Экономика невидимой отрасли


Текст | Игорь ЗОРИН, Владлен КРИВОШЕЕВ

Даже в Москве, где под две сотни гостиниц и бегает почти столько же экскурсионных автобусов, туризм не осознается как индустрия. Отели, рестораны, экскурсии — что здесь индустриального? Счет рабочим местам — на десятки. Не то что, например, автопром, способный объединить под одной крышей тысячи работников.

В мире туристская отрасль по своим экономическим показателям обошла, в частности, производство автомобилей. Ее оборот — это около $4 трлн. Каждый восьмой житель Земли трудится в сфере туризма, чья доля в общемировом валовом продукте составляет $1,5 трлн — 3% ОВП (весь ОВП — $50 трлн). Вклад туризма в ОВП вполне сопоставим с вкладом сельского хозяйства.
Если же посчитать вклад туризма с учетом его прямого и косвенного влияния на другие отрасли хозяйства, как это делает Всемирный совет по туризму и путешествиям (WTTC), то этот показатель возрастет до 11—12% общемирового валового продукта!

Странности успеха

Каковы же успехи отечественной индустрии туризма? Они равны тем, что есть у российской экономики в целом: ВВП растет в основном за счет экспорта нефти, газа, продукции металлургии, военной техники. Соответственно повышается стоимость энергоносителей на внутреннем рынке с дальнейшим взлетом цен по всей цепочке воспроизводства.
Наши турагентства все в больших количествах вывозят россиян отдыхать в зарубежье. В минувшем году туристский поток из России увеличился более чем на 15%. А по сравнению с позапрошлым годом — почти на 30%. Казалось бы, успех? Но процветает от него не наша, а «их» туристская отрасль.
Встречный поток туристов в Россию относительно невелик, но и он сократился в 2004 году почти на 10%. По туристским визам к нам въехало без малого 3 млн человек. Это в два раза меньше, чем в Чехию, и в два с половиной раза меньше, чем в Хорватию. А по сравнению с США — в 41 раз! Причем число иностранных визитеров в Америке выросло в 2004 году на десятую часть — ровно на столько, на сколько у нас сократилось.

Многоликий туризм

Туризм — явление «сложносоставное». У него в современном мире множество ролей: социальная, культурная, познавательная, оздоровительная, спортивная, экономическая. Именно последняя ипостась привлекает внимание властей всех уровней. В среднем на одно путешествие (расчетно) турист тратит около $800 ежегодно. Его расходы — это доходы бюджетов, местных и государственных. Причем весьма и весьма существенные. Для трети стран — участников туристского рынка поступления от путешествующих составляют основную статью дохода, а в 80 странах они входят в первую пятерку источников, питающих бюджет.

Экономическая эффективность туриндустрии зиждется на способности вовлекать в свой производственный процесс такие объекты, явления и события, в кои она не вкладывает ни копейки. Ни одна иная сфера человеческой деятельности не может поставить себе на службу снежные склоны гор, опушки лесов, прибрежные полоски суши, северное сияние, водопады, реликты растительного мира и прочие природные достопримечательности. Туриндустрия превращает фонды других отраслей в «свои»: транспорт, улицы городов и целые города, музеи, заповедники, индустриальные объекты, магазины, кинотеатры, стадионы, события культурной, экономической и спортивной жизни. Можно смело утверждать, что все существующее становится ее объектом.

Останкинская телебашня, к примеру, сооруженная для передачи теле- и радиосигналов, окупилась благодаря экскурсантам: в иные годы любоваться панорамой Москвы с «птичьего полета» приходило до 1 млн человек.

Субъективная динамика

Туристская отрасль — одна из самых динамичных. Темпы ее роста опережают темпы развития всех прочих отраслей мирового хозяйства. За относительно короткий срок (пять — семь лет) число путешествующих в мире стало практически сопоставимо с числом жителей планеты: почти 5 млрд человек. Без малого 1 млрд странствует с пересечением границ и около 4 млрд — в пределах своих государств.
Такое соотношение не случайно, в нем отражена объективная закономерность. Зарубежные поездки, как правило, осуществляются в период отпуска, в уикенд мало кто позволяет себе дальние вояжи. Отпуск — раз в году, а уикендов — 52. В субботние и воскресные дни города пустеют, жители «каменных джунглей» стараются вырваться на природу. Этим в значительной мере и объясняется соотношение 1:4. В перспективе оно будет меняться в сторону увеличения числа отдыхающих неподалеку от дома, поскольку так и спокойнее, и проще, и дешевле.
Данная закономерность имеет математическое выражение: величина туристского потока прямо пропорциональна числу жителей населенного пункта и обратно пропорциональна квадрату расстояния до места отдыха. Проще говоря, чем ближе место отдыха, тем больше туда стремятся.

Однако выявленные учеными закономерности не распространяются на российскую практику. Где-нибудь в Египте россиян-отпускников больше, чем в Подмосковье. Похоже, у нас, кроме закона всемирного тяготения, никакие другие не имеют силы. Даже закон Ома бездействует: срезаются километры провода под высоким напряжением — и ничего! Ну а уж закон распределения туристского потока и подавно в России бессилен. Он терпит поражение и от демпинговых цен зарубежных конкурентов, и от непомерного груза налогов, транспортных и энергетических тарифов. И что в результате?

А в результате отдых, например, в комплексе «Завидово» (117 км от МКАД, четыре звезды, двухместный номер) на реке Шоша на границе Московской и Тверской областей стоит 4900 руб. в сутки! Из столования, заметим, лишь завтрак.
Справедливости ради приведем пример и невысоких цен: комплекс «Солнечный» под Звенигородом (50 км от МКАД, вне категории, туалет, душ, трехразовое питание, двухместный номер) — 750 руб. с человека в уикенд.
В будни — 650 руб.

А вот иные примеры. В пятизвездочных гостиницах египетского курорта Шарм-эль-Шейха или на Коралловом Берегу (гостиницы «Конрад», «Барон», «Ренессанс», «Эберотель Гранд Шарм») в двухместных номерах с завтраком платить в переводе на российскую валюту придется всего 680 руб. в сутки. Пребывание в этих роскошных отелях во время детских каникул (тур восемь дней / семь ночей, по программе «все включено», в том числе транспорт от Москвы до порога отеля) обойдется в 1780—1800 руб. в сутки. И это не 50—100 км от МКАД, а 2—2,5 тыс. км, и не опушка худосочного леса, а берег красивейшего моря.

Пятый не лишний

Вывод может быть только один: при таких соотношениях «цена — качество» внутренний туризм в России и впредь будет деградировать, а число отдыхающих за рубежом — увеличиваться. В минувшем году даже по официальным данным отрицательное сальдо в нашем туризме составило $8,5 млрд. А в действительности ощутимо больше. Сейчас, по разным оценкам, из страны каждый год российскими туристами вывозится от $10 млрд до $20 млрд. Этими деньгами в России можно было бы оплатить от 330 млн до 660 млн человеко-дней по цене 900 руб. за день отдыха, что эквивалентно (из расчета трехнедельного тура) отдыху от 16 млн до 32 млн человек.

В промышленности стремятся внедрять импортозамещающие технологии, поскольку при покупке зарубежных товаров инвестируется зарубежный производитель. Точно так же при покупке услуг иностранных туроператоров сокращаются инвестиционные возможности отечественной туриндустрии.
Если принять среднеотраслевую рентабельность равной 20% и половину от нее вкладывать в строительство гостиниц, можно было бы возводить ежегодно от 500 до 1 тыс. отелей на 300 номеров каждый. Таковы наши оценки потерь туриндустрии от того, что граждане России предпочитают отдыхать в других странах. Устремляются же они туда главным образом потому, что там дешевле.

Неразвитость внутреннего туризма автоматически ведет к ограничению возможности приема зарубежных гостей. Ведь средства размещения, туристская инфраструктура и для отечественных путешественников и для зарубежных едины. Специальной организации, Интуриста, качественно обслуживающей лишь иностранцев, давно нет. Теперь если негде отдыхать нашим гражданам, то и зарубежных гостей принять негде.

Взаимосвязь въездного и внутреннего туризма очевидна. Власти наконец должны уяснить эту простую истину: иностранные гости идут вслед за отечественными. И все в той же пропорции: за четырьмя отечественными следует один зарубежный гость.

Что делать?

Задача превращения сальдо в туристском обмене из отрицательного в положительное потребует принятия целого ряда мер на всех уровнях: федеральном, региональном, муниципальном.
На федеральном уровне необходимо отказаться от чисто фискального подхода к индустрии туризма. Государство сейчас ведет себя как неразумный рыбак, который живца принимает за улов. Иначе чем можно объяснить непомерные — запретительные — пошлины на импортные туристские автобусы? Или налоги на доходы туристских средств размещения, на основные фонды, землю. Еще в ХVII веке французский экономист Пьер Буагильбер предупреждал: «Целесообразны только те налоги, которые способствуют развитию хозяйства и не противоречат его природе». Этот один из основополагающих постулатов классической политэкономии известен студентам второго курса экономических факультетов, но он все еще остается тайной за семью печатями для руководителей нашего хозяйства.

Видимо, власти не знают, что поступления от туризма распределяются в пропорции 20:80. Меньшая часть поступает туроператорам и агентствам, большая — по множеству каналов во все задействованные в обслуживании отрасли хозяйства: в магистральный и городской транспорт, торговлю, учреждения культуры, здравоохранения, спорта, пищевую и легкую промышленность. У туристской индустрии столь же высок и инвестиционный мультипликатор: 1 руб. вложений приносит 4 руб. суммарного дохода в других отраслях экономики. Такой же умножающий коэффициент и в сфере занятости: одно рабочее место в туризме приводит к появлению еще четырех в отраслях, соучаствующих в производстве туристского продукта.

Вот почему отказ от слепой фискальной политики в туризме более чем оправдан — он просто необходим.
Самые последние, еще нигде не публиковавшиеся данные о вкладе российского туризма в экономику страны получены от Всемирного совета по туризму и путешествиям. Эта организация обследовала 147 стран по методике, одобренной Комиссией по статистике ООН. Оказалось, что для России показатели мультипликационного эффекта выше, чем среднемировые: не 1:4, а 1:5,5. В абсолютных показателях это выглядит так: в 2005 году в туризме было занято без малого 980 тыс. человек, или 1,4% от числа работающих в стране. С учетом рабочих мест, вызванных к жизни туризмом в сопряженных отраслях, — немногим менее 5,3 млн человек, или 7,7% от общего количества рабочих мест. Доля туризма в ВВП —
$11,3 млрд, а прямо и косвенно туристский сектор создает $62,0 млрд, что равно 9% ВВП.

Вот такие внушительные показатели имеет отрасль, не видимая капитанами российской экономики.
Авторы — ректор Российской международной академии туризма (РМАТ), доктор педагогических наук; профессор РМАТ, кандидат
экономических наук