Бюджетные деньги и доверие инвесторов


Текст | Владислав ЛЕБЕДЕВ

Какой должна быть инновационная политика? Об этом говорят теоретики и практики инновационной деятельности.

Государственная инновационная политика сейчас находится в стадии формирования, — говорит проректор Московского института электронной техники, директор Зеленоградского инновационного технологического центра Владимир Беспалов. — Последние 10—15 лет министерства и государственные фонды занимались выработкой подходов к инновационным программам и инновационной политике. Однако понятно, что макроэкономический эффект может возникнуть лишь тогда, когда усилий и средств будет существенно больше».

История болезни

Главной проблемой сегодняшней России, считает кандидат экономических наук, старший экономист World Bank Institute (Вашингтон) Евгений Кузнецов, является не столько плачевное состояние дел само по себе (неблагоприятный инвестиционный климат, истощение человеческого капитала и т. д.), сколько ощущения и ожидания, отражаемые в деятельности частного сектора и государственной политике. «Основной вопрос — какова степень доверия к политике правительства и обязательствам, принимаемым на себя частными хозяйствующими субъектами, — полагает он. — Когда степень доверия невысока, возникают настроения “поживем — увидим’’, характерные для периода стабильного развития после 1998 года, открывающие дорогу новому кризису».

«Общеизвестно, что отечественная технологическая среда, которая характеризует уровень производственного потенциала, не отвечает современным требованиям: физически и морально устаревшее оборудование, недостаточный компьютерный парк, отсутствие телекоммуникационных сетей и т. д., — замечает директор департамента консультирования органов власти аудиторской компании “РУФАУДИТ” Иван Григорович. — Если внимательно рассмотреть предлагаемые инновационные проекты, то станет ясно, что лишь 4—5% от их общего числа могут обеспечить действительно новые технологии или инвестиции для приобретения новых мощностей, машин и оборудования, не связанных с действующим или устаревшим технологическим процессом (что соответствует аналогичным статистическим показателям за рубежом). Но российская экономика должна держать более высокий темп обновления для полноценного участия в дележе мирового “инновационного пирога”».
«Поскольку в 90-х годах предприятия оборонной промышленности практически остановили производство, оборудование и технологии остались на уровне тех времен и соответственно безнадежно устарели, — комментирует ситуацию заместитель председателя Комитета Совета Федерации по финансовым рынкам и денежному обращению доктор экономических наук Виктор Соколовский. — Поэтому сегодня необходимы громадные инвестиции в инновационные проекты, прежде всего в машиностроение, так как эта отрасль всегда была основой государства. Причем нужно не просто внедрять инновационные технологии, но внедрять их с массовым обучением людей, начиная со специалиста с высшим образованием и заканчивая квалифицированным рабочим. Иначе мы потеряем остатки той молодежи, которая не находит себе применения как на производстве, так и в сфере интеллектуального труда».

Рецепты

«Инициатива по созданию соответствующей времени инфраструктуры, несомненно, должна исходить от государства, — утверждает Владимир Беспалов. — Так как частный бизнес ее никогда и нигде не выстраивал и строить не будет. Думаю, что те властные инициативы, которые сейчас мы наблюдаем (создание особых экономических зон, технопарков, венчурных фондов), должны сработать, должна возникнуть инфраструктура, способная по-настоящему поддержать инновационный бизнес. А уже при выборе научно-технических направлений инноваций должна проявиться инициатива научных коллективов, отстаивающих свои идеи, свои направления, — пусть доказывают их перспективность. Без их участия достаточно сложно говорить о том, что чиновники примут верные решения при определении приоритетных видов научно-технической деятельности или выделении финансирования.

Главное, чтобы за все принятые решения кто-то отвечал.
Я склонен считать, что государство обязано почти полностью взять на себя материальное обеспечение создания инновационной инфраструктуры. Возможно разделение финансирования между федеральным и региональным бюджетами в одинаковых пропорциях, в зависимости от региона. Если частные деньги и будут участвовать в этом процессе, то, полагаю, в пределах 20% всех средств. Такая инфраструктура нигде убыточной не была, и риски для государства здесь, на мой взгляд, минимальны. А вот что касается конкретных проектов, которые развивают те или иные направления инновационной деятельности, то, знаю по опыту, можно говорить о соотношении частных и государственных вложений как 50
на 50. Это нормально.

«Одним из значимых направлений деловой активности в России могло бы стать внедрение малым бизнесом инноваций опережающими темпами, — говорит Иван Григорович. — Это связано с тем, что субъектам малого инновационного предпринимательства (МИП) свойственно оперативное принятие управленческих решений, позволяющих сократить длительность инновационного цикла, низкий уровень накладных расходов и, наконец, минимальный уровень бюрократических процедур в организации. Помимо прочего, для них характерны высокая мотивация предпринимательской деятельности и персональная ответственность за неуспех в условиях коммерческого риска. А среди основных трудностей субъектов МИП можно назвать недостаточный профессиональный уровень менеджмента, ограниченные возможности внешнего финансирования и низкая специализация рабочих мест».

Идеология

«Как известно, сегодня рост ВВП связан прежде всего с продажей нефти, газа, леса, а роста экономики за счет именно высоких технологий у нас нет, — констатирует Виктор Соколовский. — И сегодня, когда у нас появились “шальные” нефтяные деньги, надо использовать такую возможность для закупки и внедрения инновационных технологий. Естественно, необходимо задействовать средства Стабилизационного фонда. Я об этом говорил раньше, говорю и сейчас. Взгляды министра финансов Кудрина глубоко ошибочны. Говорю об этом как доктор экономических наук. Потому что не может быть инфляции при направлении средств Стабфонда на инновации, на новые технологии. Да, если мы будем раздавать всем по кусочку, увеличивая зарплату, то инфляция подскочит. А если приобретать новейшие технологии и оборудование для научных институтов, для второго-третьего-четвертого передела продукции в промышленности, то ни о какой инфляции речи быть не может. Зато появится возможность выпуска высококонкурентной продукции».

«Я считаю, что в федеральном бюджете должно быть заложено гораздо больше средств на инновационную деятельность, чем сейчас. А для этого необходимо существенно изменить политику государства по финансированию экономических программ, — делает вывод Виктор Соколовский. — Все цивилизованные государства уже давно перешли от вложений в инновационные технологии к вложениям в человеческий капитал. Именно в этом заключается основная задача любого социально ориентированного общества. В России, похоже, это далеко не главная проблема».
«Среди государственных интересов в сфере инвестиционной политики, безусловно, выделяются проекты создания особых экономических зон, а также перевод в практическую плоскость разговоров о формировании в Российской Федерации венчурного фонда, — считает Иван Григорович. — Среди региональных аспектов я бы отметил, во-первых, высокую инновационную активность в местах исторической концентрации научного потенциала страны (наукограды) и, во-вторых, высокие шансы на инновационный прорыв регионов с активной позицией, выигравших конкурс на создание особых экономических зон технико-внедренческого типа».
«Инновационную политику нужно начинать с тщательно проработанных пилотных проектов регионального уровня, — полагает Евгений Кузнецов. — Доверие к правительственной политике должно создаваться постепенно, поэтапно, через реализацию пилотных инициатив, которые дают ощутимые результаты, приводящие к реальным переменам, а не через грандиозные планы и программы. Важно добиться повышения производительности труда, роста экспорта и зарплаты и притока населения в соответствующую местность, а также обеспечить эффект критической массы — возникновение большой группы ориентированных на экспорт фирм. Для распространения передового опыта требуется, чтобы он был на виду, ведь фирмы учатся в основном друг у друга».

«Доверие к государству, — замечает он, — возникает благодаря совместным действиям частного и государственного секторов и основывается на результатах, а не программах и дискуссиях. Отсюда и акцент на местные пилотные проекты, дающие заметный эффект. Однако местные инициативы и инновации не появляются сами по себе. Плохо ли это или хорошо, но ничто так не способствует творческому мышлению и нахождению свежих решений, как кризисная ситуация. Здесь уместен вопрос: нужно ли дожидаться следующего кризиса со всеми сопутствующими ему экономическими, политическими и социальными издержками, не проще ли обеспечить динамику взаимодействия частного и государственного секторов уже сейчас?»