ПРОторг


Тимур ХУРСАНДОВ
журналист-международник

Визит в Москву Кондолизы Райс начал самый сложный этап обсуждения России и США своих отношений, ознаменованный попыткой США построить вокруг нашей страны объекты ПРО.

Империя зла. По иронии судьбы этот термин, когда-то запущенный в США против Советского Союза, как бумеранг, обернулся против его авторов. Во всяком случае, иначе как империей зла США не назовешь, если ознакомиться с основным документом, определяющим стратегию российской внешней политики, который недавно был представлен МИД РФ.
А в выступлении Владимира Путина на параде в честь 9 Мая вообще был явный намек на кое-чье сходство с Третьим рейхом.
На Смоленской площади и в Кремле Вашингтон обвиняют практически во всех смертных грехах. Начнем с постсоветского пространства. Что же здесь творят заокеанские злопыхатели? Ответ не нов и очевиден: Белый дом при поддержке своих западных союзников активно помогает режимам, построенным на этническом национализме, в первую очередь режиму Михаила Саакашвили. И вообще, по мнению МИД России, США пытаются перекроить все пространство бывшего Советского Союза. Зачем им это нужно? Да чтобы по навязываемым извне лекалам давления на государства —
не члены НАТО и ЕС изменить вектор их политической ориентации вплоть до смены правящих режимов, считают в Москве. Ни больше ни меньше.
В Европе США умудрились исказить светлые цели и принципы ОБСЕ и откровенно используют эту организацию в собственных внешнеполитических целях. «Изначально заложенная в концепцию ОБСЕ функция форума для равноправного политического диалога и принятия коллективных решений по общим для всех государств-участников вопросам европейской безопасности все больше атрофируется, — уверены авторы мидовского доклада. — США и ряд других западных стран пытаются свести деятельность ОБСЕ к роли одностороннего инструмента обеспечения своих внешнеполитических интересов в отношении других государств — участников этой организации».
Что уж тут говорить про прочие коварные планы вашингтонского «обкома», такие как предоставление независимости краю Косово без создания универсального прецедента, приближение к российским границам сил НАТО и, главное, — вероятное размещение в Чехии и Польше элементов американ-ской национальной системы противоракетной обороны.

Про ПРО

Тема создания американской системы противоракетной обороны, пожалуй, и в самом деле является сейчас ключевой в отношениях двух стран. Иначе как объяснить, что одним из наиболее часто упоминаемых в СМИ граждан США стал Генри Оберинг. Этот генерал, возглавляющий агентство США по ПРО, в одночасье превратился в одного из основных ньюсмейкеров российской да, наверное, и всей европейской прессы. Доходит до смешного: в последнее время имя Оберинга мелькает в СМИ едва ли не чаще, чем имена Джорджа Буша или Кондолизы Райс. И заявления у него были не в пример жестче, чем у прочих официальных лиц США. Оберинг решил не скромничать и не ограничиваться Чехией и Польшей, которые называются в качестве площадок для элементов американской противоракетной обороны. Генерал, в частности, нанес визит в Киев, немало обеспокоивший Москву и давший повод снова говорить о вовлечении Украины в орбиту пентагонских ястребов. И наконец, он поведал, что неплохо бы разместить кое-что из арсенала ПРО на Кавказе.
Реакция России была вполне предсказуемой. В очередной раз заклеймив нежелание США признать существование многополярного мира и играть по коллективным правилам, Москва призвала Вашингтон не торопиться и не делать никаких шагов без соответствующих консультаций. «У нас есть конкретные предложения на переговорах, как обеспечить безопасность в этом регионе. Развертывание ПРО, попытка охватить Кавказ, Украину и другие страны, граничащие с Россией, —
все эти идеи противоречат подходам к обеспечению безопасности, которые продвигает Россия», — подчеркнул министр иностранных дел РФ Сергей Лавров.
Конечно, не остались в долгу и российские военные, а кое в чем они даже переплюнули заокеанских коллег. Пентагонские ястребы подбираются к нашим западным границам со своими злокозненными планами противоракетной обороны? А мы вам — выход из Договора о ракетах малой и средней дальности. Вам и после этого неймется? Ну что ж, у нас в загашнике есть еще козыри: совершенно сенсационное, хотя и мало кем замеченное заявление сделал командующий Космическими войсками РФ Владимир Поповкин, сообщивший, что Россия намерена разместить в своих посольствах за рубежом мобильные станции лазерно-оптического слежения за космосом. Вот это уже серьезно. Это вам не радар в Чехии.
Тут, видимо, в Вашингтоне осознали, что перегнули палку. И тогда посыпались заявления одно другого удивительнее. Чего стоит только откровение высокопоставленного представителя Министерства энергетики США: оказывается, Соединенные Штаты полностью поддерживают политику России по отношению к ядерной программе Ирана!
Забеспокоились Соединенные Штаты, надо сказать, отнюдь не беспочвенно. Вопрос о приближении к российским границам американской национальной системы противоракетной обороны на самом деле довольно взрывоопасен. Да, на сегодняшний день ПРО, скорее всего, действительно не направлена против России. Другое дело, что она в принципе может быть против нее направлена. И это в случае охлаждения отношений между двумя странами способно стать мощным козырем в рукаве у Вашингтона. Американские эксперты в один голос утверждают, что один радар и с десяток противоракет — это просто смехотворный аргумент против ядерного арсенала Москвы. К тому же и траектории российских ракет, мол, не проходят над территорией Чехии и Польши. Но за всеми этими разговорами они как-то забывают, что и радар, и средства перехвата, которые хотят установить в Восточной Европе американцы, очень даже неплохо перекрывают практически все точки запусков в европейской части России. И если предположить, что США все-таки вознамерятся нанести удар первыми, то возможности для ответа у Москвы окажутся весьма ощутимо урезаны. И даже если представить, что американские военные собираются сбивать баллистические ракеты, летящие из Ирана, то такой перехват, вполне вероятно, будет происходить над российской территорией, что тоже, мягко говоря, малоприятно. Ведь если американцам не удастся уничтожить иранскую ракету в воздухе, ее остатки, а возможно, и сама боеголовка свалятся буквально нам на голову. Согласитесь, есть о чем задуматься.
Да и вопрос о доверии чрезвычайно важен. Сколько бы в Вашингтоне ни утверждали, что никаких антироссийских происков в создании ПРО нет, у Москвы нет-нет да и проскользнет подозрение: а чего тогда они к нам лезут? Кроме того, сами же американцы не скрывают, что в будущем данная система вполне может быть модернизирована и даже расширена за счет элементов морского базирования, а также космических элементов. И кто тогда рискнет утверждать, что ПРО — это всего лишь пшик против российских ракет?

Худой мир?

В обеих столицах, похоже, это довольно ясно осознают. И потому не исключено, что в ближайшее время мы станем свидетелями активных политических разменов. Откажитесь-ка, уважаемые американские друзья, от ракет в Польше, а мы не будем с пеной у рта защищать Тегеран. А там, глядишь, и по поводу Косова договоримся. Естественно, ни в Москве, ни в Вашингтоне никогда не признают существования практики таких взаимных уступок, но, вероятно, она все-таки применяется. Во всяком случае, мало кто ожидал, что Россия, у которой, скажем честно, имеется немалый интерес в Иране — как в экономическом, так и в геополитическом плане, — пойдет на значительные уступки по поводу новой резолюции Совета Безопасности ООН, посвященной иранской ядерной программе.
Да и в обзоре российской внешней политики, упоминавшемся в начале статьи, может, и нехотя, но признается, что не все так безнадежно на горизонте отношений Москвы и Вашингтона. Бесспорно, есть серьезные несовпадения во мнениях, но они не критичны. «Эти расхождения, разумеется, не обрекают нас на конфронтацию», — полагают в российском МИДе. Более того, российская дипломатия совершенно справедливо осознает, что без контактов с США существовать в современном мире не в состоянии ни одна мало-мальски крупная и открытая держава.
«С учетом веса США в мирохозяйственных делах качество двусторонних отношений — один из факторов создания благоприятных внешних условий для решения задач социально-экономического развития России», — говорится в обзоре российской внешней политики.
Так, может, именно через преодоление имеющихся ныне разногласий сторонам и удастся найти некий баланс и выстроить отношения на основе здорового прагматизма, о котором давно твердят в Москве?