Шустерняк. Льготное кредитование фермеров — инструмент неплохой,
однако средства, которые направляются на эти цели, могли бы расходоваться более
эффективно, уверен он. «Нацпроект по развитию АПК для решения проблем аграрного
сектора — как компрессы для смертельно больного пациента. Вылечить его этим
не получится, но немного легче ему все же станет. Любые попытки поддержать сельское
хозяйство будут обречены на провал до тех пор, пока развитие аграрного сектора
имеет столь низкую пиар-составляющую. Электорат в основном живет в городе, и
аграрная проблема всплывает только тогда, когда случается кризис», — считает
эксперт.

Сельское хозяйство нередко живет в своем, параллельном измерении. И хотя Россия
у многих ассоциируется с определением «аграрная страна», как выращивать деньги
«из земли», знают далеко не все. Не секрет, что многие холдинги, пытаясь заняться
агропроизводством, через непродолжительное время бросали это дело, продавая
активы. Зачастую для крупного сельхозпроизводства просто не находится управленческих
решений. Ведь это по своей сути сразу несколько бизнесов: летом — один, зимой
— совершенно другой, а в межсезонье — третий. И как эффективно работать в таком
«суммированном» бизнесе — не очень понятно.