Василий КИСЕЛЕВ: мы строим город европейского типа с «вятским» лицом

Руководить городом с полумиллионным населением — задача в наше время непростая. Идет слом старой модели управления и финансирования, выстраивается новая вертикаль власти. А людям по-прежнему нужны свет и тепло, продукты и транспорт, школы и больницы. Все это и многое другое — в компетенции администрации города.

Наш корреспондент беседует с главой администрации г. Кирова, членом правления Союза городов Центра и Северо-Запада России, членом правления Конгресса муниципальных образований, членом правления Всемирной ассоциации мэров городов Василием Алексеевичем Киселевым.

— Василий Алексеевич, местные любители истории и статистики говорят, что вы поставили рекорд по длительности пребывания на должности мэра Кирова. Один из ваших предшественников продержался семь лет. А вы — уже восемь с половиной… Можете прокомментировать?

— Было же такое определение — «расстрельная должность»… Вообще, мэру города в современной России такое подходит. Хотя, боже упаси, без буквального совпадения. Только расстрелов нам и не хватало. На своих собраниях мэров — заседаниях Союза городов Центра и Северо-Запада России — мы частенько обмениваемся информацией, и выходит, что у многих такая ситуация: что бы в государстве, регионе, области, а тем более в городе ни происходило — во всем виноват мэр. Принял федеральный центр не до конца продуманный закон или постановление — мэр отвечает. Что-то не так сформулировало законодательное собрание — опять мэру держать ответ. Губернатор или его аппарат как-нибудь не так, с точки зрения горожан, порешали острую проблему — опять мэра к ответу. Ведь горожане в хитросплетениях ветвей власти не всегда разбираются. Они видят в городе главную фигуру, ей и адресуют свои претензии. Я к этому уже привык (в том плане, что перестал удивляться), иду к людям и объясняю позицию городской администрации. Я не держусь за место: нужно работать не за страх, а за совесть. За последние годы ушли мэры многих областных городов: и в Костроме, и в Иванове, и во Владимире, и в Твери, и в Пскове, и в Петрозаводске, и в Мурманске, и в Архангельске… Некоторые вообще из жизни ушли.

— А почему так?

— Да потому что должность такая. Если в тебе по-настоящему живет чувство ответственности за порученное дело, то управлять городом очень непросто. Тут и жилищные проблемы, и зарплата коммунальщикам, и тепло в дома, школы, детсады, больницы (а живем ведь на севере!) — все это на тебе. И никто, считай, не поможет.

У нас же в июне — еще случаются заморозки, а в августе — уже бывают заморозки. Как хочешь, а теплотрассы в порядок приводи. В 1996 году, когда моя команда начинала работать, по три-четыре месяца не выплачивалась зарплата, в бюджет 1997 года мы заложили всего десять месячных зарплат. И еще оставались долги за три месяца предыдущего года. Потому что знали: больше получить не сможем. Кошмарные были годы. До сих пор не верю, что вырулили в той ситуации, сами выжили и город вытянули. А закончилось все это только к 2002 году. Хотя перед работниками ЖКХ до сих пор есть кое-какие должки.

— А в чем причины?

— В основе всего лежит неурегулированность межбюджетных отношений. Федеральным центром в свое время были приняты красивые решения о бесплатной перевозке 62 категорий льготников, о предоставлении бесплатного жилья чернобыльцам, инвалидам, ветеранам войны и пр.

А деньги? Их никто городу не давал. Вози, как хочешь, жилье выделяй, из каких хочешь резервов. А если у меня резервов нет? Да их и вправду — нет! Тогда что? Я враг народа? Инвалидов не уважаю? Людям, пострадавшим на атомной станции и вокруг нее, не сочувствую? Короче, все то, о чем мы только что говорили.

— Где же выход?

— Ищем компромиссы. Возьмем пассажирские перевозки. 28 тыс. горожан, став ветеранами и не имея удостоверений ветеранов, ездили за полную плату. Зато сейчас ветеранов и инвалидов мы возим за полцены и без льготного проездного билета. Дали им небольшую надбавку к пенсии… Такой же подход применяем и при оплате коммунальных услуг, на то есть решение губернатора области. Помните, Владимир Путин на одном из совещаний сказал: если все льготы, которые сегодня в России приняты, сложить вместе, то получается 6,5 трлн руб., а у нас весь годовой бюджет 3 трлн руб. Вот почему и пошло правительство на этот шаг — на монетизацию льгот.

А вообще это нужно было начать еще во времена Олега Сысуева, он ведь предлагал подобные меры. Сам бывший мэр, он знал и понимал, о чем говорит.

— Но ведь есть еще и тема отчислений налогов в областной и федеральный бюджеты…

— Да, львиную долю мы отдаем области. Это для того, чтобы выжило село, выжил сельский производитель. Как говорится, политики приходят и уходят, а кушать хочется всегда.

— А все-таки, хотелось бы оставлять в городской казне побольше?

— Я ведь еще депутат областного законодательного собрания. И за решения такого рода сам и голосую. Тут есть одна особенность. Мой предшественник, Анжелий Михайлович Михеев, создал вокруг Кирова так называемое продовольственное кольцо: девять пригородных хозяйств ввели в пределы городской черты. Я убедился, что это было правильное решение. И мы стараемся эти хозяйства сегодня поддерживать, помогаем им, чем можем. И смотрите, какая отдача: наши девять хозяйств, занимая 1% пахотных площадей области, дают более 14% всей продукции сельского хозяйства области. Комментарии, я думаю, излишни. Можно, конечно, молоко, сыр и творог возить из соседних регионов, пополняя их бюджет, но согласитесь — так-то оно лучше: все рядом и все свое.

Что же касается распределения налоговых поступлений, то и тут мы нашли компромисс: в 2005 году 50% подоходного налога область оставила Кирову. Это в два с лишним раза больше, чем в начале моей работы, в середине 90-х. Это оптимальный вариант, и здесь важна не только бюджетная обеспеченность, но и как распределены расходные полномочия между городом и областью. Если область взяла на себя обязанность выплачивать заработную плату учителям и врачам, доплачивать до полной суммы за коммунальные услуги тем, кто не в состоянии это сделать самостоятельно, то я считаю, что налоговые проценты, о которых мы с вами говорим, поступают тем же жителям города.

— Можно ли применить ваш опыт в других городах?

— Сейчас ведь готовятся поправки в Налоговый и Бюджетный кодексы. На одном из высоких совещаний я предложил: давайте не будем ставить губернаторов в жесткие рамки: мол, делить налоговые поступления только так и никак иначе. Вот мы в области, как я уже сказал, договорились по подоходному налогу. Разве плохо? Многое зависит от конкретной ситуации. Пусть каждый регион сам посмотрит и посчитает, как ему удобнее и рациональнее распределить эти поступления. А запишем, допустим, 20% — все, это закон. За его нарушение прокурор области призовет к ответу.

Вертикаль власти хороша, если она не опускается до мелочей жизни, до конкретных текущих решений. Тогда это уже не вертикаль, а то, что называлось у древних словом «стимул»: палка с заостренным концом, чтобы погонять волов… Тем более если сейчас получит распространение практика назначения руководителей регионов, все эти разборки с избранием иногда неадекватных людей уйдут в прошлое. А раз уж президент назначил человека, то почему же не доверить ему хоть какую-то долю самостоятельных решений? Это дисциплинирует, да и, к слову сказать, вдохновляет: человек чувствует себя самостоятельной личностью, а не простым исполнителем чужой воли. А на случай всяческих ошибок есть гражданин прокурор. Я вот подписываю 7,6 тыс. распоряжений в год. И копия каждого ложится на стол прокурору. Он при необходимости поправит. И уже поправлял. Вот пример из практики.

Государство обязало нас регистрировать договора между работодателем и работником. Создали мы для этого структуру под своим правовым управлением. Мне по понедельникам докладывают, как идут дела. Смотрю, в день регистрируют порядка 100—120 договоров. Спрашиваю: какая зарплата указывается? Отвечают: 100—200 руб. Да вы что, говорю, серьезно?! Да, отвечают, вполне. Издал я распоряжение, запрещающее регистрировать договор, если в нем указана сумма меньше прожиточного минимума, а прокурор опротестовал. Формально все по закону. А по морали? Издевательство!

Еще пример. Есть статистика: около 30% подоходного налога утаивается. Для города это существенно. Доходит до анекдотических ситуаций, скажем, когда за субсидией на жилье приезжает бизнесмен на «Фолькс-

вагене». По документам же он безработный. Или низкооплачиваемый подсобный рабочий.

— Вернемся к теме поступления налогов от предприятий города. В Кирове еще с военных лет обосновалось немало предприятий ВПК. Теперь они формально входят в ОПК — оборонно-промышленный комплекс. Я говорю формально, потому что, насколько мне известно, большая их часть просто бездействует. Значит, и налоговых поступлений — ноль. Болит голова?

— Ну разумеется! И не у меня одного.

И губернатор области этим занимается, и структуры его администрации. Отличные были предприятия! На высшем уровне обеспеченные передовой техникой и технологией, одни литейные цеха чего стоили. Но вот сломали «оборонку», а взамен ничего, кроме электромясорубок с невероятной скоростью вращения, создать не смогли. Как в горькой шутке времен расцвета оборонной промышленности: что бы мы ни делали, что бы ни проектировали — все равно пулемет получается. Теперь не получается ничего. Здания ветшают, кадровый потенциал практически утерян: в цехах осталось 10—15% персонала. Приватизация на этих казенных предприятиях запрещена, а кардинальных решений все нет и нет. Можно ведь какую-то часть площадей и оборудования законсервировать, основные же — передать в муниципальное управление, а уж мы бы выставили их на тендер и предложили бы предпринимателям лизинг на 20, 30, 50 лет. Да можно искать и находить варианты, была бы добрая воля.

Мы как город, конечно вместе со своими «оборонщиками», не пропали, выжили. Сейчас пустующие площади на других, гражданских, предприятиях становятся объектами пристального внимания бизнесменов. Например, один предприниматель взялся смонтировать на территории завода металлоконструкций ни много ни мало мини-нефтеперерабатывающий завод. По его расчетам, предприятие будет рентабельным даже при условии поставки нефти цистернами. Мы желаем ему всяческих успехов: дополнительные рабочие места, свой бензин и солярка городу и области не помешают, да и цены на городских заправках могут стать ниже. Но не скажу, что в Кирове высокая безработица — в пределах 2%, это обычный, невысокий показатель. Каждый, кто хочет работать, у нас в городе может устроиться.

— В фотолетописи города, связанной с периодом вашего руководства, много места отведено темам благоустройства, социального благополучия, здравоохранения, искусства и спорта, воспитания молодежи. Это дань обязанностям или личная убежденность?

— И то и другое. Но больше — личная убежденность в том, что материальная жизнь, экономика, бизнес важны не сами по себе, а как база для духовного развития горожан. Не будет здорового, хорошо воспитанного, достойного поколения молодых — тогда зачем все наши усилия?! За три последних года мы снесли 80 ветхих зданий. Построили три дома для ветеранов, жилой дом для работников бюджетной сферы, клиническую офтальмологическую больницу, отличный трамплин, перевели художественную школу № 3 в новое здание (а всего таких школ у нас 11, из них четыре построены за эти восемь лет), поставили храм Веры, Надежды и Любови… Это не заводы, не магазины, не торговые ларьки. И затраты приличные. Можно было бы прожить городу без всего этого? Да. Была бы жизнь от такой «экономии» лучше? Вряд ли. Вот это наша линия, это моя убежденность.

Мы начали проводить кинофестивали социальных теле- и кинопрограмм, не дождавшись, когда это сделают центральные телеканалы. У нас стали регулярными Лихановские чтения (писатель Альберт Лиханов — наш земляк), потому что проблема ребенка в России — это не кировская, а общенациональная проблема. Ежегодно я подписываю свыше 100 распоряжений о помещении детей в дом ребенка. Это уже страшно. Установлена так называемая стипендия мэра: 25 начинающим учителям доплачиваем существенные суммы к их скромным зарплатам; одаренные дети из неполных и малообеспеченных семей тоже получают деньги на образование, на развитие художественных способностей и талантов. Мы учредили Всероссийскую литературную премию имени нашего земляка Александра Грина. Ежегодно финансируем издание трех-четырех книг молодых писателей и не считаем, что эти средства потрачены зря. И отделение Союза художников у нас заметное, оно объединяет 96 мастеров, в том числе и мастеров легендарной дымковской игрушки, производство которой теперь базируется в самом Кирове. На вятской земле за восемь лет построено 17 храмов, исходя из народной мудрости: чем больше церквей, тем меньше тюрем и детских домов. Еще у нас в городе свой муниципальный симфонический оркестр, оркестр русских народных инструментов, есть детская филармония. Наши команды по футболу, баскетболу, хоккею известны всей России.

Иногда меня упрекают: зачем тебе этот спорт, зачем эти команды? Но на Кубок мэра по футболу выходит 260 команд — от малышей до седых ветеранов. Ежегодно мы проводим спартакиаду муниципальных служащих, лыжные гонки руководителей предприятий, да еще с их главбухами. Разве это не здорово?! В соревнованиях «Лыжня России-2005» участвовали и губернатор, и мэр города. А какой есть другой способ, кроме занятий искусством и спортом, чтобы увести и взрослых, и молодежь от безделья, пьянства и наркомании? Я, например, не знаю. И вообще, у меня заведено: раз в неделю я

20 км на лыжах, пусть и не так уж быстро, но должен пройти. Плюс два раза в неделю —

1 км в бассейне без передышки. Ну, не всегда два раза в неделю, но один-то раз — это святое.

— Хватает еще здоровья?

— А вот у меня под столом стоит двухпудовая гиря. Хотите попробовать?

— Не решусь. Лучше поговорим о кировчанах…

— Народ у нас в городе особенный, его корни — среди именитых ссыльных-пересыльных, где немало ярких, исторических личностей. И мы должны им соответствовать. Два года назад руководство Приволжского федерального округа провело исследование по городам, чтобы выяснить, где люди больше всего себя уважают. Вы догадываетесь, какой город оказался среди трех с самым высоким рейтингом? Точно, наш Киров.

— Если оглянуться на ваши восемь с половиной лет на посту, каким вы увидели город в начале работы мэром и каким он стал ко дню сегодняшнему?

— Когда мы начинали, то заявили, что хотели бы сформировать город европейского типа, но со своим, «вятским» лицом. Некоторые иронично улыбались. Прошел первый срок, на втором сроке я жестко столкнулся с командой бывшего губернатора, когда на полную мощность был задействован административный ресурс. Но мы победили. И поняли, что кировчане — за нас, за нашу концепцию организации жизни в городе. Вот это и было самым важным для меня. Мой второй срок близится к завершению, а сделать еще предстоит немало. Но все, что наметили, мы выполним. Ядро моей команды управленцев — отставные военные, честные офицеры. Я им доверяю, а они верой и правдой служат горожанам, являясь хорошим примером для подражания. Придет время — я уйду, на мое место придет молодой, энергичный человек. Но главное — наше дело будет продолжаться. Я в этом уверен.

Беседу вел Леонтий Букштейн