ЧИТАЯ ПУТИНА

ТЕМА ПЕРВАЯ, СОЦИАЛЬНАЯ

«Реальные доходы населения увеличились в полтора раза. На одну треть увеличилось количество граждан с доходом меньше прожиточного минимума».

Наталья Тихонова, заместитель директора Института комплексных социальных исследований РАН, доктор социологических наук:

— По расчетам социологов, грань между людьми малообеспеченными и бедными сегодня пролегает в районе 1,5 тыс. руб. ежемесячного среднедушевого дохода. Семья считается малообеспеченной, если дважды в неделю не может купить недорогой колбасы и даже по праздникам не в состоянии принять гостей. А при реальной нищете не хватает даже на макароны и картошку и не на что купить мыла. Бедность бывает ситуационная (менее года) и хроническая. Хронически бедных людей в нашем обществе около 5%.

В данную категорию попадают и вполне трудоспособные граждане, которым еще далеко до пенсионного возраста, с особым, ригидным типом психики. Они оказались не способны быстро перестроиться, когда рушился их привычный мир. Зачастую это жертвы развала ВПК. Сейчас они сидят дома, поскольку смена профессии для них неприемлема: у этих людей собственные представления о статусе и жизненных ценностях. Они не могут не страдать от своей несостоятельности и вынужденного иждивенчества. Им нужна психологическая помощь, тренинги, обычные для стран Запада и редкие в России. Это, думается, важный вопрос социальной политики.

Но все же к самому краю у нас подходят нечасто. Социологи отметили огромное количество межсемейных (в крупных городах) и соседских (в провинции) дружеских связей. Небезучастное отношение друг к другу, к счастью, пока остается общенациональной чертой.

«Больше половины выпускников вузов не находят работу по специальности. По сравнению с советским периодом почти утроился прием в вузы — только вдумайтесь в эту цифру — и число поступающих в них фактически сравнялось с количеством выпускников средних школ. А кому это надо?»

Виктор Садовничий, ректор Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова:

— Я не могу назвать ни одного коммерческого вуза, где учили бы физике, химии, биологии, классической филологии. Учат праву, бизнесу, управлению. Менеджеров подготовлено больше, чем конструкторов, инженеров, технологов. Может быть, поэтому в нашей стране стали плохо включать электричество, зато знают, как его отключать. Еще десять лет назад около половины кандидатских диссертаций защищалось по техническим наукам, сейчас — от силы 20%. Вряд ли это способствует укреплению позиций России в мире высоких технологий.

Образование теперь все чаще рассматривают как сферу услуг. Серьезная наука становится вещью излишней. Но то, что служит на потребу дня, быстро и уходит. Остаются научные законы и принципы. Кто ответит на вопрос, почем всемирный закон тяготения? Или что такое астрономия рыночная и не рыночная?

Концепции обучения могут быть разными. Самая верная из них, на мой взгляд, принадлежит академику Колмогорову. Всего лишь один прочитанный им курс изменил философию преподавания математики. До него математику изучали в трехмерном пространстве, то есть в том, в котором мы живем. А Колмогоров предложил пространство бесконечное.

«Одна из самых серьезных проблем — это недоступность качественного образования для малоимущих».

Сергей Вертешев, ректор Псковского политехнического института:

— Это связано не только с финансовыми, но и с социально-бытовыми проблемами. Дело в том, что дети в малоимущих семьях очень часто растут и воспитываются в плохих условиях: пьянство родителей, недостаточное питание, отсутствие правильных жизненных установок, низкий культурный уровень окружающей среды.

Государственные вузы России, несмотря на трудности, переживаемые страной, еще могут предоставить качественное образование. Большинство из них принимают на конкурсной основе хорошо подготовленных и способных выпускников школ независимо от материального положения их родителей. Однако, если уровень подготовки недостаточен для победы в конкурсном отборе, дети из богатых семей могут обучаться платно, а для малоимущих этот вариант исключен.

Развитие частного (негосударственного) образования не противоречит интересам государства и общества, но отказ государства от поддержки государственных учебных заведений (вузов, школ, училищ) усилит серьезность отмеченной президентом проблемы и лишит часть талантливой молодежи возможности стать квалифицированными специалистами.

В каждом субъекте Российской Федерации есть как минимум два-три хороших вуза. Это обычно государственные учебные заведения, базовые для своего региона в части подготовки кадров. Высокая же концентрация «качественных» государственных вузов в Москве и Санкт-Петербурге неперспективна, необходима более равномерная их территориальная распределенность. Для малоимущих это тоже важно.

«Ипотека должна стать доступным способом решения проблем для граждан со средним уровнем доходов».

Светлана Дьяченко, руководитель риэлторской фирмы:

— Главный тормоз банковской ипотеки — ее слишком высокая стоимость. К тому же не все знают, что помимо возврата кредита предстоят и другие расходы. В частности, сбор за рассмотрение кредитной заявки составляет 1,2 тыс. руб. (с выездом к покупателю — 2,4 тыс.); оценка квартиры независимым оценщиком — $100—150; госрегистрация купли-продажи квартиры — 2,2 тыс. руб.; пошлина за нотариальное удостоверение договора ипотеки — 1,5% стоимости квартиры. Сбор за проведение кредитной сделки, взимаемый банком, составляет $120, стоимость риэлторских услуг — 6% от стоимости квартиры; три вида страхования (самого заемщика и его квартиры) — 1—1,5% от суммы кредита; снятие наличных сумм со счета для расчета с продавцом — 0,5% от суммы.

ТЕМА ВТОРАЯ, ЭКОНОМИЧЕСКАЯ

«Мы вполне способны увеличить наш потенциал в два раза, как говорили еще в прошлом году… При сохранении таких темпов роста (8% за четыре месяца 2004 года. — Ред.) мы могли бы удвоить ВВП на душу населения не за десять лет, а к 2010 году».

Геннадий Лисичкин, главный специалист Института международных экономических и политических исследований РАН, доктор экономических наук:

— Я сомневаюсь, что это возможно сделать не только к 2010 году, но и к сроку, намеченному ранее. Во-первых, мы наблюдаем, что темпы роста ВВП снижаются: 6,8% вместо 8% — это уже потеря темпа. А во-вторых, наше сельское хозяйство находится в тяжелейшем состоянии. К тому же нынешний год для аграрного сектора обещает быть крайне трудным — и по погодным условиям, и по общей своей организационной запущенности. Колхозы и совхозы разорены, фермеры не имеют реальных средств, чтобы вести хозяйство по-современному. Страна держится на нефти и газе, на сырье, а цены на нефть начали падать. Как бы не пришлось идти с протянутой рукой!

«За время длительного экономического кризиса Россия потеряла почти половину своего экономического потенциала. За четыре последних года мы смогли компенсировать около 40% падения. Но, несмотря на это, нам пока не удалось догнать самих себя образца 1989 года».

Маргарита Водянова, экономический обозреватель, Константин Данов, эксперт-экономист:

— С точки зрения экономической науки формулировка, выбранная президентом, абсолютно корректна. Действительно, экономический спад за время перехода к рынку составил 60%. Более того, даже самая беспристрастная формула оценки благополучия государства — ВВП на душу населения — свидетельствует не в пользу дня нынешнего. В 1989 году добавленных стоимостей (именно их сумма и есть валовый внутренний продукт) в стране производилось на две трети больше. И здесь зона корректности заканчивается. Дальше начинаются оговорки, без которых, впрочем, никак не обойтись.

Начать с того, что львиную долю тогдашнего ВВП давал военно-промышленный комплекс, производивший такое количество вооружений, которое позволяло поддерживать военный паритет с США. Сегодня этот сегмент экономики по понятным причинам существует в сильно усеченном виде и не в состоянии быть подспорьем в деле удвоения ВВП. Можно, конечно, признать это экономическим спадом, а можно — частью структурной перестройки экономики. Еще один государственный ресурс прошлого — нефтегазовый комплекс — с благословения государства перешел в частные руки. Бесспорный факт: деньги от сырьевого экспорта перераспределяются между гражданами России куда как менее равномерно, чем во времена СССР.

Некоторые экономисты не верят в официальные цифры утечки капитала, названные Минфином, — $5,5 млрд за последние полгода. Говорят, что они занижены в разы, советуя обратить внимание на «русские деревни» на Кипре и под Лос-Анджелесом. И наверное, эксперты правы. Вопрос лишь в том, почему даже при очень выгодной процентной конъюнктуре в России и почти нулевой доходности в США и Европе деньги продолжают утекать из страны. Этот вопрос уместнее всего адресовать главе государства.

Впрочем, в приведенном Путиным сравнении с экономически благополучным 1989 годом есть и другие нестыковки. За «отчетный период» страна полностью преодолела дефицит потребительских товаров. Наряду с ненавистными олигархами появилась прослойка квалифицированного и высокооплачиваемого наемного персонала и какой-никакой малый и средний бизнес. Их благополучие как круги по воде распространяется и на группы населения, которые до сих пор принято считать социально обездоленными: врачей, учителей и др. Квалифицированные медики зарабатывают неплохие деньги в полугосударственных и частных клиниках, хорошие учителя репетиторствуют. И даже жители бедных деревень средней полосы России получили возможность поправить свое финансовое положение за счет сезонных работ у дачников. Так что жизнь налаживается, Владимир Владимирович! Правда, в 1989 году старшие офицеры госбезопасности чувствовали себя не в пример комфортнее, чем сейчас. Но всегда можно подать в отставку и заняться производством какой-нибудь добавленной стоимости.

«Важно разграничивать правомерную практику налоговой оптимизации от случаев криминального уклонения от налогов».

Cергей Пепеляев, управляющий партнер компании «Пепеляев, Гольцблат и партнеры»:

— Сегодня в России лица, совершившие налоговые правонарушения, могут быть привлечены к ответственности и в соответствии с Налоговым кодексом РФ, и в соответствии с Уголовным, в частности по ст. 198 УК РФ «Уклонение физического лица от уплаты налога или страхового взноса в государственные внебюджетные фонды» и ст. 199 УК РФ «Уклонение от уплаты налогов или страховых взносов в государственные внебюджетные фонды с организации».

Однако до недавнего времени в этих статьях Уголовного кодекса РФ налоговые преступления были описаны так, что четко ограничить круг деяний, за которые можно привлечь к ответственности, не представлялось возможным. Например, в них фигурировало относящееся к уклонению определение «иным способом». Однако что это за «иные способы», в законодательстве не объяснялось. Результат — вопиющие по несправедливости судебные решения.

Федеральным законом от 8 декабря 2003 года в Уголовный кодекс РФ внесены поправки, изменившие формулировки обеих статей и исключившие приведенное выше сомнительное определение.

Однако проблема осталась. И именно об этом говорил президент. Необходимо разграничить налоговые правонарушения, установить, какие из них действительно являются уголовными преступлениями, а какие попадают в разряд административных и влекут за собой лишь штрафы, пени и т. п. Нельзя криминализировать все подряд.

Второй аспект обозначенной президентом проблемы связан с самим понятием «налоговая оптимизация», с тем, что есть оптимизация законная и незаконная, и какие санкции могут быть применены за ту и другую. Например, среди претензий, предъявляемых сегодня налоговиками ЮКОСу, есть такие: оптимизация налогов, учреждение в офшорных зонах фирм, которые, став центрами прибыли, не платили налогов и пользовались льготами. Что это: законная или незаконная оптимизация? А может быть, налоговое преступление? Подобные вопросы у нас не разработаны ни в законодательстве, ни в судебной практике. В конечном же счете мы получаем иногда такие судебные решения, которые делают нас посмешищем перед всем цивилизованным миром.

Недавно состоялась встреча президента РФ с представителями российского бизнеса. На повестке дня стоял вопрос о том, что бизнес-элита не должна использовать недостатки закона в своих целях и строить на их основе схемы минимизации налогов. Это очень правильно. С подобными вещами надо бороться на уровне морали и порядочности, а не объявляя их преступлениями. В несовершенстве законов виноваты не люди, их исполняющие, а законодатели, в силах которых сделать закон совершеннее. Мне кажется, сам факт постановки вопроса именно в разрезе морали и порядочности говорит о том, что процесс декриминализации таких деяний будет идти быстрыми темпами.

«Современная хорошо развитая транспортная инфраструктура способна превратить географические особенности России в ее конкурентное преимущество».

Ильдар Габдрахманов, член Комитета Госдумы РФ по бюджету и налогам:

— Это на самом деле так, поскольку хорошо развитая транспортная инфраструктура способна внести значительный вклад в выполнение поставленной президентом задачи удвоения ВВП. Рассмотрим только один аспект данного вопроса — дороги. Без реконструкции старых и сооружения новых автотрасс бизнес будет развиваться прежними темпами. А нам нужен рост. Он реален при условии создания для предпринимателей возможности действовать максимально мобильно. С существующими дорогами ни о какой мобильности говорить не приходится.

Как же обеспечить достойный уровень транспортного сообщения? Вопрос сложный. Здесь есть несколько вариантов. Прежде всего, государственное финансирование. Без этого не обходится ни одна страна. Необходимо закрепить целевые, крупные по объему источники финансирования дорожного строительства. Это могут быть акцизы на нефтепродукты, транспортный налог и, возможно, импортные пошлины на ввозимые иномарки. Стоит также подумать о том, чтобы часть доходов бизнеса, работающего в районе автотрасс (придорожные гостиницы, кафе, стоянки), поступала на решение дорожной проблемы.

В дополнение к государственным средствам необходимо привлечение частного капитала для строительства платных дорог. Частных компаний в этом сегменте не так уж и много. Поскольку возврат инвестиций имеет долгосрочный характер.

Пока что политика правительства в области развития транспортной инфраструктуры создает впечатление неактуальности этой проблемы. С 1 января 2005 года правительство предлагает отказаться от целевых дорожных фондов и дать возможность регионам самим решать, заниматься им дорогами или нет. Учитывая тяжелое состояние многих региональных бюджетов, нетрудно догадаться, что в первую очередь деньги пойдут на выплату зарплат, льгот и другие социальные направления, а дорожное строительство окажется в конце перечня приоритетов. Естественно, в таких условиях выполнение задачи, поставленной президентом, будет невозможно.

ТЕМА ТРЕТЬЯ, ПОЛИТИЧЕСКАЯ

«Россия стала независимой страной».

Игорь Бунин, генеральный директор Центра политических технологий:

— Тезис о приобретенной независимости России — один из ключевых в Послании президента Федеральному собранию и в то же время один из самых спорных, учитывая, что наша страна продолжает оставаться зависимой от мировой экономической конъюнктуры. Однако Владимир Путин придал этому гораздо более широкое значение, выйдя за рамки проблемы «нефтяной иглы». Контекст его выступления подразумевает, что независимость является следствием политической и экономической стабилизации.

Расшифровывая данный тезис, можно выделить три основные составляющие. Во-первых, ориентация на ресурсонакопление внутри страны, а не на внешние источники. Так, правительство изыскивает возможности для сокращения неэффективных расходов и увеличения нагрузки на добывающий сектор (в частности, речь идет о природной ренте). Во-вторых, самостоятельность в ресурсообеспечении обусловливает гораздо меньшую зависимость от геополитических интересов крупных игроков на мировой арене, решения которых ранее могли повлиять на выдачу, например, очередного транша МВФ. Здесь стоит вспомнить, что в 90-х годах российское правительство активно взаимодействовало с американскими экспертами, оказывавшими очень большое влияние на формирование финансово-экономической политики, бюджетной стратегии и т. д. Сейчас это влияние минимизировано. Наконец, Россия стала более самостоятельно вести себя во внешнеполитическом пространстве. Мы не поддержали кампанию США против Ирака, активизируем геополитические связи на постсоветском пространстве, часто конкурируя по военным и экономическим вопросам с сильными и амбициозными игроками. Серьезным успехом России можно также считать создание Шанхайской организации сотрудничества, куда вошел Китай, работу ДКБ (Договор коллективной безопасности) и ЕврАзЭС (Евразийское экономическое сообщество).

Продолжение статьи читайте в №6 журнала “БОСС”