ПО КОМ ЗВОНИТ КОЛОКОЛЬЧИК


Владимир ГОРЮНОВ

В последнее время отечественная банковская система, на взгляд стороннего наблюдателя, развивалась вполне благополучно. Ни банкротств, ни громких корпоративных скандалов. На этом фоне отзыв лицензии у Содбизнесбанка и самоликвидация банка «Кредиттраст» стали громом среди ясного неба. Все начали гадать, получит ли этот процесс продолжение?
Между тем ничего неожиданного не произошло. О том, что Содбизнесбанк занимался «неправильным бизнесом», в банковской сфере было давно известно. И потому по возможности с ним старались не заключать серьезных договоров: шлейф слухов об «отмывочных» делах тянулся за банком постоянно. Однако ЦБ почему-то не желал замечать очевидного — даже тогда, когда банк начал активно привлекать средства населения. Понадобилось вмешательство Федеральной службы по финансовому мониторингу, чтобы уличить Содбизнесбанк в связях с не самой законопослушной частью общества.

Отзыв лицензии сильно встревожил банковское сообщество. Реакция была мгновенной: едва ли не на следующий день от разных его представителей поступило необычное предложение — помочь пострадавшим вкладчикам. Некоторые граждане даже подумали, что банки примут бремя выплат на себя. Однако вскоре последовало разъяснение: речь идет об организационной и юридической помощи пострадавшим. В чем она выразится, неизвестно до сих пор.

Зато известны адресаты этой акции — население и Центральный банк России. Населению таким образом объяснили, что банки осуждают нечистоплотных коллег, отзыв лицензий не станет массовым и нет причин волноваться за свои вклады. ЦБ же они продемонстрировали законопослушность и то, что в этой печальной истории они на стороне регулятора.

КТО КОМУ ЗАБЬЕТ ГОЛ?

Как за футбольным чемпионатом, вся страна следит за схваткой вкладчиков с Содбизнесбанком. Ситуация складывается весьма неоднозначная. Если суд запустит процедуру ликвидации банка, то деньги люди смогут получить в течение двух-трех месяцев (конечно, при наличии средств). В случае же банкротства физическим лицам выдадут до двух третей от суммы вклада спустя 70 дней после судебного постановления. Остальное — после завершения процесса банкротства (а он может затянуться более чем на год). Опять же, разумеется, при наличии денег.

Долг банка вкладчикам составляет 2,3 млрд руб., тогда как на счетах ЦБ размещено лишь 400 млн руб., принадлежащих Содбизнесбанку. Выверка ликвидных активов еще не завершена.

В первые дни после отзыва лицензии «горячая» линия ежедневно принимала до 350 звонков, а число желающих дозвониться переваливало за 1 тыс. При этом 95% звонков поступило от вкладчиков банка. Большинство из них спрашивали: почему при столь кричащем разрыве в балансе ЦБ так поздно принял решение об отзыве лицензии?

ПРИНЦИП ДОМИНО

Стремление Центробанка представить разразившийся кризис лишь локальным эпизодом по-человечески очень понятно. На самом же деле потенциал кризиса достаточно велик. Если бы, например, с дистанции сошли сразу несколько банков, то это, согласно принципу домино, могло бы серьезно потрясти всю банковскую систему.

Не секрет, что в Москве едва ли не половина банков занимаются разного рода сомнительными операциями. Так, после 1998 года для некоторых кредитных организаций обналичивание денег стало важным источником доходов. Подобная деятельность создает сложности с точки зрения юридической устойчивости: если ЦБ начнет настоящую «зачистку», то для многих из них настанет судный день. Ведь уже сейчас можно назвать с десяток банков, о которых хорошо известно, что за бизнес они ведут.

Есть и «черные списки» ненадежных партнеров, занимающихся сомнительными операциями. Такие списки способны сильно влиять на ситуацию на межбанковском рынке. Когда обострилась ситуация вокруг Содбизнесбанка и «Кредиттраста», в течение последующих нескольких дней «межбанк» внезапно словно растворился. И многие оказались в непростой ситуации.

В первую очередь это относится к банкам так называемых второго и третьего эшелонов: у них возникли проблемы с ликвидностью. А если учесть, что ЦБ почти не практикует рефинансирование, то сложная ситуация могла легко превратиться к критическую. Нельзя забывать простую истину: любой большой кризис начинается с мелких неприятностей. И потому, затевая то или иное предприятие, всегда следует подумать о его негативных последствиях и по возможности создать условия для их блокирования или хотя бы локализации. Однако наш ЦБ, похоже, так далеко не заглядывает.

Произошедшее заставило вспомнить о том, что реальная, а не декларируемая банковская система остается и слабой, и криминализированной. Страх в одночасье потерять деньги по-прежнему сидит в народном подсознании. Не случайно, как только у Содбизнесбанка была отозвана лицензия, люди устремились за своими вкладами в связанный с ним «Кредиттраст». Что и привело к потере ликвидности последнего и решению о самоликвидации.

У обычных вкладчиков и предпринимателей, конечно, нет возможности опереться на мощные системные аналитические службы, которыми располагают олигархические структуры. Но и они способны распознать сомнительные банки. Для этого достаточно следить за ежемесячными балансами. Если, к примеру, ежедневные кассовые обороты банка многократно превышают остатки по кассе, то, вероятно, как раз в этом случае имеет место обналичивание денег.

Серьезных профилактических мер по ограничению подобных операций ЦБ не проводит, несмотря на все разговоры об ужесточении надзора. Но понятно, что дело здесь не только в попустительстве Банка России, а в нашем налоговом законодательстве, которое толкает бизнес на такого рода деловые схемы, в нездоровой макросреде.

КУДА СМОТРИТ НАДЗОР

События вокруг Содбизнесбанка и «Кредиттраста» вновь привлекли внимание к проблеме банковского надзора, вернее, уровня его качества. По исследованиям Всемирного банка, высокая эффективность надзорной деятельности в финансовом секторе возможна только в том случае, если есть надлежащее законодательство и открытость, предсказуемость в развитии ситуации, если существует свободная пресса. Но ни одно из этих условий в полном объеме в России не выполняется.

Более того, события показали, что, несмотря на все свои угрожающие заявления, и ЦБ в ряде случаев оказывается бессильным. Так, выяснилось, что он иногда не знает подлинных владельцев банка-штрафника. Ответственный за надзорные функции первый зампред Банка России Андрей Козлов признает, что возможностей для того, чтобы определить бенефициариев, у ЦБ недостаточно, а потому нередко приходится пользоваться слухами. Те же компании, которые числятся номинальными собственниками Содбизнесбанка, согласно данным расследования, ими не являются. Иными словами, как это у нас частенько бывает, вина есть, а виновников нет.

Рынку, конечно же, известно, кто контролировал бизнес Содбизнесбанка, но официально предъявить претензии практически некому. Стоит ли говорить о том, что таким образом формируются благоприятные условия для различных сомнительных и откровенно криминальных операций.

Не случайно многие полагают, что вопрос о раскрытии имен бенефициариев в ближайшее время может превратиться в один из самых острых. Более того, по нему намечается раскол в банковской среде. Президент Ассоциации российских банков Гарегин Тосунян полагает, что в нынешней ситуации требование раскрыть имена конечных собственников способно привести к замедлению капитализации банков. От прошлого нам досталась пирамидальная структура собственности, а потому в этом вопросе нужно искать компромиссные решения и идти к обнародованию подлинных фамилий владельцев капиталов постепенно.

С такой позицией не согласен Андрей Козлов. ЦБ будет требовать гласности относительно всех колен собственников, сколько бы их ни было. А потому первый зампред ЦБ советует, не откладывая дело в долгий ящик, сокращать эту цепочку. Если в 90-х годах люди скрывали свои богатства, то теперь пришли другие времена, и нет смысла продолжать ту же практику.

Однако здесь есть одна проблема, на которую указывают сами банкиры. ЦБ завышает требования к финансовому состоянию акционеров. И многие российские компании по этому показателю не вписываются в норматив Центробанка. Вот и приходится изобретать замысловатые схемы для того, чтобы обойти ограничения.

Однако наиболее скандальное во всей этой истории то, что, как теперь выяснилось, любой коммерческий банк может в течение длительного времени не допускать в свою святая святых представителей ЦБ и временной администрации. Вспоминая о безуспешных попытках проникнуть в Содбизнесбанк, Козлов выглядел смущенным и подавленным.

Произошедшее в очередной раз продемонстрировало необходимость серьезного совершенствования законодательства, считает руководитель Агентства по страхованию вкладов Александр Турбанов. Еще в 1998 году стало ясно, что ответственность за противодействие надзорному органу в нашей стране крайне незначительна. Сначала от безвластия страдают кредиторы, а потом от недоверия самих же кредиторов и банковский бизнес.

Кодекс об административных правонарушениях в качестве наказания за воспрепятствование деятельности временной администрации предусматривает штраф в размере до 3 тыс. руб. На фоне миллиардов рублей, выводимых из банка за время противодействия, эта сумма выглядит смехотворной. Практика показывает, что без реальной ответственности порядка в банковской системе не будет.

Очевидно, в ближайшее время начнут разрабатываться поправки в Уголовный кодекс. Причем наказание за сопротивление, оказываемое Банку России в процессе разбирательства, должно быть тем суровее, чем сильнее это сопротивление. С таким мнением согласен и Андрей Козлов, заявивший, что ЦБ уже готовит пакет законодательных инициатив. Если их удастся провести, любое сопротивление менеджеров банков станет контролерам Центробанка нипочем.

Одни трактуют нынешние события как досадное недоразумение на фоне общего позитивного периода развития банковской системы. Другие — как проявление ее фундаментальной ненадежности. В любом случае и самим банкирам, и нашим экономическим властям есть над чем поработать, чтобы исключить неожиданные отзывы лицензий Центробанком и непредсказуемые последствия отзыва лицензий для финансового рынка.

Что, на ваш взгляд, стоит за историей с отзывом лицензий у банков?

Сергей Иванов, генеральный директор ООО «Связь-Электро-Плюс» (Санкт-Петербург):

— Видимо, кого-то не устраивало то, что банки, оказавшиеся в опале, были лидерами финансового рынка. А после отзыва лицензий произошло логичное, понятное и естественное перераспределение мест в рейтинге банков. Если и оно не устроит, думаю, процесс отзыва лицензий может продолжиться.

Вячеслав Захаров, главный представитель компании Mammoet в России, генеральный директор компании «Соймерстил» (Москва):

— Отзыв лицензий у банков — очередное напоминание, что все мы находимся «под колпаком» у властных структур. И никто в таких условиях не застрахован от того, что может оказаться следующим в списке опальных компаний.

Наталья Канишевская, директор адвокатского бюро «Канишевская и партнеры» (Москва):

— Ситуация со всей очевидностью свидетельствует об усилении контроля за хозяйствующими субъектами, прежде всего в столь ответственной сфере бизнеса, как банковское дело. Если последние, достаточно громкие события стали исключительно следствием добросовестного исполнения своих обязанностей государственными органами, а не «заказом» (прошу извинить за это, к сожалению, набившее оскомину выражение), то и воспринимать их нужно как нормальное явление в рыночных отношениях.

Наталья Соколова, генеральный директор ООО «Шторм» (Москва):

— К сожалению, мы никогда не узнаем, что же в действительности стоит за отзывом лицензий у банков. Банковская сфера — достаточно закрытый вид бизнеса. А те сведения, которые появляются в прессе, предоставляются самими же банками. И потому трудно как-то прокомментировать эту историю из-за отсутствия объективной информации.

Сергей Переладов, генеральный директор МУП «Городские тепловые сети» (Сургут):

— Я затрудняюсь сказать, что конкретно стоит за историей с Содбизнесбанком и «Кредиттрастом» — отмывание денег или же что-то другое. В СМИ так много противоречивой информации, что невозможно выявить истину. Но в том, что во всей этой истории есть положительный аспект, я не сомневаюсь. Сейчас в России развелось столько банков, что рядовому потребителю очень трудно определить, кому верить, а кому нет. Количество финансовых организаций, на мой взгляд, нужно сократить как минимум на треть. Конечно, не путем необоснованного отзыва лицензий и запрета на финансовую деятельность, а после тщательных проверок, анализа работы, выявления нарушений (если они есть) и закрытия в случае неисполнения предписаний.

Августа Шумакова, вице-президент по финансовым вопросам ассоциации «Кубаньнефтегазстрой» (Краснодар):

— Думаю, этому есть несколько объяснений. Во-первых, не имея поддержки правительства, предприятия вынуждены обращаться за помощью к финансовым организациям. Кредиты выплатить удается далеко не всегда. В итоге компаниям приходится объявлять себя банкротами, имея задолженность перед банками. Тем самым они ставят их под удар, нарушая их экономическое равновесие, что могло произойти и в случае с Содбизнесбанком и «Кредиттрастом».

Во-вторых, возможно, банки просто не выдержали конкуренции в своей отрасли и объявили о прекращении деятельности. Ну и, наконец, есть вероятность, что здесь имело место нарушение российского законодательства. В общем-то, это и является официальной версией.

Людмила Орлова, генеральный директор ЗАО «Евротехника» (Самара):

— Банковская система давно нуждалась в реформе. Такого количества «бестолковых» (не имеющих возможности давать кредиты на развитие производственной сферы) банков нет ни в одной стране. Реформа важна для укрупнения финансовых организаций, переориентации их на развитие производства и сельского хозяйства. Сегодня банки дают кредиты под такие большие проценты и залоги, что развивать производство становится невозможным. Реформа давно назрела. Я бы даже сказала, что ее слишком поздно проводят. И если отзыв лицензий у некоторых российских банков связан именно с этим, я только «за».