Большая перемена


Текст | Елизавета Милютина

Безусловно, забота об образовании населения – одна из важнейших стратегических задач государства. В последнее время российские власти в серьез, обеспокоены тем, что многие отечественные выпускники работают не по специальности, система российского образования не отвечает мировым стандартам, финансирование высшей школы идет не совсем по рыночным законам, а система оплаты труда педагогов и преподавателей явно оставляет желать лучшего.

В ближайшие несколько лет нас ожидают серьезные перемены, связанные с модернизацией системы образования: приведение российских стандартов в соответствие с европейскими нормами, переход на бакалавриат и магистратуру, введение финансирования вузов по принципу «деньги следуют за учащимся», более широкое внедрение ЕГЭ и многое другое. Предполагается, что пакет законов, обеспечивающий преобразованиям законодательную базу, поступит в Государственную думу уже в эту весеннюю сессию. Скорее всего, прохождение законопроектов будет нелегким: депутаты, как и их избиратели, довольно настороженно относятся к переменам, связанным с реформой образования, и, вероятно, парламентарии, как и общество, разделятся на два лагеря – сторонников и противников модернизации.

Революция в умах

Мы привыкли (и в общем-то вполне небезосновательно) считать, что российское образование самое лучшее, однако не следует закрывать глаза на то, что за последнее десятилетие в этой сфере накопилось немало проблем. Между тем жизнь не стоит на месте, спектр знаний, необходимых для профессиональной деятельности, меняется. Становится другим и мировой рынок образовательных услуг. Пока отечественная высшая школа котируется на нем довольно высоко, но может случиться так, что через некоторое время, если мы не предпримем ряда мер по совершенствованию нашей образовательной системы, Россия окажется на его задворках.

В стране уже несколько лет проводится реформа образования, которую сейчас все чаще называют более политкорректным словом «модернизация». Эти преобразования не остались незамеченными в обществе, разделившиеся на их сторонников и противников. В прошлом году о проблемах отечественного образования заговорили и в самых высших эшелонах власти. В частности, большое внимание им уделил президент Владимир Путин в своем Послании Федеральному собранию РФ. А в начале декабря 2004 года Правительство РФ одобрило приоритетные направления развития системы отечественного образования, подготовленные Минобрнауки РФ. Выступая на заседании Правительства РФ, по данным ИТАР – ТАСС, премьер Михаил Фрадков подчеркнул: «Образование – это наше преимущество, которое надо не растерять и добиться при этом целей, которые ставит экономика». Премьер-министр выделил также три основных направления реформы: обеспечение доступности образования для всех слоев населения, повышение качества преподавания и улучшение финансирования сферы.

На пути к Болонье

В рамках реформы образования к 2008 году предполагается перейти к двухуровневой системе высшего образования (бакалавриат и магистратура), аналогичной европейской. Министр образования и науки РФ Андрей Фурсенко сказал на декабрьском заседании правительства, что такая мера позволит воспитывать элитные кадры. Вместе с тем, он отметил, что изменения произойдут не везде и не сразу. По некоторым специальностям старая система пока сохранится, а новая, двухуровневая будет вводиться там, где этого требует экономика.

Переход к двухуровневой системе – задача Болонского процесса. В 1999 году в итальянском городе Болонья была подписана совместная декларация министров образования ряда европейских государств, возвещавшая о создании общеевропейского образовательного пространства. Страны, подписавшие эту декларацию, обязались до 2010 года выработать сопоставимые национальные системы образования, критерии и методы оценки его качества, вести сотрудничество по признанию на европейском уровне национальных документов об образовании.

В целом Болонский процесс предусматривает комплекс взаимосвязанных мер, направленных на сближение образовательных систем и способов оценки качества знаний, академических степеней и квалификаций в странах Европы. В результате всех преобразований студенты должны получить большую свободу в выборе места и программы обучения, а процесс их трудоустройства на европейском рынке станет более легким.

В сентябре 2003 года к Болонской декларации присоединилась Россия. Но влиться в общеевропейский процесс нашей стране будет очень трудно, поскольку отечественная образовательная система традиционно далека от зарубежной. В частности, сложность заключается в системе подготовки российских дипломированных специалистов. Переход на двухуровневую систему образования был начат во многих российских вузах еще в 1992 году, однако популярностью она у нас не пользуется.

Прежде всего, многим оказался непонятен диплом бакалавра, который большинство россиян продолжает считать свидетельством о неоконченном высшем образовании. Проблематичны и отечественные бакалаврские программы, существенно отличающиеся от западных. За четыре года обучения российские вузы за редким исключением не дают своим выпускникам-бакалаврам полноценных знаний по специальности, достаточных для того, чтобы они смогли использовать их на практической работе, поскольку более половины академических часов отводится на преподавание фундаментальных дисциплин. Как следствие, большинство студентов после получения степени бакалавра продолжают обучение и получают традиционные для России дипломы специалистов либо становятся магистрами.

Закон о введении в России двухуровневой системы высшего образования вместе с другими законопроектами, направленными на модернизацию отечественной системы образования, будет рассмотрен на весенней сессии парламента. Если его примут, то отечественным чиновникам предстоит тяжелая работа, связанная с определением сроков подготовки, пересмотром ряда программ и методологии формирования стандартов и выработкой новой пересмотру тарифно-квалификационных характеристик, которые утверждаются Министерством труда и отраслевыми министерствами.

Помимо двухуровневой системы России для полноценного вхождения в общеевропейское образовательное пространство в скором времени надлежит принять систему зачетных единиц для признания результатов обучения, а также аналогичное европейскому приложение к диплому о высшем образовании, организовать сопоставимую с европейской систему обеспечения качества образовательных учреждений и вузовских программ.

Под одну гребенку

Пожалуй, ни одно из направлений модернизации отечественной системы высшего образования не вызывало столько споров, сколько введение единого государственного экзамена. Эксперимент по внедрению ЕГЭ идет в России с 2001 года, с каждым годом в нем принимает участие все большее количество регионов РФ. И все это время продолжалось противостояние сторонников (среди них – чиновники, директора средних и средне-специальных учебных заведений) и противниками единого государственного экзамена (к которым относилась большая часть руководителей высшей школы). Доводами первых служило то, что ЕГЭ – эффективный инструмент борьбы с коррупцией в вузах, он способен объективно выявить уровень знаний учеников и уровень преподавания в школах различных регионов России, а также сделать более доступным для молодежи из глубинки поступление в элитные высшие учебные заведения. Противники же ЕГЭ указывали на то, что он полностью исключает творческий подход в отборе вузами будущих студентов, который, как известно, лучше всего реализуется при личной беседе экзаменатора и абитуриента. По их мнению, это чревато тем, что в высшую школу попадут не самые одаренные студенты, а те, кто сумел правильно подготовиться и ответить на большинство вопросов теста.

Однако три года, в течение которых длится эксперимент, привели к тому, что противостоящие стороны неожиданно сделали шаг навстречу друг другу. Ректоры признали, что ЕГЭ действительно помогает получить высшее образование ребятам из отдаленных мест России, что работа приемных комиссий стала менее трудоемкой и более прозрачной. А сторонники эксперимента поняли, что коррупция перекочевала из вузов в средние школы, что введение ЕГЭ связано с рядом организационных трудностей, что единый государственный экзамен не может быть единственной формой проверки знаний абитуриентов, и прислушались к доводам ректоров, которые давно говорили о необходимости предоставления льгот поступающим в вузы победителям олимпиад, в том числе и региональных.

Ранее предполагалось, что официально ЕГЭ будет внедрен на всей территории России в 2005 году. Однако выявленные при проведении этого эксперимента недостатки привели к тому, что по инициативе министра образования и науки Андрея Фурсенко эксперимент продлен до 2008 года.

ГИФО карман не тянет

Продлен и связанный с ЕГЭ эксперимент по внедрению государственных именных финансовых обязательств (ГИФО). Суть ГИФО в том, что выпускнику по результатам набранных во время ЕГЭ баллов выдается денежный сертификат, который предназначен для оплаты обучения в вузе. В отличие от ЕГЭ, данный проект был менее раскручен и информация о нем довольно редко становилась доступной широкой общественности. Возможно, это объясняется тем, что за несколько лет, в течение которых длился эксперимент, появилось больше вопросов, чем ответов.

Изначально было очевидно, что ГИФО – проект дорогостоящий, поэтому проводился он в меньшем масштабе, чем эксперимент по ЕГЭ. В нем приняло участие лишь несколько вузов из Марий Эл, Чувашии, Якутии. Но результаты эксперимента за 2002/03 учебного года выявили факт перерасхода государственных средств. Оказалось, что стоимость категории «А» ГИФО (лучшие результаты по ЕГЭ) была чересчур высока и вузам выгодно принимать как можно больше отличников.

Ставки немедленно урезали и в следующем году эксперимент по ГИФО проводился уже по другой схеме. Он перестал приносить вузам материальную выгоду. На возражения ректоров по поводу того, что даже самые высокие ставки ГИФО не могут полностью компенсировать затраты на обучение одного студента, инициаторы эксперимента отвечали, что ГИФО предусматривает покрытие только части расходов.

Однако несмотря на все несовершенство и затратность эксперимента по ГИФО, полностью отказаться от него сегодня невозможно. Потому что по сути это схема так называемого подушевого принципа финансирования вузов. Это альтернатива сметному принципу финансирования, от которого, как известно, российская система образования намерена уйти, а кроме того, альтернатива введению в стране полностью платного образования. Сейчас многие, в частности Российский союз ректоров и ряд высокопоставленных чиновников Министерства образования и науки, предлагают подкрепить ГИФО системой образовательных кредитов, которые учащиеся будут брать в государственных и частных банках, а также в коммерческих компаниях. Первые положительные результаты предоставления образовательных займов студентам ведущих вузов страны уже есть. Однако эта идея имеет немало критиков, полагающих, что к ввекдению образовательных кредитов сегодня готовы далеко не все регионы России, а только наиболее экономически развитые, да и большинство населения страны пока не доверяет новому механизму финансирования. Кроме того, даже в благополучных с точки зрения финансово-кредитной системы США, где широко развито обучение в кредит, возвращение таких кредитов представляет собой большую проблему, что уж говорить о России.