Требуется промышленная политика


Текст | Александр РОМАНИХИН

Конъюнктура нефтяного рынка приводит к значительному росту доходов российских нефтяных компаний. Однако, несмотря на наличие средств и критический износ оборудования, в отрасли происходит снижение объемов закупок промышленной продукции.
На многих отечественных предприятиях, занятых техническим перевооружением нефтяников и газовиков, в прошлом году продолжился спад производства, что вызвало у них стремление повысить эффективность управления.

По данным Госкомстата, в 2002 году было выпущено 193 агрегата для ремонта скважин, а в 2003-м только 164. Производство фонтанной арматуры за 2003 год снизилось с 2847 до 2774 единиц; станков-качалок — с 1157 до 1024; скважинных штанговых насосов — c 25,5 тыс. до 23,4 тыс. и т. д.

Особенно существенно сократились объемы производства геолого-разведочного и бурового оборудования, которое определяет развитие нефтегазового комплекса.

В 2002 году было произведено 98 буровых установок для эксплуатационного и глубокого разведочного бурения и 202 установки для геофизического и поискового бурения. В 2003 году их выпуск катастрофически упал и составил 35 и 151 соответственно. Причем спад мог бы быть еще большим, но заводам удалось переориентироваться на экспортные поставки.

В то же время наблюдается высокий уровень импортных закупок. По данным ГТК России, только в январе — ноябре 2003 года за границей приобретено 4214 вагонов-цистерн на сумму более $100 млн. При этом ФГУП «ПО “Уралвагонзавод”» делает конкурентоспособные вагоны-цистерны, экспорт которых растет с каждым годом. Аналогичная ситуация сложилась и с импортом танкеров: в 2001 году закуплено 17 танкеров; в 2002 году — 24; а в январе — ноябре 2003 года — 31. Российские судостроительные заводы успешно пополняют иностранный танкерный флот, а российские нефтяники почему-то заказывают танкеры за рубежом.

Президент Торгово-промышленной палаты РФ Евгений Примаков сказал по этому поводу следующее: «Проявляется явная несостоятельность предположений, что развитие российских сырьевых отраслей обеспечит в ближайшей перспективе развитие всей экономики страны. Финансовые ресурсы, накопленные в сырьевом секторе, в относительно незначительной части вкладываются в другие отрасли экономики».

Справедливость его слов подтверждают и данные агентств оборонной промышленности, свидетельствующие, что созданные в процессе конверсии мощности по производству оборудования для топливно-энергетического комплекса загружены менее чем наполовину. Например, на ФГУП «ПО “Уралтрансмаш”» мощности по выпуску 1,5 тыс. штук в год станков-качалок используются только на 25%, хотя предприятие имеет сертификат качества Американского нефтяного института (API). Более того, производство продукции падает: в 2001 году завод изготовил 963 качалки, в 2002-м — 274, в 2003 году лишь 118. ОАО «Рубцовский машиностроительный завод», традиционный партнер нефтяников и газовиков, выпускает продукцию, по своим техническим характеристикам не уступающую лучшим зарубежным аналогам, но стоящую значительно меньше. Однако объемы производства уменьшаются и здесь. В 2001 году завод изготовил 65 единиц продукции, в 2002 году — 12, в 2003-м — 7.

По информации Правительства Свердловской области, на предприятиях региона в 2003 году сокращение выпуска отдельных видов нефтегазового оборудования составило от 20% до 70%. Как считает министр промышленности, энергетики и науки Свердловской области Владимир Молчанов, «столь значительное снижение негативно влияет на экономику и решение социальных вопросов как отдельных предприятий, так и всего региона».

Причем негативные последствия этого спада отражаются не только на предприятиях нефтегазового машиностроения, но и на большой группе их поставщиков. В частности, резко уменьшилось производство дизелей и дизель-генераторов — их перестали покупать заводы, занятые изготовлением буровых установок. Выпуск дизелей на ОАО «Барнаултрансмаш» в 2001 году составлял 190 единиц, в 2002 году — 53, а в 2003-м — 44. Существенно снизилось производство конверсионной продукции на ФГУП «ПО “Полет”», являющемся поставщиком циркуляционных систем для буровых установок «Уралмашзавода».

Такая ситуация легко объяснима, если учесть, что в 2003 году все отечественные нефтяные компании потратили на геологоразведку чуть больше $1 млрд, а одна только ExxonMobil — $11 млрд. Зарубежные нефтяники отмечают хищнический подход наших компаний к недропользованию. Они считают, что сегодня в России основной лозунг — «Бурить меньше, а добывать больше».

На технологической игле

В докладе президента ТПП РФ Евгения Примакова «Об основных итогах внутри- и внешнеполитического развития» (по итогам прошлого года) говорится: «Было добыто 420 млн т нефти. Однако этот рекордный за весь постсоветский период объем был добыт в основном на месторождениях, открытых и обустроенных в советский период. Без весьма значительных капиталовложений этот источник роста резко ограничен на будущее».

В снижении объемов геолого-разведочных работ виновато и российское правительство. До 2002 года основным источником финансирования геологов были отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы (ВМСБ), за счет которых добывающие предприятия обеспечивали до 90% прироста запасов нефти и газа. Их отмена уже в 2002 году привела к существенному снижению прироста запасов, в частности по нефти почти в 1,5 раза. Отмена ВМСБ спровоцировала обвальный спад в отечественной геологоразведке. Вопреки мнению инициаторов отмены ВМСБ нефтяные компании не направляют средства на развитие отрасли.

Затраты на геологоразведку списываются на себестоимость, и потому для нефтяных компаний, все силы которых брошены на рост капитализации, а не на развитие отрасли, выгодно их снижать. Себестоимость уменьшается, прибыль растет, за счет чего в глазах инвесторов предприятие начинает выглядеть лучше. Подобная схема подходит лишь для спекулятивного инвестора, для стратегического же инвестора объемы геолого-разведочных работ имеют большое значение.

На фоне разрушения геологоразведки происходит активное вытеснение российских сервисных компаний западными конкурентами. Этому способствует политика руководства ряда нефтегазовых компаний, отказывающихся от проведения открытых тендеров при реализации проектов, что не позволяет обеспечить равноправное участие в них отечественных сервисных предприятий.

Иностранные сервисные фирмы приходят в Россию со своим оборудованием.

В результате теряют рабочие места российские специалисты, распускаются управления буровых работ, распродается и разворовывается техника. Отечественная нефтяная промышленность садится на опасную технологическую иглу: поставляя собственную технику, западные компании вынуждают закупать запчасти зарубежного производства, использовать иностранную ремонтную базу и кадры.

Кроме того, при работе зарубежных специалистов в области геофизики и геологии неизбежно происходит утечка секретной информации о российских недрах. Такая информация является закрытой во всех странах. Сведения о недрах были в СССР совершенно секретными.

Сегодня можно говорить о трех этапах проникновения иностранных сервисных компаний в российский нефтяной комплекс. Первый этап длился с начала 90-х годов до 2001—2002 годов. Тогда иностранные фирмы действовали параллельно с российскими, не занимая доминирующего положения на рынке.

Второй этап мы наблюдаем сейчас. Его начало было положено самими же российскими нефтяными компаниями, объявившими сервисные подразделения непрофильными активами и приступившими к их выводу из своей структуры. В результате значительно активизировались иностранные сервисные предприятия, которые имеют сегодня самые крупные подряды и уже скупают российских конкурентов. Участились случаи получения отечественными компаниями субподрядов от инофирм на проведение невыгодных работ. Подобной дискриминации, когда национальные сервисные предприятия ожидают подачек от иностранных операторов работ, нет ни в одной развитой стране.

Если ситуация не изменится, то наступит третий этап, когда российских сервисных компаний на рынке не будет вообще, а инофирмы станут монополистами, диктующими цены.

Услугами инофирм весьма активно пользуется «Сибнефть». В 1999 году она заключила со Schlumberger Ltd. стратегический альянс. В 2001 году ею был подписан контракт на проведение буровых работ на Сугмутском месторождении с компанией Pride Forasol на $60 млн. В 2002 году заключено соглашение с американской фирмой Halliburton о предоставлении широкого спектра сервисных услуг. В том же году подписан контракт стоимостью 30 млн евро с немецкой компанией KCA Deutag на бурение скважин и соглашение с международной сервисной компанией Baker Hughes на проведение буровых работ. Кроме того, в 2002 году Centrilift, дочерняя фирма Baker Hughes, поставила «Сибнефти» более 1 тыс. погружных насосов.

Закрытая информация

Нефтегазовый комплекс является крупным потребителем промышленной продукции, поэтому от действующей системы закупок оборудования зависит загрузка российских предприятий. Чтобы обеспечить техническое перевооружение сырьевых отраслей на основе отечественной, а не импортной промышленной продукции, необходима информация о планах такого перевооружения, оперативных потребностях нефтяных компаний, а также сведения о приобретаемой по импорту продукции. С помощью этой информации российские НИИ, КБ и заводы должны концентрировать усилия на приоритетных направлениях, разрабатывать импортозамещающую продукцию, планировать загрузку производственных мощностей.

К сожалению, руководство сырьевых компаний закрывает данную информацию под предлогом коммерческой тайны, что не дает возможности прогнозировать потребности нефтегазового комплекса в оборудовании. Это серьезно затрудняет работу предприятий оборонного комплекса, которым подобные сведения необходимы для переориентации мощностей на производство гражданской продукции. Оборонные предприятия, способные выпускать конкурентоспособную продукцию, работают фактически вслепую, что приводит к нерациональной загрузке производственных и трудовых ресурсов.

Нефтегазовое оборудование — продукция с длительным циклом изготовления. Закрытие информации о потребностях нефтяных компаний не позволяет отечественным предприятиям как следует подготовиться к тендерам, да и проводятся они крайне редко. К тому же предприятия узнают о требованиях заказчика незадолго до проведения конкурса. Все это является причиной расширения неоправданных закупок по импорту.

В России нет «плохих» и «хороших» нефтяных компаний, патриотичных и не очень. Сегодня практически все они работают в закрытом для российских производителей режиме. Причем если на сайте компании «ТНК-ВР», которой руководит иностранец Роберт Дадли, можно получить хоть какую-то информацию о закупках оборудования, то ЛУКОЙЛ, которым руководят россияне, не делает и этого.

Ряд компаний все же публикуют объявления о тендерах, но почему-то указывают в них конкретные модели иностранной продукции. Например, ОАО «ТНК-BP Менеджмент» в марте 2004 года объявило открытый тендер на поставку в Нижневартовск автомобилей, но указало, что это должны быть Toyota и Lexus. Компания подробно информировала потенциальных поставщиков об условиях подачи заявок, но несколько странным выглядит само объявление конкурса, если уже указаны марки автомобилей.

Естественная монополизация

Нефтяные компании, охотно публикуя данные по добыче и экспорту сырья, умалчивают о структуре капиталовложений. Не секрет, что импортные контракты сырьевых компаний стали одним из способов перекачки валюты за рубеж. Широкая номенклатура и различная комплектация закупаемого оборудования позволяют произвольно завышать контрактные цены. Поэтому Федеральной службе по финансовому мониторингу было бы целесообразно проанализировать крупные импортные контракты сырьевых компаний с привлечением специалистов в области нефтегазового оборудования и труб.

Согласно постановлению Правительства РФ от 13 октября 1999 года № 1158 «Об обеспечении соблюдения экономически обоснованных принципов формирования цен на продукцию (услуги) субъектов естественных монополий», субъектам естественных монополий рекомендовано осуществлять закупки продукции (услуг) для собственного потребления в соответствии с порядком, предусмотренным для размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных нужд. Однако открытый конкурс, законодательно установленный основным способом размещения заказов, практически не используется в ОАО «Газпром», АК «Транснефть», АК «Транснефтепродукт» — крупнейших потребителях промышленной продукции.

Российские естественные монополии, декларируя стремление закупать оборудование на основе открытых конкурсов, закрывают любую информацию, связанную с закупками материально-технических ресурсов. Для естественных монополий, которые контролируются государством, подобное отношение к информированию национальной промышленности является недопустимым.

В феврале 2004 года правительство одобрило Основные направления развития машиностроения в РФ, где проблемам естественных монополий уделяется особое внимание. В 2004 году планом первоочередных мероприятий по реализации документа предусмотрено «уточнение порядка проведения тендерных торгов в субъектах естественных монополий с целью их технологического перевооружения и модернизации оборудования на основе высокоэффективных технологий и конкурентоспособной машиностроительной продукции отечественных производителей».

Департамент организации взаимодействия с естественными монополиями и реализации соглашений о разделе продукции Минпромнауки РФ уже начинал эту работу. В частности, совместно с МПС России была сформирована межведомственная рабочая группа по вопросам технического перевооружения железнодорожного транспорта на базе отечественных научных и промышленных организаций. Не случайно, что в 2003 году наиболее динамично развивалось именно железнодорожное машиностроение. В декабре 2003 года соглашение о техническом перевооружении направили в ОАО «Газпром». В план Минпромнауки на 2004 год был включен пункт о подготовке такого соглашения с АК «Транснефть». Но сейчас, как известно, Минпромнауки ликвидировано, а унаследовавшее большинство его функций Минпромэнерго несколько месяцев переживало организационный период.

Естественные монополии обосновывают повышение тарифов необходимостью выполнения инвестиционных программ, в то же время подробно раскрывать свои затраты не хотят. В естественных монополиях действует затратный принцип, и, если приобретается более дорогое импортное оборудование, следовательно, появляется основание для повышения тарифов. Ситуация очень схожа с проблемой подрядных работ в СРП, когда иностранный оператор проекта заинтересован в накручивании цен на закупаемую продукцию.

Сегодня роль государства в вопросах рассмотрения инвестиционных программ естественных монополий явно недостаточна. Эти программы утверждает правительство, но компании не предоставляют информацию о своих планах, ограничиваясь лишь перечнем сооружаемых объектов. Для преодоления такого положения в январе 2004 года было принято правительственное постановление по процедуре согласования инвестиционных программ в электроэнергетике. Необходимо принятие аналогичного решения по ОАО «Газпром» и АК «Транснефть». Несовершенный механизм участия государства в рассмотрении планов технического перевооружения естественных монополий, их закрытость для российских производителей, слабая координация разработки и производства импортозамещающего оборудования лишают заказов отечественные предприятия.

Уроки выживания

В условиях снижения объема закупок на внутреннем рынке многим предприятиям нефтегазового машиностроения удается сохранять рабочие места за счет расширения экспорта. Например, ОАО «Уралмашзавод» выполняет крупный заказ на изготовление буровых установок для Сирии. Но, к сожалению, нередко предприятия не могут выполнить экспортные контракты из-за отсутствия необходимых финансовых ресурсов. Поэтому в государственном бюджете 2004 года запланировано выделение более $500 млн для поддержки промышленного экспорта, и необходимо активное участие в этой работе производителей нефтегазового оборудования.

Важнейшим резервом роста промышленного экспорта является экспансия российских компаний на внешние рынки. Во времена Советского Союза внешнеэкономические объединения проводили за рубежом буровые работы, занимались нефтедобычей и, естественно, использовали советское оборудование, за счет чего расширялся экспорт оборудования в страны Ближнего Востока и Северной Африки.

Сегодня российские нефтяные компании недостаточно активно участвуют в зарубежных проектах, хотя имеют для этого все возможности. Нефтяных олигархов больше интересует поглощение малых нефтедобывающих предприятий. Председатель Союза нефтегазопромышленников России Юрий Шафраник считает, что «идет пожирание внутри России самих себя», и рекомендует вертикально-интегрированным компаниям направить усилия не на поглощение независимых нефтедобытчиков, а на зарубежные проекты. Освещая проблему Ирака, куда Россия поставляла большое количество промышленной продукции, и в частности крупного проекта «Курна-2», он сказал: «Не ЛУКОЙЛ, а страна не имеет права терять Курну».

Положительную роль в вопросах поддержки российского промышленного экспорта, в том числе нефтегазового оборудования, может сыграть объединение трех крупнейших экспортеров машиностроительной продукции: ОАО «Силовые машины», ОАО «ОМЗ» и ЗАО «Атомстройэкспорт». Это создаст хорошие предпосылки для расширения продаж российского нефтегазового оборудования в тех странах, куда «Силовые машины» и «Атомстройэкспорт» ранее поставляли лишь продукцию энергетического и атомного машиностроения. Новая крупная компания способна также обеспечить увеличение продаж бурового оборудования на внутреннем рынке.

Следует отметить, что снижение объемов производства промышленной продукции для нефтегазового комплекса затронуло в основном машиностроителей. На работу предприятий трубной отрасли оно повлияло в меньшей степени, поэтому наблюдается тенденция объединения машиностроительных заводов с более успешными игроками на нефтегазовом рынке. Например, Орский завод, производитель буровых замков, объединяется с ОАО «Тагмет» в составе холдинга «Трубная металлургическая компания», что расширяет возможности машиностроительного завода. На рынке бурового оборудования появилась новая инвестиционная компания «Ридженси груп», которая в феврале 2004 года в дополнение к уже имеющимся приобрела 38% акций ОАО «Кунгурский машиностроительный завод». В результате компания владеет 92% акций ведущего российского производителя мобильных буровых установок. Генеральный директор «Ридженси груп» Иван Ли ранее возглавлял Трубную металлургическую компанию.

Необходимые меры

Важнейшим инвестиционным источником для российских промышленных предприятий являются соглашения о разделе продукции (СРП). Объемы подрядных работ по таким проектам исчисляются десятками миллиардов долларов. Однако здесь тоже есть ряд серьезных проблем. Необходимо решать задачи преодоления информационной закрытости иностранных операторов проектов, координировать разработку и производство импортозамещающей промышленной продукции, участвовать в подготовке тендеров на проведение подрядных работ, осуществлять комплекс мероприятий по гармонизации российских и мировых стандартов.

Решение данных проблем невозможно без тесного взаимодействия Минэкономразвития с Минпромэнерго, Министерством образования и науки и рядом других ведомств.

Эффективный способ обеспечения участия отечественных предприятий в проектах по СРП — включение компетентных российских специалистов в наблюдательные структуры, организуемые при каждом проекте. Так, в 2001 году уровень российского участия в проекте «Сахалин-2» не превышал 25%, а после того как в 2002 году представитель Минпромнауки был введен в совместный комитет по данному проекту, он стал больше 50%.

Одной из причин продолжающейся интервенции импортного оборудования в отечественный нефтегазовый комплекс является политика «выкручивания рук», когда иностранные операторы выдвигают надуманные требования, только чтобы не допустить российских производителей к подрядным работам. Например, при изготовлении оборудования для работы в России отечественные предприятия заставляют ориентироваться на зарубежную (в первую очередь американскую) нормативную документацию, что требует реформирования системы стандартизации и сертификации в Российской Федерации.

Уже больше года действует федеральный закон «О техническом регулировании». Однако в этом документе, наряду с безусловно важными в части интеграции, содержатся положения, которые не позволяют приступить к его реализации. В частности, закон противоречит более чем 30 федеральным законодательным актам. Не определены структуры, ответственные за этапы его реализации. До настоящего времени не сформирован перечень первоочередных специальных технических регламентов в нефтегазовой сфере. Существует несколько вариантов таких регламентов, подготовленных разными структурами, некоторые из них носят очевидный протекционистский характер и не выдерживают критики. Никто не занимается блоком национальных стандартов. При выполнении основных этапов решения задачи технического регулирования необходима координация усилий различных ведомств, организаций и специалистов в данной области. Все это тормозит процесс повышения конкурентоспособности отечественной нефтегазовой техники.

Задача развития промышленности на основе инвестиционного потенциала сырьевых отраслей требует внесения изменений в процедуру лицензирования. При выдаче или продлении лицензий на недропользование надо учитывать обязательства компаний по использованию возможностей отечественной промышленности. Те из них, которые докажут, что при разработке месторождений они будут привлекать российских подрядчиков, применять отечественную технику и технологии, должны получать преимущество перед другими претендентами. Необходимо усовершенствовать российское законодательство о недропользовании с учетом интересов обрабатывающих отраслей.

Ключ к решению многих проблем, которые нужно преодолеть производителям и потребителям нефтегазового оборудования, лежит в законодательной сфере. В прежнем составе Государственной думы было немало представителей крупного сырьевого капитала. Им удавалось блокировать все решения, направленные на повышение налогообложения нефтяных компаний. Выступая 24 декабря 2003 года на заседании правления Торгово-промышленной палаты РФ, Владимир Путин отметил сильное влияние нефтяных лоббистов в Государственной думе третьего созыва и охарактеризовал их деятельность по отклонению законопроекта по повышению экспортных пошлин на нефть следующей фразой: «Чуть ли не по залу ходили и раздавали» (взятки. — Авт.).

У нынешней Государственной думы есть все возможности в короткие сроки рассмотреть и принять необходимые законы. Однако проблемы потребителей и производителей нефтегазового оборудования нельзя рассматривать отдельно от общих задач развития российской промышленности. Государство должно разработать и осуществить ясную программу промышленной политики, которая, естественно, обязана предусматривать использование инвестиционного потенциала сырьевых отраслей для развития высокотехнологичного промышленного комплекса.

Автор — президент Союза производителей нефтегазового оборудования