Игорь БУНИН: когда появляется такой брэнд, многие хотят его использовать в своих интересах


Беседу вел Михаил Дмитриев

Автор посчитал нужным обратиться за специальным комментарием к политологу, принимавшему участие в разработке нынешней партийной конфигурации, – генеральному директору Центра политических технологий Игорю Бунину.

– Игорь Михайлович, «Родина» сейчас, судя по всему, испытывает большие проблемы…

– «Родина» – это прежде всего три персоны: Рогозин, Глазьев и Бабурин. Рогозин прежде всего государственник, на втором месте у него стоят националистические моменты, а социально-популистские – на последнем.

В «Родине» был и в какой-то степени остается Глазьев. У него социальный популизм как раз на первом месте, государственничество – на втором, а национализм – на третьем. При этом национализм не антисемитский, а, скорее, антикавказский.

– А у Рогозина – антисемитский?

– Я бы сказал, у него есть элементы общего национализма и есть покровительство по отношению к антисемитам всех мастей, которых видимо-невидимо в нашей политике. Это и Савельев, и Крутов, и другие подписанты знаменитого письма по еврейскому вопросу.

Рогозин никого из них не сдал, всех защищал, хотя сам он, как человек, вышедший из советской элиты, вряд ли обладает глубинным антисемитизмом. Для этого нужно быть маргинальным, конфликтным персонажем – это совсем иной менталитет.

И третья ведущая персона «Родины» как проекта – Бабурин. У Сергея Бабурина на первом месте стоит национализм, на втором – государственничество и на третьем – социально-популистский элемент.

При этом успех «Родине» обеспечивал и обеспечивает популистский элемент, глазьевский. А вот слабая социальная мобильность, проблема узкого социального горлышка, высокая социальная дифференциация, нетерпимый разрыв между богатыми и бедными – проблемы, которые действительно волнуют граждан. Национализм всегда оказывался на втором плане. Это очень хорошо чувствует Сергей Глазьев.

Кстати, предтечей «Родины» был проект под названием «Товарищ», в котором ведущую роль играл как раз социально-популистский элемент и лидировал Глазьев. Но затем Рогозин вытеснил Глазьева и появилась «Родина» – структура, в идеологии которой центр тяжести смещен в сторону государственничества и национализма.

Это, на мой взгляд, была ошибка. По всем нашим исследованиям, идея социальной справедливости наиболее востребована. Национализм же не востребован и вряд ли он через какое-то время будет востребован.

Достаточно было антиолигархической кампании, чтобы социальный популизм, государственничество и национализм «Родины» сконцентрировались и привели этот блок к успеху на парламентских выборах.

При этом не стоит забывать, что «Родина» – продукт кремлевской сборки. Предыстория такая: Рогозин сотрудничал с Народной партией России Райкова – Гудкова. Не захотел быть там на вторых ролях. Пошел в Кремль, нашел там понимание, и перед самыми выборами под его и Глазьева руководством был сколочен новый блок, который оставил НПР с двумя процентами.

– Причем был сколочен в последний момент…

– Популистский блок всегда создается в последний момент. «Единство» было создано в последний момент, блок Лебедя – тоже. Это закономерность.

Дело в том, что есть огромное количество избирателей – процентов 15, которые не могут себя идентифицировать в существующей политической системе. Их все не устраивает, они хотят новую партию.

Это определенный тип авторитарной личности с государственническими взглядами, нацеленной на социальные изменения. Для них важно, чтобы появились новые люди, чтобы возникла новая партия. Вот на этой волне была создана «Родина».

При этом она сумела взять не только эти 15%, но и часть избирательской периферии других партий, в частности «Яблока». Многие 50-летние избиратели «Яблока», интеллигенты, разочаровались в демократических ценностях, оказались крайне фрустрированны, для них наиболее актуальной оказалась тема социальной защиты.

Этот кластер, кстати говоря, стабилен – по опросам Горбачев-фонда, наибольшее число разочаровавшихся в перестройке и реформах среди ранее демократически настроенных 50-летних.

– Как трансформировался блок «Родина» после выборов?

– По сути, разделился на три элемента, соответствующих трем образовавшим его личностям. Есть ориентированный на власть Рогозин. Есть абсолютно неприемлемый для Администрации президента в силу своих националистических взглядов Бабурин. И есть Глазьев – единственный из этой троицы желающий политически жить. После победы на думский выборах Глазьев закусил удила – он понял, что имеет реальный шанс конвертировать результат на думских выборах в результат на президентских выборах-2004 и тогда станет реальным кандидатом в президенты в 2008 году. Никакие окрики из Кремля на него, истинного хомо политикуса, не действовали.

Естественно, между Рогозиным и Глазьевым произошел разрыв, Глазьева стали «мочить», использовать против него властный медиаресурс. В результате он неудачно выступил на президентских выборах, оказался маргинализирован и не будет котироваться на выборах 2008 года. Сейчас он вынужден искать новую нишу для своей политической активности.

С Бабуриным отношения складываются не менее трудно. Дело в том, что Рогозин превращает блок в партию, в которой предусмотрено индивидуальное членство. А Бабурин хотел бы сохранить автономию для своей «Народной воли».

– Были еще Геращенко, Лебедев и Шпак.

– Да, это политики, которые изначально вели свою игру. Геращенко, как вы знаете, сейчас председатель совета директоров ЮКОСа – тоже мне национал-патриот. Лебедев занимается своим банковским бизнесом. Оба они ушли из «Родины». Шпак с самого начала был в «Родине» только сочувствующим, а теперь и вовсе утратил к ней интерес.

Таким образом, от первоначальной «Родины» остались Рогозин с партией «Родина», в которой он непререкаемый лидер, и парламентская фракция «Родины», большинство членов которой выбирают между Рогозиным и Семигиным. В семигинское «народное правительство» вошли Бабурин, Алкснис, Игорь Родионов, Мащенко, Глазьев, Савельев и др.

Причина раскола – поведение Дмитрия Рогозина. Рогозин посчитал, что Администрация президента слишком благоволит «Единой России», и стал проявлять оппозиционность, почувствовал возможность сыграть собственную игру на противоречиях в Кремле, стал ходить за советом не только к Суркову, но и к другим руководителям администрации. В этой ситуации Семигину, который вхож к Суркову, имеет финансовые ресурсы, вокруг которого сгруппировалось огромное количество фантомных организаций, сам бог велел выступить создателем альтернативного социально-патриотического ядра.

И сейчас большинство думских «родинцев» выбирают между Рогозиным и Семигиным – кто из них что им предложит.

Сам же Рогозин мечется между более комфортными отношениями с властью и электорально привлекательной радикализацией своей позиции.

– Как вы оцениваете региональную активность «Родины»?

– Когда появляется такой брэнд, люди чувствуют, что это шанс и его надо использовать. Местные патриотические организации в Тульской области, Морозов в Рязанской области считают, что «Родина» как брэнд поможет им. При этом они играют в свою игру. Комбинации возникают какие угодно – где-то под флагом «Родины» выступают националистические объединения, где-то – близкие к либералам, СПС, как в Иркутской области, например. «Родина» добивается успехов не потому что она «Родина», не потому что ставит крупные проблемы и предлагает варианты их решения, а благодаря региональной специфике.

Монетизационную тему, например, Рогозин совершенно профукал. Единственная структура, которая смогла оседлать эту тему, – Партия пенсионеров Гартунга.

– Какие перспективы у «Родины»?

– Сейчас она находится в межеумочном положение – таком же, впрочем, как и «Единая Россия». Но за «ЕР» – президент, власть. Знаете, есть такая французская поговорка: за неимением лучшего король спит со своей женой. Так вот за неимением лучшего общество спит с партией власти. И эта ситуация вполне может сохраниться и в 2007 году.

Потому что альтернативы непонятны. Есть в обществе очень сильный индивидуалистический тренд, который оседлал Жириновский. Этот тренд очень распространен у молодежи. Есть очень невнятная проевропейская идея, которая объединяет демократов, либералов. Но в обществе сейчас господствуют антизападнические настроения, мнение, что демократия вторична по отношению к экономическому благосостоянию, потому очень сомнительно, чтобы даже объединенные демократы преодолели семипроцентный барьер.

И, конечно, есть социальная тема – проблема узкого горлышка, борьба с коррупцией, изменение социальной парадигмы, общество, в котором должно быть больше морали. Эту тему смог разыграть Ющенко на Украине. Но я не верю, что Рогозин или политическая окрошка, которая формируется сейчас вокруг Семигина, смогут повторить его опыт хотя бы в малой степени.