Опасные расходы


Текст | Кира РЕМНЕВА

Стабилизационный фонд организовывался в целях борьбы с обесцениванием денег. Сейчас он провоцирует новый виток инфляции.

По прогнозам экономистов, к концу следующего года стабилизационный фонд может увеличиться до 900 млрд руб. Как использовать образовавшиеся излишки, на что потратить и стоит ли тратить вообще? Министерство финансов представило свои планы.

Идея создания фонда принадлежала советнику президента Андрею Илларионову. Согласно принятому законодательству, средства фонда можно тратить лишь после того, как их объем превысит 500 млрд руб. Сегодня, по достижении заветной отметки, разгорелась дискуссия о том, как ими распорядиться. По прогнозам Минфина, если цены на нефть останутся на нынешнем уровне, фонд будет увеличиваться и в грядущем году.

Из чего складывается стабилизационный фонд? Первоначально Министерство финансов перечислило в него 106 млрд руб из остатков федерального бюджета прошлого года. В 2004-м фонд прирастает конъюнктурой цен на нефть: это налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) и часть экспортной пошлины на нефть. Ответ на вопрос: «Какая именно часть экспортной пошлины будет поступать в фонд?» — зависит от так называемой цены отсечения, сегодня она составляет $20 за баррель при рекордной мировой цене на нефть, превышающей $50. Соответственно чем дороже нефть, тем больших поступлений в фонд следует ожидать.

Как пополнить

Согласно предложениям Минфина, цену отсечения можно поднять до $21 за баррель. Это, по словам чиновников, позволит высвободить порядка 50 млрд руб. к 2006 году. Рост цены до $21,5 за баррель приведет к высвобождению уже 70 млрд руб.

Андрей Илларионов не берется делать прогнозы на будущее. «Предугадать динамику изменения цен на нефть крайне сложно, необходимо учитывать все показатели начиная с 70-х годов. Поэтому нельзя предсказывать и экономические границы, — говорит он. — Я думаю, что предел цены отсечения нужно менять как можно реже».

Некоторые эксперты предлагают не замыкаться исключительно на нефти, использовать и другие имеющиеся у нас ресурсы. «Почему-то мы учитываем только нефть и забываем, например, про газ. Мне кажется, что этот вопрос вполне можно обсуждать», — считает председатель Комитета Госдумы по кредитным организациям и финансовым рынкам Владислав Резник.

В ближайшие несколько лет неснижаемый остаток фонда по-прежнему будет привязан к сумме 500 млрд руб, что сегодня составляет порядка 3% ВВП. Однако в будущем по предложению Минфина правила игры, скорее всего, изменятся. «Начиная с 2008 года при определении неснижаемого остатка фонда предполагается исходить не из конкретной суммы, как сейчас, а из объема ВВП», — высказывает свое мнение директор Департамента финансовой политики Минфина Алексей Саватюгин. По мнению экспертов, оптимальный размер стабфонда — от 3,1% до 4,5% ВВП.

В этом случае, согласно подсчетам, при внезапном нефтяном шоке (при цене $15 за баррель) государство сможет рассчитаться по своим расходным обязательствам в течение трех лет.

Привязка размера фонда к доли ВВП — необходимое условие его функционирования. Ведь если при ожидаемом росте ВВП объем стабфонда по-прежнему будет увязан с конкретной суммой, фонд уже не сможет быть той самой «подушкой безопасности», которая поможет государству выполнить обязательства в случае изменения ситуации на нефтяном рынке. Кроме того, наличие стабфонда позволяет «стерилизовать» денежную массу и тем самым сдерживать инфляцию: избыток денежных средств уйдет в копилку. Он же предупреждает структурное разбалансирование экономики, удерживает от влечения к «нефтяной игле».

«Надо все же отдавать себе отчет в том, что стабилизационный фонд в его нынешнем виде смехотворно мал. Да, сегодня можно говорить о макроэкономической стабильности, однако опасно думать, что доходы бюджета в будущем останутся на столь же высоком уровне», — говорит президент «Северстальгрупп» Алексей Мордашов.

Впрочем, ситуация с фондом выглядит оптимистично лишь в теории. На деле же не исключено движение с точностью до наоборот. Не случайно уже сегодня многим вспоминаются незабываемые слова Виктора Черномырдина: «Хотели как лучше, а вышло как всегда».

Как потратить

Действительно, большинство экспертов считает, что держать деньги мертвым грузом невыгодно хотя бы потому, что снижается их покупательная способность. В постановлении Правительства РФ от 30 сентября этого года четко оговаривается, где конкретно могут быть размещены средства стабфонда. Управлять им будет Центральный банк РФ по поручению Министерства финансов.

Вопрос в том, что делать с суммой, превышающей неснижаемый остаток в 500 млрд руб.? Минфин предлагает три варианта. Первый — это направление средств на текущие расходы. Такие, например, как покрытие дефицита Пенсионного фонда (который сейчас, напомним, составляет более 74 млрд руб.), повышение заработной платы и т. п. «Подобное использование средств неизбежно приведет к росту инфляции и повышению цен. Так что пускать деньги на непроцентные расходы категорически нельзя», — считает Андрей Илларионов.

Кроме того, деньги могут пойти на финансирование реформ или на всевозможные инвестиционные проекты. «Мы получили множество предложений от различных министерств и ведомств с просьбой оказать финансовую поддержку, — рассказывает Алексей Саватюгин, — однако ни одного сколько-нибудь конкретного бизнес-плана ни у кого нет. Фактически все полученные нами предложения сводятся к банальному требованию денег».

По словам чиновников из Минфина, средства будут выделяться в соответствии с бизнес-подходом: сумейте заинтересовать инвестора. То есть вопрос о предоставлении средств по-прежнему остается открытым.

Нельзя исключать, что их получат наиболее ловкие и настойчивые претенденты. «Мне кажется, что проблемы с инвестиционными проектами сегодня вообще не существует, — говорит Андрей Илларионов. — Если вы хотите строить трубопровод или аэропорты, не надо трясти стабфонд. Отдайте заказ на откуп частным компаниям, и, я вас уверяю, желающие будут выстраиваться в очередь».

По мнению Андрея Илларионова, единственная возможность не спровоцировать рост инфляции — потратить излишки фонда за пределами национальных границ.

В связи с этим третьим и самым перспективным направлением видится обслуживание внешнего долга России. Оно же считается приоритетным и в предложениях Минфина. «Мы вышли с инициативой по досрочному погашению нашего долга перед Парижским клубом, его процентная ставка составляет 7% годовых. Что является наиболее дорогой частью нашего внешнего долга, — объясняет Алексей Саватюгин. — За счет экономии на процентах уже через два года можно получить $2 млрд».

Как бы то ни было, соблазнительнее всего выглядит самый, казалось бы, проигрышный вариант. В результате очевидных макроэкономических просчетов правительства по пенсионной реформе дефицит Пенсионного фонда, судя по всему, скоро увеличится. «Как только дефицит достигнет 1% ВВП, он либо полностью “съест” профицит бюджета, либо нам придется урезать непроцентные расходы», — считает руководитель Департамента макроэкономического прогнозирования Минфина Алексей Клепач.

Похоже, что в ближайшее время основным вопросом будет не куда деть излишки, а как сохранить хотя бы неснижаемый остаток в 500 млрд руб.