Георгий ШПАК: подняли целину, которая лежала шесть-семь лет


Беседу вел Александр Полянский

По окончании выставки губернатор Рязанской области Георгий Шпак дал нашему журналу эксклюзивное интервью.

Георгий Иванович, каковы наиболее существенные достижения за полтора года вашего губернаторства?

— Во-первых, рост ВВП, валового внутреннего продукта, который сегодня интересует всех, начиная от президента и заканчивая рядовым чиновником. Валовой региональный продукт за последние полгода составил 126% к тому же периоду прошлого года.

— А за 2004 год?

— За 2004-й — 107%.

— Значит, динамика положительная?

— Именно так. Кроме того, средняя зарплата по области повысилась на 23%. То есть человек, получавший 100 руб., теперь получает 123.

— Вы ведь подняли зарплату перед монетизацией?,

— Да, уже за декабрь люди получили по-новому. Наша область повысила зарплату раньше всех в России! В результате 122-й закон у нас прошел без сучка и задоринки.
По темпам роста зарплаты и роста ВРП мы занимаем одно из первых мест в России. Большая часть роста регионального продукта приходится на рост промышленного производства. В прошлом году этот рост составил 104,5% по отношению к 2003 году, в этом — 107,6% по отношению к первому полугодию 2004 года.

По росту промышленного производства мы сначала с 17-го места по ЦФО переместились на десятое по итогам прошлого года, а потом по итогам первого полугодия этого года заняли восьмое место.

— Поясним читателю, что в ЦФО 18 субъектов Федерации, в их число входят Москва и Московская область, составляющие огромную и экономически сравнимую только с бывшими союзными республиками московскую агломерацию.

— Если не учитывать Москву и Московскую область, то наши успехи еще более рельефно видны.

Очень хорошая динамика у нас и в сельском хозяйстве. В прошлом году, благодаря в том числе и, честно скажу, административному ресурсу, мы очень организованно провели сев, уборку и получили 900 тыс. т зерна. Такой объем зерна собран впервые за последние семь лет!
И впервые сельское хозяйство оказалось рентабельным.

— То есть не просто в ноль вышло, а стало прибыльным?

— Совершенно верно. В этом году у нас на 30 тыс. га посевных площадей больше, чем в прошлом году. На 30 тысяч! Подняли целину, которая лежала шесть-семь лет.

Сегодня перспектива сбора урожая, особенно озимых, просто великолепная. По яровым немножко похуже. Но мои специалисты говорят: по крайней мере меньше, чем в прошлом году, не будет.

— Несмотря на проблемы в этом году с погодой?

— Вот именно, несмотря на двухнедельную задержку с посевной и другие сюрпризы природы. Оценив наши очевидные успехи в агрокомплексе, министр сельского хозяйства и продовольствия Алексей Васильевич Гордеев принял решение провести у нас Всероссийскую выставку-демонстрацию «День Российского поля». Мы, как я считаю и как считают в министерстве, оправдали это доверие: продемонстрировали, что умеем готовить такие мероприятия, умеем показать, что у нас есть.

В течение трех месяцев подготовку к выставке вели наши аграрные НИИ, наше сельскохозяйственное управление.
И когда приехал министр, его заместители, они были приятно удивлены. Мы подготовили выставку намного лучше, чем было в прошлом году в Курской области. Эта область является центром черноземной полосы, а мы ее обошли. «День Российского поля-2005» оценивали на уровне прошлогодней агровыставки в Англии.

Мы показали зерновые, бобовые, кормовые культуры. Продемонстрировали новую технику: из дальнего зарубежья, из стран СНГ, российскую. Дали возможность увидеть потенциал полей средней полосы России. Выставка проходила в Пронском районе. Это центр области: область в основном нечерноземная. Хотя у нас есть черноземная зона — это, например, Сараевский район; мы могли бы провести выставку там. Но поставили перед собой более сложную задачу — демонстрацию достижений в нечерноземной зоне, которых не меньше, чем у курян в черноземной. И выполнили ее.

Мы показали, что у нас и урожаи, и перспективы на урожай хорошие. Поля ухоженные, нет полей, заросших бурьяном. Продемонстрировали, что даже в Нечерноземье можно запросто снимать хорошие урожаи.

Трое суток длилась выставка. На ней побывали тысячи людей. Остались довольны и те, кто показывал, и те, кто смотрел. Очень доволен, повторю, остался министр.

Отдельно скажу: мы продемонстрировали наработки в социальной сфере, то, что необходимо сделать на селе для молодых специалистов. За полтора месяца построили четыре дома в деревне для молодых специалистов — из различных строительных материалов. Одновременно, кстати, представили на выставке строительные материалы, производимые в области.

500—700 тыс. руб. стоит дом для молодого специалиста. Из этой суммы 30% расходов берет на себя Федерация, а 30% — область. И остается 40% самому специалисту. Получается, что дом ему обходится в 200—300 тыс. руб. Существует у нас и очень быстро развивающаяся ипотечная программа, она, правда, больше для горожан.

Москва и Московская область, конечно, как насос, высасывают у нас молодых специалистов из всех отраслей. И жилье — это главное средство для закрепления кадров в области, в Москве ведь жить негде. Но не единственное. Есть еще, например, соглашения о том, чтобы ребята из села по окончании учебных заведений в городе возвращались обратно и пять лет отрабатывали на селе. Эти соглашения юридической силы не имеют, однако накладывают моральные обязательства. А за пять лет они женятся, пойдут дети — в Москву не наездишься.

Наша социальная программа для села произвела просто фурор.

— И еще, наверное, фурор произвела программа финансовой поддержки сельхозпроизводителя?

— Мы рассказали о том, как помочь сельскохозяйственному производителю, особенно производителю зерна. Как предохранить от продажи продукции по очень низким ценам. Сельхозпроизводителю перед началом работ нужно купить керосин, дизельное топливо, удобрения, гербициды, зерно для сева, запчасти, отремонтироваться. Естественно, он залезает в долги. А когда зерно пошло, то кредиторы бегут и сразу требуют деньги.

И здесь наступает очень опасный момент, когда производитель вынужден продавать зерно по крайне низкой цене — рубль семьдесят за килограмм. Но ему никуда не деться — срочно нужны деньги.

Так вот, ему на помощь приходим мы с так называемой продовольственной, или зерновой, интервенцией. Мы берем деньги у государства и покупаем зерно.
В прошлом году взяли 250 млн руб., приобрели зерно у производителей, заложили на свои элеваторы. И определили нижнюю планку цены — три пятьдесят за килограмм. Москвичи, которые приезжали, чтобы купить зерно по демпинговой цене, а потом продать в три раза дороже и стать миллиардерами за один сезон, уезжали ни с чем.

Нас в прошлом году очень ругали за эти деньги. Но время показало правильность выбранного курса. С одной стороны, мы защитили производителей, дав им возможность продать зерно по нормальной, а не демпинговой цене. С другой стороны, мы отсекли зерновых спекулянтов и предотвратили произвольный рост цены на хлеб.

С кредитованием у нас вообще уникальная ситуация. Ставку рефинансирования на селе компенсирует область. Производитель, к примеру, получил кредит на 10 млн руб. Ставка по кредиту где-то 12—14%. Вот выплату процентов целиком берем на себя мы. То есть производитель взял 10 млн осенью, продал зерно по хорошей цене и вернул банку
10 млн. Он, с учетом десятипроцентной инфляции, в абсолютном плюсе.

— Вернемся, если позволите, к промышленности. Рост наблюдается во всех отраслях?

— Хороший рост в металлургии, химической промышленности, «оборонке» — во всех отраслях… Единственно, небольшой спад в спиртовой и вино-водочной промышленности. Засилье североосетинского спирта и украинской водки не дает возможности развиваться нашему производству.

Я провел ряд совещаний, на которых решено было наш спирт продавать в Москве и Московской области, чтобы убрать излишки спирта на складах — договоренности такие есть. У нас работают шесть акцизных складов, от которых я жестко потребовал: 60% продукции — наше, а 40% — чужое. Если хоть на одну единицу меньше — склад немедленно ликвидируется. Это нам поможет выйти из нынешнего положения.

— Вы, я слышал, собираетесь открывать сборочные машиностроительные производства?

— Задумка такая есть. На нас вышли немцы: хотят делать у нас сборку «мерседесовских» микроавтобусов. Но этот проект пока в стадии переговоров.

— А проект с итальянцами, которым вы занимались во время своей поездки на выставку «Торгово-экономическое сотрудничество России и Италии»? (См. материал на с. 44. — Ред.)

— С итальянцами отношения развиваются очень хорошо. У нас будет строиться крупный завод по розливу высококачественного итальянского вина. Этот проект находится уже в стадии решения практических проблем.

Назову еще один крупный проект — строительство стекольного завода американцами.

— Фирмой Guardian?

— Да. Стоимость проекта — более
300 млн евро. Стекольное производство создается на базе наших кварцевых песков — у нас очень богатые кварцевые пески. Завод построят в Рязани, а пески будут брать в Милославском районе —
150 км от столицы области. Но американцев это расстояние не смущает. Мы им определили район, землю они выкупили.

— То есть не в аренду взяли, а получили в собственность?

— Да. Чтобы привлечь американцев, мы на это пошли.

Понимаете, сегодня все западные инвесторы смотрят на США. Если американцы пришли, значит, можно работать. И мы идем навстречу американцам, чтобы продемонстрировать всем остальным, как мы относимся к инвесторам.

Дальше. У нас уже действует одна линия по производству безалкогольных напитков французской компании «Бужуле вайн», а к концу года, согласно нашим планам, вступит в строй вторая. Сейчас существует бешеный спрос на безалкогольные напитки — идут нарасхват…

— А с чем связан такой интерес к Рязанской области со стороны инвесторов? Вроде бы средняя область, ничего выдающегося в ней нет?

— Это очень интересный вопрос. Мы тоже изучали, почему стали предметом такого внимания. Оказывается, Москва и Московская область перенасыщены производственными и торговыми мощностями. На каждом квадратном километре какое-то производство или супермаркет. И в Москве, и вокруг нее уже ощущается недостаток территории и рабочей силы.

А Рязанская область — всего 170 км от Москвы, фактически дальнее Подмосковье. Не избалованное, не разработанное. Весьма привлекательные у нас законы по поддержке инвесторов: мы приняли специальный пакет законов, потому что очень заинтересованы в привлечении инвестиций.

В Рязанской области сейчас все больше и больше совместных производств, проектов и еще больше желающих вести с нами переговоры о сотрудничестве.

Мы разработали специальные промышленные площадки. Стандартная площадка — 10 га территории, подведены газ, электричество, железная и автомобильная дороги. Говорим инвестору: вот есть готовая промплощадка, она стоит столько-то. Дорого? Тогда можете взять пустую площадку и сами проводить необходимые коммуникации.

— Если говорить о модели экономической политики, которая за полтора года вашего губернаторства сформировалась, то это сочетание рыночных методов и госрегулирования?

— Мы не увлекаемся административными методами, используем их в редчайших случаях. Главный принцип нашей экономической политики — не мешать, а при необходимости и помогать производителю. Делать так, чтобы руководителю предприятия было удобно, чтобы он развивал свое производство. А не как чиновнику удобно: он, мол, такой золотой, все на свете знает, все понимает.

Этот принцип очень здорово помогает. 99% заводов и фабрик Рязанской области — а их у нас около 1 тыс. — имеют потенциал развития.

— В «оборонке» тоже есть серьезные сдвиги?

— Еще какие! Рязанский приборный завод великолепно работает, имеет капитальную прибыль. КБ «Глобус» прекрасно себя чувствует. Я недавно был у его директора Николая Николаевича Пономарева. Все идет нормально, прибыль по итогам прошлого года — 14 млн руб., а по результатам только первого полугодия этого года — 10 млн.

— А с чем это связано?

тем, что появились деньги у Министерства обороны.

Экономика государства, как палки в колеса не вставляют, потихонечку растет.
А раз растет, значит, у государства появились деньги. А раз появились деньги, значит, по кусочку, потихоньку дают и области, и Министерству обороны. И если сравнить цифры трехлетней давности и нынешние, то нынешние в три раза больше.

— Каждый новый губернатор начинает с кадровых вопросов. Я знаю, что вы привлекли много молодых экономистов, финансистов. Молодые руководители, например, возглавляют областной агрохолдинг.

— Да. В агрохолдинге ставку сделали на пивоваренный ячмень, по осени увидим, насколько обоснованно. Сельское хозяйство ведь дает возможность посмотреть на результаты только осенью. Вообще главный мой принцип работы с кадрами — оценка результатов. И, кстати, я не могу сказать, что повсюду ставлю молодежь — это не так.

Есть принцип управления, который для всех учреждений абсолютно единый, что для военных, что для гражданских. Этот принцип — преемственность поколений. Для того чтобы преемственность поколений обеспечивалась, 75% кадров должно быть старых и 25% новых. И если такой принцип соблюдать — а мы старались соблюсти, когда меняли руководство области, — система управления не испытывает стрессов, закрепляются достигнутые результаты и создается основа для роста.

Кроме того, при такой ситуации обеспечивается совместимость, формируется единая команда сотрудников, становится ясно, кто на что способен. Каждому воздается по результату. Показал не тот результат — сначала предупреждаю, потом объявляю выговор. Если опять не понятно — увольняю по служебному несоответствию.

А что до молодых руководителей, то я их выдвигаю, но очень аккуратно. В молодости есть, с одной стороны, большие знания, свежий взгляд, с другой — самоуверенность, самонадеянность, незнание, отсутствие опыта. У меня был один случай. Я дал задание подготовить фундаментальный доклад для депутатов областной думы — крепкий, убедительный, со схемами, графиками, конкретными данными, опытом других областей. Такой, чтобы депутатам-оппозиционерам крыть было нечем. Задание дал за полтора месяца, все детально расписал.

За день до выступления приносят три листочка. Я вызвал все старое управление. Шесть часов ему дал на подготовку документа. И через шесть часов принесли мне великолепный доклад, который очень хорошо был принят в областной думе.

Но немало и положительных примеров работы молодых экономистов. Мы образовали ипотечную корпорацию во главе с такими специалистами. Я поставил задачу: не надо мне ваших идей, езжайте в передовые в этом вопросе регионы — в Чувашию, Воронежскую, Липецкую области, — посмотрите, как там дело поставлено. Через месяц приедете, мне расскажете, мы обговорим все и начнем. Они поездили, провели анализ. Мы вместе выработали модель и начали работать.

Результат — наша ипотечная корпорация дала более половины квартир от того, что дали в Питере. Санкт-Петербург — 1,2 тыс., а мы — 700. За полгода! Вот вам результат работы молодой корпорации.

Я очень четко отслеживаю результаты работы по всем направлениям, по всем своим сотрудникам. У меня в областной администрации есть люди, которые занимаются мониторингом, контролируют диаграммы, графики, сравнивают с общероссийскими данными, данными по ЦФО. Вычисляют, какие есть новые технологии, что они сегодня дают. Если нет роста, не используются перспективные технологии, я тут же требую доклада, почему так происходит. По каждой сфере в областной администрации есть ответственный. И каждый месяц мне на стол ложится доклад о состоянии области.

— То есть использовали в управлении областью классические технологии управления?

— Да. Никаких Америк не пытаюсь открывать. Первая моя задача была — изучить ситуацию, вторая — не допустить ухудшения положения и ухудшения управляемости, и третья, которую решаю сейчас, — обеспечить рост. Для этого я укомплектовал команду, понимающую задачи и способную их решать. Второе — настроил и продолжаю совершенствовать систему управления таким образом, чтобы она не мешала работать тем, кто заинтересован в работе, показывает хорошие результаты. И третье — заставил всех чиновников не просто работать, а пахать. Показываю это на собственном примере.

Каждый чиновник знает, что рабочий день в областных учреждениях — с 10 до 23 часов, выходных нет. Работа, работа и еще раз работа… И вся область видит — есть результат.

— Совершенно верно. В этом году у нас на 30 тыс. га посевных площадей больше, чем в прошлом году. На 30 тысяч! Подняли целину, которая лежала шесть-семь лет.
Сегодня перспектива сбора урожая, особенно озимых, просто великолепная. По яровым немножко похуже. Но мои специалисты говорят: по крайней мере меньше, чем в прошлом году, не будет.
— Несмотря на проблемы в этом году с погодой?
— Вот именно, несмотря на двухнедельную задержку с посевной и другие сюрпризы природы. Оценив наши очевидные успехи в агрокомплексе, министр сельского хозяйства и продовольствия Алексей Васильевич Гордеев принял решение провести у нас Всероссийскую выставку-демонстрацию «День Российского поля». Мы, как я считаю и как считают в министерстве, оправдали это доверие: продемонстрировали, что умеем готовить такие мероприятия, умеем показать, что у нас есть.
В течение трех месяцев подготовку к выставке вели наши аграрные НИИ, наше сельскохозяйственное управление.
И когда приехал министр, его заместители, они были приятно удивлены. Мы подготовили выставку намного лучше, чем было в прошлом году в Курской области. Эта область является центром черноземной полосы, а мы ее обошли. «День Российского поля-2005» оценивали на уровне прошлогодней агровыставки в Англии.
Мы показали зерновые, бобовые, кормовые культуры. Продемонстрировали новую технику: из дальнего зарубежья, из стран СНГ, российскую. Дали возможность увидеть потенциал полей средней полосы России. Выставка проходила в Пронском районе. Это центр области: область в основном нечерноземная. Хотя у нас есть черноземная зона — это, например, Сараевский район; мы могли бы провести выставку там. Но поставили перед собой более сложную задачу — демонстрацию достижений в нечерноземной зоне, которых не меньше, чем у курян в черноземной. И выполнили ее.
Мы показали, что у нас и урожаи, и перспективы на урожай хорошие. Поля ухоженные, нет полей, заросших бурьяном. Продемонстрировали, что даже в Нечерноземье можно запросто снимать хорошие урожаи.
Трое суток длилась выставка. На ней побывали тысячи людей. Остались довольны и те, кто показывал, и те, кто смотрел. Очень доволен, повторю, остался министр.
Отдельно скажу: мы продемонстрировали наработки в социальной сфере, то, что необходимо сделать на селе для молодых специалистов. За полтора месяца построили четыре дома в деревне для молодых специалистов — из различных строительных материалов. Одновременно, кстати, представили на выставке строительные материалы, производимые в области.
500—700 тыс. руб. стоит дом для молодого специалиста. Из этой суммы 30% расходов берет на себя Федерация, а 30% — область. И остается 40% самому специалисту. Получается, что дом ему обходится в 200—300 тыс. руб. Существует у нас и очень быстро развивающаяся ипотечная программа, она, правда, больше для горожан.
Москва и Московская область, конечно, как насос, высасывают у нас молодых специалистов из всех отраслей. И жилье — это главное средство для закрепления кадров в области, в Москве ведь жить негде. Но не единственное. Есть еще, например, соглашения о том, чтобы ребята из села по окончании учебных заведений в городе возвращались обратно и пять лет отрабатывали на селе. Эти соглашения юридической силы не имеют, однако накладывают моральные обязательства. А за пять лет они женятся, пойдут дети — в Москву не наездишься.
Наша социальная программа для села произвела просто фурор.
— И еще, наверное, фурор произвела программа финансовой поддержки сельхозпроизводителя?
— Мы рассказали о том, как помочь сельскохозяйственному производителю, особенно производителю зерна. Как предохранить от продажи продукции по очень низким ценам. Сельхозпроизводителю перед началом работ нужно купить керосин, дизельное топливо, удобрения, гербициды, зерно для сева, запчасти, отремонтироваться. Естественно, он залезает в долги. А когда зерно пошло, то кредиторы бегут и сразу требуют деньги.
И здесь наступает очень опасный момент, когда производитель вынужден продавать зерно по крайне низкой цене — рубль семьдесят за килограмм. Но ему никуда не деться — срочно нужны деньги.
Так вот, ему на помощь приходим мы с так называемой продовольственной, или зерновой, интервенцией. Мы берем деньги у государства и покупаем зерно.
В прошлом году взяли 250 млн руб., приобрели зерно у производителей, заложили на свои элеваторы. И определили нижнюю планку цены — три пятьдесят за килограмм. Москвичи, которые приезжали, чтобы купить зерно по демпинговой цене, а потом продать в три раза дороже и стать миллиардерами за один сезон, уезжали ни с чем.
Нас в прошлом году очень ругали за эти деньги. Но время показало правильность выбранного курса. С одной стороны, мы защитили производителей, дав им возможность продать зерно по нормальной, а не демпинговой цене. С другой стороны, мы отсекли зерновых спекулянтов и предотвратили произвольный рост цены на хлеб.
С кредитованием у нас вообще уникальная ситуация. Ставку рефинансирования на селе компенсирует область. Производитель, к примеру, получил кредит на 10 млн руб. Ставка по кредиту где-то 12—14%. Вот выплату процентов целиком берем на себя мы. То есть производитель взял 10 млн осенью, продал зерно по хорошей цене и вернул банку
10 млн. Он, с учетом десятипроцентной инфляции, в абсолютном плюсе.
— Вернемся, если позволите, к промышленности. Рост наблюдается во всех отраслях?
— Хороший рост в металлургии, химической промышленности, «оборонке» — во всех отраслях… Единственно, небольшой спад в спиртовой и вино-водочной промышленности. Засилье североосетинского спирта и украинской водки не дает возможности развиваться нашему производству.
Я провел ряд совещаний, на которых решено было наш спирт продавать в Москве и Московской области, чтобы убрать излишки спирта на складах — договоренности такие есть. У нас работают шесть акцизных складов, от которых я жестко потребовал: 60% продукции — наше, а 40% — чужое. Если хоть на одну единицу меньше — склад немедленно ликвидируется. Это нам поможет выйти из нынешнего положения.
— Вы, я слышал, собираетесь открывать сборочные машиностроительные производства?
— Задумка такая есть. На нас вышли немцы: хотят делать у нас сборку «мерседесовских» микроавтобусов. Но этот проект пока в стадии переговоров.
— А проект с итальянцами, которым вы занимались во время своей поездки на выставку «Торгово-экономическое сотрудничество России и Италии»? (См. материал на с. 44. — Ред.)
— С итальянцами отношения развиваются очень хорошо. У нас будет строиться крупный завод по розливу высококачественного итальянского вина. Этот проект находится уже в стадии решения практических проблем.
Назову еще один крупный проект — строительство стекольного завода американцами.
— Фирмой Guardian?
— Да. Стоимость проекта — более
300 млн евро. Стекольное производство создается на базе наших кварцевых песков — у нас очень богатые кварцевые пески. Завод построят в Рязани, а пески будут брать в Милославском районе —
150 км от столицы области. Но американцев это расстояние не смущает. Мы им определили район, землю они выкупили.
— То есть не в аренду взяли, а получили в собственность?
— Да. Чтобы привлечь американцев, мы на это пошли.
Понимаете, сегодня все западные инвесторы смотрят на США. Если американцы пришли, значит, можно работать. И мы идем навстречу американцам, чтобы продемонстрировать всем остальным, как мы относимся к инвесторам.
Дальше. У нас уже действует одна линия по производству безалкогольных напитков французской компании «Бужуле вайн», а к концу года, согласно нашим планам, вступит в строй вторая. Сейчас существует бешеный спрос на безалкогольные напитки — идут нарасхват…
— А с чем связан такой интерес к Рязанской области со стороны инвесторов? Вроде бы средняя область, ничего выдающегося в ней нет?
— Это очень интересный вопрос. Мы тоже изучали, почему стали предметом такого внимания. Оказывается, Москва и Московская область перенасыщены производственными и торговыми мощностями. На каждом квадратном километре какое-то производство или супермаркет. И в Москве, и вокруг нее уже ощущается недостаток территории и рабочей силы.
А Рязанская область — всего 170 км от Москвы, фактически дальнее Подмосковье. Не избалованное, не разработанное. Весьма привлекательные у нас законы по поддержке инвесторов: мы приняли специальный пакет законов, потому что очень заинтересованы в привлечении инвестиций.
В Рязанской области сейчас все больше и больше совместных производств, проектов и еще больше желающих вести с нами переговоры о сотрудничестве.
Мы разработали специальные промышленные площадки. Стандартная площадка — 10 га территории, подведены газ, электричество, железная и автомобильная дороги. Говорим инвестору: вот есть готовая промплощадка, она стоит столько-то. Дорого? Тогда можете взять пустую площадку и сами проводить необходимые коммуникации.
— Если говорить о модели экономической политики, которая за полтора года вашего губернаторства сформировалась, то это сочетание рыночных методов и госрегулирования?
— Мы не увлекаемся административными методами, используем их в редчайших случаях. Главный принцип нашей экономической политики — не мешать, а при необходимости и помогать производителю. Делать так, чтобы руководителю предприятия было удобно, чтобы он развивал свое производство. А не как чиновнику удобно: он, мол, такой золотой, все на свете знает, все понимает.
Этот принцип очень здорово помогает. 99% заводов и фабрик Рязанской области — а их у нас около 1 тыс. — имеют потенциал развития.
— В «оборонке» тоже есть серьезные сдвиги?
— Еще какие! Рязанский приборный завод великолепно работает, имеет капитальную прибыль. КБ «Глобус» прекрасно себя чувствует. Я недавно был у его директора Николая Николаевича Пономарева. Все идет нормально, прибыль по итогам прошлого года — 14 млн руб., а по результатам только первого полугодия этого года — 10 млн.
— А с чем это связано?
— С тем, что появились деньги у Министерства обороны.
Экономика государства, как палки в колеса не вставляют, потихонечку растет.
А раз растет, значит, у государства появились деньги. А раз появились деньги, значит, по кусочку, потихоньку дают и области, и Министерству обороны. И если сравнить цифры трехлетней давности и нынешние, то нынешние в три раза больше.
— Каждый новый губернатор начинает с кадровых вопросов. Я знаю, что вы привлекли много молодых экономистов, финансистов. Молодые руководители, например, возглавляют областной агрохолдинг.
— Да. В агрохолдинге ставку сделали на пивоваренный ячмень, по осени увидим, насколько обоснованно. Сельское хозяйство ведь дает возможность посмотреть на результаты только осенью. Вообще главный мой принцип работы с кадрами — оценка результатов. И, кстати, я не могу сказать, что повсюду ставлю молодежь — это не так.
Есть принцип управления, который для всех учреждений абсолютно единый, что для военных, что для гражданских. Этот принцип — преемственность поколений. Для того чтобы преемственность поколений обеспечивалась, 75% кадров должно быть старых и 25% новых. И если такой принцип соблюдать — а мы старались соблюсти, когда меняли руководство области, — система управления не испытывает стрессов, закрепляются достигнутые результаты и создается основа для роста.
Кроме того, при такой ситуации обеспечивается совместимость, формируется единая команда сотрудников, становится ясно, кто на что способен. Каждому воздается по результату. Показал не тот результат — сначала предупреждаю, потом объявляю выговор. Если опять не понятно — увольняю по служебному несоответствию.
А что до молодых руководителей, то я их выдвигаю, но очень аккуратно. В молодости есть, с одной стороны, большие знания, свежий взгляд, с другой — самоуверенность, самонадеянность, незнание, отсутствие опыта. У меня был один случай. Я дал задание подготовить фундаментальный доклад для депутатов областной думы — крепкий, убедительный, со схемами, графиками, конкретными данными, опытом других областей. Такой, чтобы депутатам-оппозиционерам крыть было нечем. Задание дал за полтора месяца, все детально расписал.
За день до выступления приносят три листочка. Я вызвал все старое управление. Шесть часов ему дал на подготовку документа. И через шесть часов принесли мне великолепный доклад, который очень хорошо был принят в областной думе.
Но немало и положительных примеров работы молодых экономистов. Мы образовали ипотечную корпорацию во главе с такими специалистами. Я поставил задачу: не надо мне ваших идей, езжайте в передовые в этом вопросе регионы — в Чувашию, Воронежскую, Липецкую области, — посмотрите, как там дело поставлено. Через месяц приедете, мне расскажете, мы обговорим все и начнем. Они поездили, провели анализ. Мы вместе выработали модель и начали работать.
Результат — наша ипотечная корпорация дала более половины квартир от того, что дали в Питере. Санкт-Петербург — 1,2 тыс., а мы — 700. За полгода! Вот вам результат работы молодой корпорации.
Я очень четко отслеживаю результаты работы по всем направлениям, по всем своим сотрудникам. У меня в областной администрации есть люди, которые занимаются мониторингом, контролируют диаграммы, графики, сравнивают с общероссийскими данными, данными по ЦФО. Вычисляют, какие есть новые технологии, что они сегодня дают. Если нет роста, не используются перспективные технологии, я тут же требую доклада, почему так происходит. По каждой сфере в областной администрации есть ответственный. И каждый месяц мне на стол ложится доклад о состоянии области.
— То есть использовали в управлении областью классические технологии управления?
— Да. Никаких Америк не пытаюсь открывать. Первая моя задача была — изучить ситуацию, вторая — не допустить ухудшения положения и ухудшения управляемости, и третья, которую решаю сейчас, — обеспечить рост. Для этого я укомплектовал команду, понимающую задачи и способную их решать. Второе — настроил и продолжаю совершенствовать систему управления таким образом, чтобы она не мешала работать тем, кто заинтересован в работе, показывает хорошие результаты. И третье — заставил всех чиновников не просто работать, а пахать. Показываю это на собственном примере.
Каждый чиновник знает, что рабочий день в областных учреждениях — с 10 до 23 часов, выходных нет. Работа, работа и еще раз работа… И вся область видит — есть результат. Б
Беседу вел Александр Полянский