Москвич из Google


Текст | Евгений БЛИНОВ

В декабре прошлого года журнал «Форбс» поместил Сергея Брина и его компаньона Ларри Пейджа на 43-е место в своем списке самых богатых людей США. Личное состояние каждого из отцов-основателей корпорации Google (обоим едва за 30) достигло $4 млрд. Стоимость же корпорации, по оценкам экспертов, составляет более $30 млрд. Кстати, название Google происходит от математического термина, обозначающего единицу с сотней нулей.

В России не без интереса узнали, что Сергей Брин — из «наших». Он родился в Москве в 1973 году. Кстати, общение в его семье до сих пор происходит на русском. (Когда корпорация Google стала многоязычной, Сергей лично возглавил поддержку русского языка.)

В Америку Брины перебрались в 1979-м. Михаил Брин, отец Сергея, почти сразу же начал преподавать математику в Университете штата Мэриленд. Евгения Брин, мама, нашла место в компании, выполняющей заказы для NASA. Стоит отметить, что математика для Бринов — фамильное дело: дед Сергея, Израиль Абрамович Брин, в 50-х годах преподавал ее студентам МЭИ.

Сережу отдали в частную школу. Английский язык, по словам отца, он освоил за два-три месяца. Юный иммигрант из России однажды удивил учителей домашней работой, распечатанной на принтере, — персональными компьютерами даже в Америке располагали тогда немногие. Первый компьютер — Commodore-64 — ему подарил отец.

Степень бакалавра Сергей получил в Мэрилендском университете. Престижная стипендия позволяла продолжить обучение, и Сергей едет в Калифорнию, где поступает в Стенфордский университет.

Полосатый период

К 1995 году Брин уже получил степень магистра. Он начинает собирать материал для докторской диссертации по теме «Сбор данных» (впрочем, она останется незаконченной). Научные интересы его коллеги Ларри Пейджа лежат в этой же области. В процессе работы над их докторскими возникает прототип Google. Брин публикует результаты исследований в научных журналах, а в 1998 году вместе с Пейджем ведет курс под названием «Сбор данных, поиск и Всемирная паутина» (Data mining, searsh and the World Wide Web).

Тем временем на университетском сайте уже вовсю работает поисковая система Google на странице stanford.google.edu. Ее главное отличие от других поисковиков — в особом алгоритме, построенном на анализе ссылок. Пользователи быстро оценили преимущество Google — она выдает в первую очередь наиболее цитируемые в Сети страницы.

В том же 1998-м авторитетнейший журнал PC magazine внес эту поисковую систему в список 100 лучших сайтов в мире. Однако появилось «но». Google качала информацию с библиотечных страниц, находящихся в ограниченном доступе. Кроме того, на нее уходила половина трафика Стенфорда. Сергею и Ларри ясно дали понять, что университетский домен придется покинуть.

Брин и Пейдж начали искать спонсоров для своего проекта. В крупных компаниях им объясняют, что с коммерческой точки зрения поиск данных совершенно бесперспективный сервис, и советуют даже открыть бесплатную почтовую страницу. И все же в один прекрасный день (словно в классическом жанре «успех по-американски») они находят того, кто в них поверил. Это Энди Бехтольшейм, весьма известный и уважаемый в компьютерной индустрии человек, один из основателей Sun Microsistems. Результаты Google удивили его настолько, что в тот же день на имя еще не существующей компании выписан чек на $100 тыс.

Первым их офисом, тоже в рамках жанра, становится гараж. А единственным сотрудником, помимо Сергея и Ларри, — Крэйг Сильверстейн. Сейчас он директор по технологиям Google.

Номер один

В 1999 году количество запросов на сайте компании превысило полмиллиона в день. Журнал Time причислил Google к десятке лучших сайтов во Всемирной паутине. Все больше интернет-порталов в разных странах мира используют поисковую технологию Google. В середине 2000 года капитулировал портал Yahoo — самый популярный тогда в Сети. После подписания договора с Yahoo число рекламодателей и пользователей Google начало расти еще быстрее. Ежедневно приходилось обрабатывать до 100 млн запросов.

В начале 2001 года компания наконец вышла на прибыль. В калифорнийской Кремниевой долине вырастает Googleplex — штаб-квартира нового флагмана сетевой индустрии. К 2003 году Google становится поисковой системой номер один в мире. Ей адресовано две трети всех поисковых запросов в Сети — около 200 млн. Они обрабатываются на 88 языках.

Рекламная политика компании выгодно отличается от той, что ведут конкуренты. Информация рекламодателей, разумеется, присутствует, но в виде баннеров или специально выделенных ссылок. По заявлениям Брина, никакой рекламный контракт не дает его обладателю преимущества над прочими ссылками, распределенными в зависимости от частоты упоминания в Интернете.

Некоторые формулы

В чем же секрет феноменального, даже по меркам весьма динамичного рынка высоких технологий, успеха Google? Одну сторону вопроса освещает факт присуждения Сергею Брину и Ларри Пейджу в 2004 году престижнейшей премии Маркони. Ее удостаиваются люди, совершившие значительные открытия в области коммуникационных технологий. Сергея и Ларри наградили как «людей, чье изобретение в корне изменило подачу информации в современном мире». Отметим среди лауреатов-предшественников Тима Бернерс-Ли, архитектора Всемирной паутины, и Роберта Меткалфа, изобретателя технологии Ethernet.

Другая причина успеха — поддержка многомиллионной армии пользователей Google. Это название стало не просто брэндом — синонимом сетевого поиска. В английском языке появился новый глагол — to google. На русский его можно перевести как «забить», в том значении, в каком его используют пользователи Сети. В дополнение к сказанному приведем наиболее часто цитируемые СМИ слова Брина: «Некоторые говорят, что Google — это Бог. Другие — что это сам Сатана. Но если те и другие думают, что Google чересчур влиятельна, то пусть вспомнят, что поисковые системы разделяет единственный щелчок мыши. Люди приходят на Google потому, что они ее выбирают. Мы их не заставляем».

Было бы странно, если бы при такой популярности у Google не нашлось критиков. Кое-кто замахивается даже на священную корову — алгоритм поиска и принцип распределения результатов. В Интернете, рассуждают они, пруд пруди сетевых промоутеров, которые за соответствующее вознаграждение возьмутся повысить место вашего сайта в рейтинге Google, поскольку низкое место в нем вредит имиджу фирмы. Брин в ответ советует создать собственный качественный информативный сайт, а Google в свою очередь сообщит о нем всем заинтересованным лицам. Что касается попыток раскрутить определенный сайт с помощью размещения платных ссылок, то это, по его мнению, тяжелый и неблагодарный труд. Гораздо проще и дешевле заключить с Google рекламный контракт.

Существуют и иные проблемы. Кто-то пытается повлиять на рейтинг Google в поисках минут собственной славы. Сетевые геростраты развивают бурную деятельность с целью привязать определенные словосочетания к конкретным сайтам. Были попытки использовать поисковик для политической и религиозной пропаганды. Однако все это относится к издержкам любого поиска в Интернете. Сложившуюся ситуацию очень точно прокомментировал Ларри Пейдж: «Для некоторых это феноменальное открытие, нечто вроде открытия огня: “Мы можем влиять на Сеть!” Ну конечно же, ведь вы и есть Сеть, поэтому и можете на нее влиять».

Число недовольных Google не так давно пополнилось активистами Республиканской партии. Их возмутило, что словосочетание «позорный провал» (miserable failure) отсылает пользователя к биографии 43-го президента США. Разразившийся скандал, как и следовало ожидать, значительно упрочил сетевую ассоциацию жизнеописания Джорджа Буша-младшего.

Еще пример — из серии черного юмора. Посетители крупнейшего сетевого магазина Amazon в ответ на запрос о книге, посвященной жертвам 11 сентября, получали в придачу рекламу дешевых авиабилетов.

Больше, чем имидж

Несмотря ни на что, Google стала тем, чем она стала. В отделениях компании по всему миру работает больше 1 тыс. человек. Более 150 тыс. рекламодателей заключили с ней контракты. Создатели фирмы постоянно подчеркивают: девять из десяти пользователей пришли на их сайт по совету друзей. Значит, особая реклама компании не нужна. Недавно журналисты задали Брину вопрос: чем же все-таки является Google — технологической или медиакомпанией? Последовавший ответ не лишен лукавства: «Мы являемся медиакомпанией, которая использует технологические достижения».)

Эти слова проливают свет на скрытую сторону успеха Google, связанную с ее тщательно продуманным имиджем. Сделав карьеру на сетевом поиске, Брин и Пейдж чутко уловили настроение значительной части аудитории начала нового тысячелетия. Девизом компании стало «Не сотвори зла» — Don’t be evil. (Правда, в ответ на вопрос, что же подразумевается под злом, один из подчиненных Брина отшутился: «Зло — это то, что Сергей считает злом»).

Брин и в самом деле никогда не отрицал роли субъективных факторов в политике компании. «Не стоит считать, что самый популярный ответ поисковой системы — это истина в последней инстанции». Подобная тактика — верный способ дистанцироваться от крайне агрессивной идеологии компьютерных корпораций. Дело в том, что лидеры рынка высоких технологий в 90-х годах исповедовали взгляды времен первых монополий. Заключались все новые корпоративные сделки, пользователю откровенно навязывался определенный продукт. Дорогостоящий и далеко не всегда лучший из тех, что имелись на рынке.

В последние годы по Америке и Западной Европе прокатилась целая серия антимонопольных разбирательств.

Вчерашние герои компьютерной революции превратились в общественном мнении в одиозных магнатов. Так, Билл Гейтс в широкомасштабном интернет-опросе «Главные злодеи ХХ века» вошел в первую десятку имен наравне с Гитлером, Муссолини и Григорием Распутиным. Да и сама идея глобализации представлялась уже в значительной степени дискредитированной. Разработка всеобщих стандартов стала трансформироваться в насильственную унификацию по заранее утвержденной модели.

Брин и Пейдж учли все эти обстоятельства. В многочисленных интервью и на онлайн-конференциях они рассказывают не только непосредственно о своем бизнесе, но и о корпоративной культуре Google, учитывающей вкусы сотрудников. Их офис, говорят отцы-основатели, похож скорее на студенческий кампус, чем на деловую контору. В Googleplex можно приходить с домашними животными. Во дворе припаркованы транспортные средства сотрудников фирмы — велосипеды и скутеры. В офисах стоят холодильники с бесплатным соком, в свободном доступе — горячий кофе, а обеды в столовой готовит шеф-повар одного из самых модных калифорнийских ресторанов. Все это часть философии Google, которая позволила компании совершить прорыв как раз в то время, когда индустрия высоких технологий находилась в глубокой депрессии. Словом, глобализм у них — с человеческим лицом.

Создатели Google движутся в избранном направлении. Они стараются поддерживать некоммерческие сетевые проекты, оказывая спонсорскую помощь интересным, с их точки зрения, сайтам. Кроме того, Google разрабатывает специальные программы для имеющих хобби. Увлечения дают людям возможность заработать деньги в Сети.

Ему не до любви

Президент Google характеризует себя одним словом — трудоголик. Причем подчеркивает, что сознательно выбрал этот стиль жизни. За последние два года — неделя отпуска. Разве что в перерыве он находит время для игры в волейбол или хоккей с подчиненными. В свой 31 год холостяк Сергей Брин — завидная партия. Сам он никогда не говорит о личной жизни. Тем не менее репортеры все же выведали, что он встречается с сестрой одного из сотрудников Google. Но этим информация практически исчерпывается.

Ну и конечно, имидж «парня из Google», как его называет американская пресса, меньше всего соответствует расхожим представлениям о российских богачах. Он не составляет личных флотилий и не выкупает родовые поместья. Живет в небольшой съемной квартире, ездит за рулем «Тoyota Prius», любит носить футболки и шорты. Кстати, он охотно дает интервью на русском и время от времени посещает русский ресторан в Сан-Франциско. А вообще, Сергей Брин уверен, что для создания компании, подобной Google, совсем не обязательно жить в Америке. Насколько реально осуществление такого проекта в России, всякий читатель волен судить самостоятельно.

Что дальше?

В августе прошлого года произошло долгожданное событие: акции Google появились на бирже NASDAQ. Не оправдав скептических прогнозов, они в первый же день взлетели на 18% — с $85 до $103 за акцию. В ноябре курс перевалил за $200. Впоследствии, правда, он несколько снизился, но эксперты не могут вспомнить другого случая, когда на акции интернет-компании был бы столь ажиотажный спрос. На рубеже миллениума сетевые фирмы разорялись одна за другой.

Между прочим, несмотря на множество заманчивых предложений, Google продолжает оставаться частной компанией. Перед выходом на рынок ее акциями обладало сравнительно небольшое число держателей, включая и многих сотрудников Google. Рекордный рост ценных бумаг компании в прошлом году сделал их миллионерами (попытайтесь представить подобную «приватизацию трудовым коллективом» в России). Брин объясняет этот факт следующим образом: Google ожидала выхода на рынок долгих шесть лет, за это время она вышла на прибыль и обзавелась целой армией постоянных рекламодателей.

Google не снижает активности в технологической сфере. Запущен новый поисковик для научных текстов, анонсированы бесплатный почтовый ящик объемом свыше 1ГБ и проект глобальной сетевой библиотеки. Но конкуренты собирают силы для ответных действий. В конце 2004 года компания Yahoo заявила о намерении разорвать свои отношения с Google и запустить собственную поисковую систему. Да и сам Билл Гейтс, признав поражение на данном этапе, пообещал вскоре удивить мир новым поисковиком от Microsoft.

На что же будут похожи поисковые системы будущего? Сергей Брин считает, что они должны обладать подобием человеческого интеллекта: «… мы продвинемся от сегодняшних поисковых систем к тому, чтобы вся полнота накопленной в мире информации превратилась в одну из наших мыслей».

И не исключено, что пресловутый искусственный интеллект появится не в секретной военной лаборатории, а в Сети, в качестве одной из услуг поисковой системы.