Ключи от черного ящика


Иван АНДРИЕВСКИЙ

На повестке дня остро стоит проблема оценки эффективности деятельности генеральных директоров и управляемых ими предприятий за отчетный год. И пока что она не имеет оптимального решения. Общее собрание акционеров подходит к ней с разных сторон: изучает годовой баланс, отчет о прибылях и убытках, отчеты аудитора, исполнительного руководства и ревизионной комиссии. Но ряд насущных вопросов: что изменилось на предприятии за год, какова точная цифра, отражающая суть данного процесса, — остаются без ясного и однозначного ответа из-за недостатков каждого из названных мероприятий.

Приведем некоторые аргументы, подтверждающие эту мысль.

Аргумент первый: баланс представлен в агрегированном виде. За общей цифрой баланса не просматривается ни состояние активов, разнящихся по номенклатуре, ценности для бизнеса и фактической стоимости, ни их текущая рыночная цена. Ни даже то, что один, дорогостоящий, актив выбыл, а его место занял другой, равный по признаку бухгалтерского учета, но не имеющий реальной рыночной стоимости. Например, акции крупного предприятия заменены векселями компании-однодневки. Или взять хотя бы случай, когда после дополнительной эмиссии пакет акций из блокирующего превратился в неблокирующий. Его стоимость резко упала, но это нигде не отражено: он как стоял на балансе, так и стоит, и якобы означает те же деньги. Естественно, если цена пакета исчисляется сотнями миллионов долларов, потери окажутся существенными. Можно было бы назвать еще около двух десятков параметров, подрывающих достоверность балансовых данных. В этом смысле даже переход на МСФО не решит всех вопросов.

Аргумент второй: отчет о прибылях и убытках говорит о доходах, но умалчивает о том, каким образом они получены. Скажем, за счет продажи важной для бизнеса недвижимости обеспечен текущий денежный доход, что формально привело к появлению прибыли. Однако на самом деле ситуация ухудшилась, так как выбыл актив, который обеспечивал ведение основных бизнес-процессов.

Или, например, доход вообще существует только на бумаге и носит чисто бухгалтерский характер: купили здание за $2 млн, продали за $2,5 млн, значит, доход равен $500 тыс. В то же время рыночная стоимость здания с момента его приобретения изменилась, на день продажи она составила $4 млн, и, следовательно, фактически предприятие оказалось в убытке. То есть в отчете о прибылях и убытках нет определения качества и сути финансовых процессов.

Аргумент третий: аудитор, как правило, подтверждает общую отчетность в ее вводной и итоговой частях. Его выводы говорят владельцу бизнеса лишь о правильности бухгалтерского оформления деятельности организации, существенных же и полезных для акционеров сведений они не содержат. Причем такая «правильность» может пойти даже во вред акционерам, что обычно и происходит, если исполнительное руководство имеет неверную мотивацию.

И, наконец, четвертый аргумент: отчет исполнительного руководства представляет наибольший интерес с точки зрения актуальности информации, но он не является независимым. Обычно собранию акционеров информация преподносится в приукрашенном виде.

Заметим также, что годовой баланс, отчеты о прибылях и убытках, отчет аудитора и исполнительного руководства не дают единого показателя, выраженного в денежной форме и наглядно демонстрирующего, что же произошло с предприятием в целом, то есть некоего единого знаменателя.

Как же получить объемный вывод о результатах работы фирмы, холдинга, группы компаний? Предлагается новый подход к решению проблемы. Он заключается в проведении процедуры оценки стоимости бизнеса на начало и конец отчетного периода. Разница между этими двумя цифрами и даст единый интегрированный показатель деятельности компании за год, выраженный в денежной форме.

Приведем аргументы «за».

1. При определении стоимости бизнеса прорабатываются все существенные активы, причем оцениваются они по рыночной стоимости. Изменения в активах будут тут же обнаружены, их оценят и по текущим рыночным ценам, и с точки зрения пригодности для получения прибыли в данном бизнесе, что найдет свое отражение в итоговой стоимости.

2. Самым тщательным образом рассматривается входящий денежный поток, взвешенная оценка дается каждой его составляющей.

3. Изучаются баланс предприятия, отчет о прибылях и убытках, организационная структура, бизнес-процессы, степень конкурентоспособности. Проводится маркетинг продукции и услуг, реализуемых предприятием. Результаты этого исследования включаются в итоговый документ с определенным весовым коэффициентом. Он станет обобщенным показателем, оценивающим все существенные экономические стороны деятельности предприятия.

Данный показатель имеет численную форму и выражен в рублях. Например, стоимость бизнеса некой ГЭС А на 01. 01. 2003 составляла $260 млн, а на конец года — $268 млн. Вывод очевиден: в течение года предприятие действовало эффективно, акционеры разбогатели на $8 млн, и им остается только решить, много это или мало. Или, наоборот, на конец года стоимость бизнеса ГЭС А составила $252 млн. Следовательно, акционеры потеряли $8 млн, и им предстоит определить, допустимо это или нет и не лучше ли при таких условиях продать бизнес. Безусловно, показатель стоимости бизнеса с включенной разницей результатов на начало и конец года дает больше информации, чем просто показатель прибылей или убытков.

Кроме того, в таком виде очень удобно ставить исполнительному руководству задачи на следующий финансовый год. Например, довести стоимость бизнеса к следующему отчетному году до $290 млн.

Данный подход к оценке эффективности деятельности организации за год мы назвали дуплексной оценкой стоимости бизнеса, а разницу между результатом на начало и конец отчетного периода — дуплексной дельтой. Организационный способ применения этого метода видится следующим. На общем собрании путем голосования акционеры выбирают официального оценщика, точно так же, как сейчас выбирают официального аудитора общества. С ним заключают договор, где, в частности, определена цена его услуг. Отчеты официального оценщика накапливают. От оценки к оценке (один год — два отчета, два года — три, три года — четыре отчета) будет шлифоваться качество результата, которое за три года, по нашим расчетам, приблизится к идеальному с погрешностью не более ± 7%.

Таким образом, всего за три года мы получим четыре объективных показателя деятельности предприятия, что позволит сравнить результат работы компании с результатами конкурентов, сопоставить его с инфляционным процессом, экономическими спадами и подъемами в стране, регионе, отрасли. Четыре объективные цифры — это уже основа для серьезных выводов, источник данных для построения наглядного графика, принятия взвешенных решений.

Очевидно, что такая информация исключительно полезна для банка, инвесторов и, уж конечно, для акционеров. Введение подобной процедуры предоставляет широкие возможности в ряде важных вопросов, в частности:

  • делает реальным публичный рейтинг предприятий, что, в свою очередь, должно привлечь инвесторов;
  • облегчает кредитную работу с банками;
  • повышает вероятность прозрачности сделок с капиталом и имуществом, а значит, защищает акционеров;
  • помогает бороться с коррупцией, поскольку исключает возможность занижения цены сделки с активами, в особенности с акциями предприятий.

    Если этот процесс установить законодательно, аналогично выбору официального аудитора, а его результаты сделать публичными, то уже через два года обществу будет известна стоимость более 30 тыс. предприятий России, составляющих основу ее экономического развития. Дуплексная дельта возьмет на себя функцию индикатора экономического здоровья страны и ее инвестиционного климата.

    Кроме того, данные о возможности удвоения ВВП России окажутся очевиднее и достовернее, поскольку конкретные цифры совокупной стоимости бизнеса и тренд дуплексной дельты заменят общие рассуждения. Нам станет понятнее, на что может рассчитывать страна. Б

    Автор — главный управляющий партнер независимой консалтинговой группы «2К Аудит — Деловые консультации», кандидат экономических наук