Безпремьерное обострение


Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ

Уйдет Фрадков или останется премьерствовать? Не исключено, что читатель, получив журнал, уже будет знать ответ на этот вопрос. Но в любом случае ему наверняка небезынтересно будет оценить новые расклады в правительстве.

Весной 1998 года был неожиданно отставлен Виктор Черномырдин. В конце февраля 2004 года был уволен Михаил Касьянов. Спустя два года примерно в то же время стул закачался под Фрадковым. Это какое-то уже становящееся традиционным весенне-зимнее премьерское обострение.
Уход Фрадкова перед 2008 годом неизбежен, это понимали и понимают все, включая самого Фрадкова. Очевидно, что президенту Путину придется создавать плацдарм для преемника. А лучшего варианта его раскрутки, чем назначение на пост премьера, не существует.

Но очевидно и другое: слишком ранняя «засветка» может «спалить» преемника, так как его успеют атаковать возражающие против этой кандидатуры группировки во власти. Тем не менее в феврале процесс смены премьера был, судя по всему, запущен. Уже дважды Дмитрий Медведев проводил заседание правительства, причем отнюдь не так, как проводит зам в отсутствие шефа, а решительно и самовластно. А важнейшее заседание комиссии по военно-промышленным вопросам, возглавляемой Фрадковым, проводил Сергей Иванов.

На первом заседании кабинета, 2 февраля, обсуждались проблемы здравоохранения, и председательствующий подверг резкой критике министра здравоохранения и социального развития Михаила Зурабова. На втором заседании, 16 февраля, речь шла о проблемах финансового рынка, к которым Медведев, куратор национальных проектов, прямого отношения не имеет. Однако первый вице-премьер деловито обсуждал его проблемы и давал указания руководителям соответствующих структур.

Конечно, Медведев в правительстве — политкомиссар Кремля и лично президента, и ему позволено очень и очень многое. Но по неписаным правилам бюрократии нельзя демонстрировать свое реальное, не связанное с должност­ным положением влияние на публике — если только это влияние не станет в самое ближайшее время соответствующим должности. Или если только он не хочет всеми способами продемон­стрировать, что Фрадков уже фактически перестал быть премьером.

Если нельзя, но очень хочется…

По всей видимости, Медведев стремится стать премьером не только де-факто, но и де-юре — прежде всего чтобы застолбить место преемника. И в этом ему помогает многое. Во-первых, это болезнь премьера.
Впервые о недуге Фрадкова заговорили после его визита в Китай в начале ноября 2005 года. Пошли слухи, что премьеру из-за недомогания пришлось сократить программу визита, а по возвращению на родину он был срочно госпитализирован. Именно тогда, напомним, произошла кадровая революция в высших эшелонах власти: Дмитрий Медведев назначен первым замом Фрадкова, Сергей Собянин — на место Медведева, повышен в должности Сергей Иванов.

Большинство аналитиков оценили тогда этот шаг президента как экстренное начало операции по раскрутке преемника — Дмитрия Медведева (с параллельной раскруткой дублера — Сергея Иванова). Понятно, что гораздо лучше премьерство Медведева будет смотреться, если он не спустится на этот пост с кремлевских высот, скрытых от взоров публики, а покажет себя в практической работе.

Судя по всему, именно этой логикой и руководствовался глава государства, назначая Медведева главным по национальным проектам. (Кстати, скорее всего, исходя из той же логики следует оценивать кавказскую «ссылку» Дмитрия Козака, еще одного ближайшего соратника и единомышленника Путина.)

Насколько серьезна болезнь премьера? Информированные источники утверждают, что у него тяжелая форма диабета и госпитализации будут следовать одна за другой (в феврале Фрадков опять лежал в больнице якобы с простудой). Тем не менее премьер стремится быть на виду и демонстрировать свою активность: он ездит по регионам и в зарубежные командировки, пытаясь остаться как минимум равной двум своим новым замам фигурой.

Второй фактор — острейшее неприятие премьера и его постоянного вмешательства в экономическую политику двумя главными экономическими министрами: Алексеем Кудриным и Германом Грефом. Все знают о конфликте между Фрадковым и этими министрами, имеющими прямой доступ к президенту.

Греф и Фрадков расходятся по вопросу о необходимости удвоения ВВП к 2010 году. Михаил Ефимович считает эту задачу обязательной к исполнению и выполнимой, Герман Оскарович – нереальной и ненужной. Премьер выступает за снижение НДС до 13%, Греф и Кудрин полагают, что этот налог должен быть не менее 15—16%.

Фрадков использует все формальные возможности, для того, чтобы влиять на экономическую политику (это его влияние, кстати, позитивно оценивается многими в России). Он самолично вносит правку в среднесрочную программу правительства (по поводу удвоения ВВП и необходимости снижения НДС), он демонстративно не отпускает в командировку в Давос Кудрина.

Третье обстоятельство, работающее против премьера, — «Газпром», компания, по степени влияния превосходящая многих федеральных министров, также не слишком ему симпатизирует. Медведев является политическим главой концерна (председателем совета директоров), к тому же

Фрадков поддерживал «Роснефть» в борьбе с «Газпромом» за активы ЮКОСа.

Фрадков опирается на ряд членов кабинета, прежде всего на руководителя аппарата правительства Сергея Нарышкина, которого он наделил своим распоряжением, по сути, вице-премьерскими полномочиями.
На стороне премьера также Алексей Гордеев, Юрий Левитин, нейтралитета придерживаются Виктор Христенко (оттесненный Грефом и Кудриным на второй план экономической политики), Леонид Рейман (конфликтующий с МЭРТ по поводу управления средствами, направляемыми на развитие новой экономики), Михаил Зурабов (который резонно полагает, что при его репутации новой пертурбации может и не пересидеть)… Вице-премьера и министра обороны Сергея Иванова тоже относят к партии защитников Фрадкова. Его мотив — противостояние с Дмитрием Медведевым, обострившееся в феврале.

По данным некоторых источников, именно Медведев дал команду на раскрутку истории с рядовым Андреем Сычевым, нанесшей Иванову колоссальный репутационный ущерб. «Для симметрии» Путин публично покритиковал Медведева за нацпроекты. Но ясно, что Иванов ждет более весомого реванша.

Ни для кого не секрет, что у Фрадкова есть и кремлевский ангел-хранитель — заместитель руководителя Администрации президента — помощник президента по общим вопросам Игорь Сечин. О связи этих двух фигур более чем красноречиво свидетельствует уже упоминавшаяся борьба «Роснефти» с «Газпромом» (Сечин?— глава совета директоров «Роснефти»).

Слухи о скорой отставке преувеличены?

Как ни странно, у «фрадковцев» есть основания для оптимизма. Во-первых, медицинские проблемы, причем граничащие с недееспособностью, не мешали Борису Ельцину быть президентом весь второй его срок. Фрадков хотя бы «ограниченно годен». Во-вторых, упоминавшееся в самом начале стремление не «спалить» раньше времени преемника. На дворе весна 2006 года. Борис Ельцин, «назначая» преемника — Путина, сделал его премьером за семь месяцев до выборов. Может быть, семь месяцев — это мало: успех тогда был достигнут за счет кампании «мочить в сортире». Но два года — это слишком много: Медведев пока не стал консенсусной для путинской элиты фигурой, а значит, будет подвергаться атакам со стороны противостоящих ему групп.

Поэтому если Фрадкова придется убирать — в силу медицинских причин или в силу того, что он предстанет перед обществом как явно недееспособный руководитель, — не исключено, что премьером назначат не Медведева, а, например, Христенко, если президент посчитает, что нужна грамотная, но никому не мешающая фигура. Или глава ОАО «РЖД» Владимир Якунин, если Путин склонится к тому, что во главе правительства должен оказаться деятельный государственник. Но поскольку Якунин — сильная фигура, между ним и Медведевым возникнет противостояние.
Существует еще один вариант. Путин может назначить премьером… самого себя, как это сделал Борис Ельцин в начале 90-х годов. Основание — необходимость непосредственно руководить реализацией национальных проектов.

Чем закончится очередное зимне-весеннее премьерское обострение, мы узнаем в ближайшие недели.