Аркади МИЛ-МАН: Россия стала частью моей жизни



Беседу вели Юрий Кузьмин
и Дарья Суходольская

Сотрудничество между Государством Израиль и Россией сегодня ведется по многим направлениям. Это и политика, и экономика, и культура, и наука, и туризм. Однако так было далеко не всегда. Дипломатические отношения между двумя странами были возобновлены только 15 лет назад. И результат, которого достигли наши государства за это время, впечатляет. 14 мая Государство Израиль отметило 58-ю годовщину своего создания. В преддверии этого события мы встретились с Чрезвычайным и Полномочным послом Государства Израиль в РФ Аркади Мил-Маном.

— Господин Мил-Ман, в апреле исполнилось три года вашей работы в России в должности посла. Чем эти годы для вас запомнились? Что удалось сделать?

— Три года, конечно, не такой большой срок и в жизни человека, и в жизни страны, однако если учесть тот факт, что отношения между нашими государствами были восстановлены всего лишь 15 лет назад, то можно сказать, что эти три года — пятая часть пути, который Россия и Израиль прошли вместе. Данный период был очень насыщен и очень неоднозначен. В наших дипломатических отношениях были и успехи и неудачи, и согласие и непонимание. Однако все, что мы пережили вместе за это время, в большей степени имело положительный, нежели отрицательный характер. Более того, за 15 лет нам удалось преодолеть те базовые противоречия, которые существовали между нашими государствами в период отсутствия дипломатических отношений.

Сегодня практически не осталось ни одной области деятельности, где бы между Россией и Израилем не велось сотрудничества. Понятно, что не по всем направлениям взаимодействие развивается равномерно, но отношения уверенно движутся вперед. Если говорить о политике, то здесь достигнут очень большой прогресс: мы находимся в постоянном диалоге, который ведется абсолютно на всех уровнях политического истеблишмента. Мне повезло, поскольку за время моего пребывания в должности посла Израиля в России между нашими странами были очень интенсивные контакты на самом высоком уровне. Кроме того, весной прошлого года впервые за всю историю российско-израильских отношений лидер вашей страны побывал в Израиле. Мне посчастливилось быть непосред­ственным свидетелем этого события и сопровождать Владимира Путина в его поездке по Израилю. Это очень большая честь.

Что касается экономики, то и здесь наши отношения развиваются по нарастающей. Увеличивается товарооборот, сегодня он равен примерно $1,5 млрд, и думаю, что скоро мы вплотную приблизимся к цифре $2 млрд. Из статистических данных видно, что мы сотрудничаем в самых разных отраслях — от лесной промышленности до легкой. Израильские компании поставляют в Россию разнообразную продукцию, включая высокие технологии. Мы же в России закупаем нефть, энергоресурсы, алмазы и многое другое. Будем надеяться, что нам удастся реализовать и более масштабные проекты. Совсем недавно глава «Газпрома» Алексей Миллер встречался с исполняющим обязанности премьер-министра Израиля Эхудом Ольмертом. Речь шла о возможном подписании долгосрочного соглашения о поставках природного газа из России, строительстве газопровода до Израиля, а также о непосредст­венной газификации инфраструктуры страны.
За эти три года между нами был достигнут значительный прогресс в области военно-технического сотрудничества. Всем известен российско-израильский проект по поставке в Индию самолетов дальнего радиолокационного обнаружения и оповещения А-50/Phalcon, где были использованы российская платформа и израильские технологические разработки. Такое партнерство, на наш взгляд, очень перспективно.

Развиваются отношения в области культуры, спорта, развиваются академические контакты и, конечно, туризм. В Израиль ежегодно приезжает огромное число гостей из России, много и моих соотечественников едут в вашу страну. Думаю, что такая позитивная тенденция в сотрудничестве между нашими государствами сохранится и в ближайшие годы.

— Как вы оцениваете сегодняшнюю жизнь еврейских общин в России, в странах СНГ? И как оцениваете такой болезненный вопрос как антисемитизм?

— Вне всякого сомнения, во всем, что касается еврейской жизни в России, произошел фундаментальный сдвиг. Я не говорю о странах СНГ, поскольку детально не знаю, какая там ситуация.

В России же все поднялось на качест­венно новую ступень. Исчезло много негативного. Еврейская жизнь развивается очень живо, очень динамично. Сегодня практически в каждом крупном городе России есть еврейская община, которая живет насыщенной жизнью. Это очень приятно. Еврейскими организациями проводится много научных семинаров, съездов, конференций, встреч. Между этими организациями есть даже серьезная конкуренция, что тоже хорошо.

Что же касается проблемы антисемитизма, то это отдельный вопрос, очень сложный и действительно болезненный. И здесь я хочу подчеркнуть, что все, сказанное мной, вовсе не означает, что в России нет антисемитизма. К сожалению, не ведется серьезной борьбы с бытовым антисемитизмом, зачастую бездействуют и правоохранительные органы. Если такая ситуация сохранится, то, несмотря на сегодняшнее интенсивное развитие жизни еврейских общин, антисемитизм может свести на нет все те успехи, которые были достигнуты Россией.

Ситуация порой доходит до абсурда. Вы можете зайти в центральный книжный магазин Москвы и на одной полке с изданиями по иудаике увидеть антисемитскую литературу. Нельзя оскорблять религиозные чувства людей, но почему?то в этой области Россией делается очень мало. Мне могут возразить: «А как же свобода слова?» Но она ни в коем случае не подразумевает вседозволенности. Те, кто ссылается на свободу слова в подобных ситуациях, лукавят.

— Еще одна болезненная для вашего народа тема — спорные территории. Каковы перспективы продолжения дела Ариэля Шарона в плане дальнейшего ухода израильтян с палестинских территорий?

— Это очень сложный вопрос, и я думаю, что сейчас никто не сможет дать вам на него однозначный ответ. Многое зависит от создаваемого в настоящее время коалиционного правительства. После того как его состав окончательно утвердят, будут выработаны фундаментальные принципы его деятельности. В них пропишут, на что согласны все члены коалиции. Естественно, будет оговорен и вопрос спорных территорий.

Единой точки зрения на это пока нет. С одной стороны, есть консенсус касательно возможной договоренности о создании палестинского государства, с другой — существуют и серьезные разногласия в вопросе ухода Израиля с палестинских территорий и того, на каких условиях это может быть сделано.

— Возможно ли вообще решение проблемы противостояния Израиля и Палестины?

— Как вы знаете, этой проблеме не один десяток лет. С нашей стороны предпринималось немало попыток найти пути ее решения. Иногда появлялись проблески надежды, и тогда казалось, что договоренность все?таки может быть достигнута. Если помните, то в 1994 году действовали совмест­ные израильско-палестинские патрули, которые дежурили на спорной территории и вместе контролировали ситуацию. Были контакты в области безопасности и предупреждения террористических актов. Сейчас это воспринимается как нечто фантастическое.

Однако мы имеем и крайне отрицательный опыт. Это времена полного попустительства террору на территориях, подконтрольных палестинской администрации, когда арестованные преступники освобождались буквально на следующий день, когда наши просьбы полностью игнорировались. В той ситуации пессимизм очень часто побеждал оптимизм.

Тем не менее я убежден, что возможности достижения мира между нами и палестинцами есть. Правда, зависит это от очень многих фак­торов.
Повторюсь, сегодня сложно говорить о перспективах урегулирования, хотя мы в нем и заинтересованы. Но одного лишь нашего желания мира недостаточно. Для того чтобы мы жили в мире, нужно выполнить несколько условий. Первое и главное из них — полная безопасность граждан Израиля.

Между нами и палестинцами подписан ряд соглашений, но они не работают. Многие обязательства, взятые палестинцами на себя, ими не выполняются. Напомню, что последний документ, на основе которого мы пытаемся возобновить мирный процесс, — «Дорожная карта». В первом пункте данного документа говорится о том, что палестинская сторона должна прекратить насилие против Израиля. Но террор продолжается. Если бы эту проблему удалось решить, то мирное соглашение было бы уже давно достигнуто.

— Сейчас, наверное, уже трудно найти в этом конфликте правых и виноватых?

— Надо понимать причины. Многие считают, что причина конфликта в том, что Израиль в 1967 году захватил палестинские территории. Но при этом забывают, что Израиль был вынужден начать превентивную войну, чтобы обеспечить свою безопасность. У нас не было желания воевать ради войны как таковой. Мы должны были предупредить удар, который готовился против нас арабскими странами. Поэтому говорить о том, что сейчас на спорных территориях ведется война против «израильских оккупантов», — значит извращать исторический факт.

Кроме того, все уже забыли, что когда в июне 1967 года закончилась Шестидневная война, через несколько дней после этого события премьер-министр Израиля Леви Эшкол сказал в парламенте о нашей готовности вернуть территории в обмен на мир. Но от этого предложения арабские страны отказались.

Хочу также напомнить вам некоторые другие исторические факты. Между нами и арабами были войны и до 1967 года. В 1947 году ООН приняла решение о создании на территории Палестины двух государств — араб­ского и еврейского. Мы создали свое государство, палестинцы — нет. Мы построили свое государство, несмотря на все войны, на недружественное окружение, на отсутствие у нас тех возможностей, которые были и есть у арабского мира. Мы достигли серьезных результатов, находимся на очень хорошем уровне экономического и социального развития.

Это арабские страны начали войну против Израиля, которую мы выиграли в 1948 году. Все попытки, предпринимаемые нами для того, чтобы найти мирное решение, отклонялись еще тогда. Потом была война 1956 года, затем Шестидневная война, далее Война Судного дня в 1973 году. На поле боя мы доказали, на что способны, и победили. Противостояние было очень трудным, но оно привело к важнейшему событию — заключению мирного договора с Египтом в 1979 году. Это стало поворотным пунктом в истории Ближнего Востока и доказательством того, что мир возможен, пусть и не самый теплый.

— Израильское общество очень демократично, и кажется, что в нем нет никаких доминирующих авторитетов. Но тем не менее в вашей стране были такие выдающиеся лидеры, как Давид Бен-Гурион, Голда Меир… Что значат их имена и предложенный ими курс развития страны для граждан Израиля?

— В этом году мы будем отмечать всего лишь 58?ю годовщину существования Израиля. Для страны это очень небольшой период. Многое еще не сделано: у нас пока нет Конституции, она только создается; мы до сих пор не установили свои окончательные границы…

Но страна развивается очень динамично. Еще совсем недавно, 30 лет назад, государство было в стадии становления, сейчас же этот период закончился. Население нашей страны растет, сегодня это 7 млн человек.
Безусловно, сейчас мы переживаем переходный период, а это всегда очень сложно. Продолжаются серьезные дискуссии о дальнейшем развитии страны. Отцы-основатели, среди которых были упомянутые вами Бен-Гурион и Голда Меир, выбрали определенный путь, и с их выбором связано наше будущее. Но ориентиры иногда меняются. С момента образования государства очень сильно изменилась политическая карта Израиля, и последние выборы яркий тому пример. Изменился демо­графический и этнический облик страны. Сложно прогнозировать, в каком направлении мы будем идти дальше.

Тем не менее непреложной остается одна тенденция: с момента образования государства той небольшой группой людей, которые еще в конце XIX — начале ХХ века приехали в Палестину, наше движение всегда было поступательным. Мы никогда не опускались вниз. С каждым годом уровень жизни в Израиле становился выше, с каждым годом у нас появлялись новые достижения. Израиль — маленькая страна, которая сегодня способна и спутник в космос запустить, и точное и уникальное оружие создать, и в сельском хозяйстве быть новатором. У нас даже есть лауреаты Нобелевской премии…

Эту положительную динамику развития задали отцы-основатели нашего государства. Они с самого начала по­ставили страну на такие рельсы, сразу выбрали позитивное, правильное и созидательное направление.

— Что вы думаете о России? Вам нравится наша страна?

—Это мой третий срок пребывания здесь. Я стоял у истоков восстановления отношений между СССР и Израилем. Я работал в России в 1989—1990 годах, затем в 1993—1995 годах и, наконец, третий раз приехал сюда в 2001-м. Но, даже работая в Израиле, в МИДе, я все равно занимался Россией и странами СНГ. Так что на этом пространстве проходила вся моя дипломатическая карьера. Кстати, профессионально я был связан с Россией еще до того, как стал дипломатом. До МИДа я работал в Еврейском университете в Иерусалиме, занимался исследованиями, связанными с СССР и странами Восточной Европы. Получается, что я фактически всю свою жизнь посвятил вашей стране. И, как у любого человека, который любит свое дело, у меня, безусловно, появилось особое чувство к предмету своего занятия. Поэтому ваша страна мне особенно близка. Сегодня мне трудно представить себя без России, поскольку она стала частью моей жизни.

Следите за нашими новостями в Telegram, ВКонтакте