МЫ БЕЛЬМО НА РЫНКЕ ГМО


Иветта КРАСНОГОРСКАЯ

На нашей планете осталось очень мало здоровых людей. Мы отравили все, что могли: воздух, воду, почву… Ежедневно подвергаемся электромагнитному и радиационному воздействию. Ведем неподвижный образ жизни и питаемся суррогатами. И уж тем более не радует, что в последнее время активно применяются продукты генной инженерии, так как последствия этого еще не изучены до конца.

Генетически модифицированный организм (ГМО) — это организм (растение, животное, микроорганизм), в геном которого встроен фрагмент чужеродной ДНК для придания ему свойств, не присущих от природы.

Уже в 18 странах мира создают, выращивают и реализуют на внутренних и внешних рынках генетически модифицированные растения. Каждый год посевные площади, отданные под трансгенники, увеличиваются на 15—20%.

Сторонники генетически модифицированных организмов утверждают, что знают, как прокормить население, ведь даже нам, россиянам (не говоря уже о жителях развивающихся стран), по их мнению, скоро будет не хватать традиционной сельскохозяйственной продукции. Предлагаемый ими выход прост как дважды два: надо выращивать генетически модифицированные (ГМ) сельскохозяйственные культуры. Свою позицию они аргументируют тем, что ГМ-растения устойчивы к гербицидам, инсектицидам, вредителям и патогенам, урожай может долго храниться при комнатной температуре, такие растения имеют повышенную питательную ценность и способны даже синтезировать новые вещества.

На карте, которую всем охотно демонстрирует член Совета при президенте РФ по науке и высоким технологиям, директор центра «Биоинженерия» РАН академик Константин Скрябин, только два белых пятна — Африка (за исключением ЮАР) и Россия. Это территории, по словам известного российского ученого, «позорно отстающие от всего прогрессивного человечества».

Сегодня в Российской Федерации нет ни одного поля с трансгенной сельскохозяйственной культурой (экспериментальные площадки не в счет). Дело в том, что комиссия по ГМО Государственной экологической экспертизы при Министерстве природных ресурсов РФ запретила выращивать все трансгенные сорта как недоказанные по биологической и экологической безопасности, и ее решение никто не может отменить.

КУШАЙТЕ НА ЗДОРОВЬЕ?

Да, мы не выращиваем трансгенных культур, не закупаем за границей мясо животных и птицы, откормленных ГМО, но вместе с тем завозим генетически модифицированные корма. Нонсенс, не правда ли?

В России действует постановление главного санитарного врача страны об обязательной маркировке продуктов питания, содержащих ГМ-компоненты. Но постановление — это не закон. Его обходят разными путями, кому как удается. Непорядочные производители маркировку не ставят вовсе. Иногда, чтобы заметить маркировку на банке или упаковке, требуется долго и тщательно выискивать ее с помощью увеличительного стекла. Причем, как рассказывает координатор генетической программы «Гринпис России» Наталья Олефиренко, нередки случаи, когда даже сами производители не подозревают, что их продукция содержит ГМ-компоненты.

Вот почему надо очень внимательно просматривать список ингредиентов, входящих в состав продукта. Если среди них значится соя (соевая мука или белок), то это на 90% гарантия того, что в нем есть ГМ-компоненты. Настороженность также должны вызывать слова «растительный белок» и «растительные жиры». Например, выращенные за рубежом рапс и кукуруза, из которых получают растительное масло, часто являются трансгенными. Опасность может представлять и консервированная кукуруза, особенно произведенная в США. И, наконец, следует осторожно относиться к импортированным овощам и фруктам, в первую очередь к картошке, кукурузе, помидорам, клубнике.

Более половины продуктов на наших прилавках, в том числе и российского производства, содержат ГМ-компоненты. Мы потребляем их ежедневно, о чем можем только догадываться.

Биотехнологи не допускают и мысли о том, что значительная часть американцев страдает ожирением, в частности, из-за употребления в пищу ГМО. (Как правило, в качестве основной причины этого заболевания, поразившего американскую нацию, называется фаст-фуд, но при этом почему-то забывают, что и такая пища содержит в себе ГМ-компоненты.) Однако есть косвенные подтверждения данного предположения. Экспериментально доказано, что генетически измененные продукты питания так или иначе, но влияют на организм человека.

Шведские ученые провели исследование продовольственных корзин двух стран — своей и США. В продукты, отобранные ими для эксперимента, входили одни и те же составляющие, подвергшиеся переработке по сходным технологиям. В результате выяснилось, что коэффициент, обозначающий вероятность развития заболеваний, вызванных пищевыми ингредиентами, в американской корзине был в десять раз выше, чем в шведской. Дополнительные испытания показали, что, в отличие от шведских, в американских продуктах присутствовали ГМ-компоненты.

Говорят, через 50 лет в США практически не останется натуральных культур, все станет трансгенным. Специалисты уже предупреждают об опасности, которую таит в себе генная инженерия. В январе нынешнего года американцы приняли решение о пересмотре ранее выданных разрешений на коммерческое использование несельскохозяйственных ГМО, в частности рыб, беспозвоночных, деревьев, трав, насекомых, микроорганизмов, с позиции их возможного влияния на окружающую среду.

Медики разных стран (в том числе и специалисты аллергологического отдела НИИ вакцин и сывороток им. И.И. Мечникова РАМН) независимо друг от друга доказали, что с употреблением в пищу ГМО в мире на 30% возрос уровень аллергических заболеваний. У 70% российских детей наблюдается аллергия на сою («нормальной» импортной сои у нас в магазинах практически нет). Совсем недавно россиян чуть ли не насильно приучали есть этот неспецифический для наших широт продукт, твердя о его несомненно полезных качествах. Сегодня говорят противоположное: соя вредна, плохо воспринимается и перерабатывается организмом, и, скорее всего, ее применение в детском питании будет запрещено.

Противники ГМО считают, что манипуляции с генами способны увеличить содержание природных растительных токсинов в пище и даже создать совершенно новые токсины.

Причем токсины могут быть и замедленного действия. Время проявления токсичного действия белка иногда составляет более 30 лет. Та же трансгенная соя отличается от обычной по белкам на 74%. Поскольку эти белки — гибриды бактериальных и растительных организмов, они принципиально новы и как следует не изучены.

Еще одна опасность для здоровья человека заключается в том, что многие созданные при помощи генной инженерии культуры содержат ген, устойчивый к воздействию антибиотиков. Одновременное употребление такого трансгенного продукта и антибиотика, может снизить эффективность медицинского препарата.

РИСКОВ НЕМАЛО

Сообщение о том, что правительство Великобритании разрешило фермерам выращивать генетически модифицированную кукурузу с весны 2005 года, дало дополнительный козырь в руки лоббистам ГМО. Однако при этом биотехнологи умалчивают, что до того времени британцы намерены продолжать исследования трансгенных культур, ибо пока, по словам министра окружающей среды Маргарет Беккет, «нет оснований ни для однозначного одобрения, ни для однозначного запрета ГМ-растений».

Основным правовым актом, регулирующим опытную передачу в производство и поступление на рынок генетически модифицированных организмов в пределах Европейского Союза, до 17 октября 2002 года была директива 90/220/ЕЭС. Сегодня деятельность биотехнологов регламентируется директивой 2001/18/ЕС Европейского парламента и ЕС о намеренном выпуске генетически модифицированных организмов.

Новый документ ужесточил существующие правила выпуска ГМО. В частности, были введены: принципы оценки угрозы окружающей среде; обязательные требования мониторинга, включающие исследование долгосрочных эффектов при взаимодействии с другими ГМО и окружающей средой; информирование общественности; требование к государствам — членам ЕС отслеживать поступление на рынок продукции, содержащей ГМ-компоненты, и поощрять ее маркировку и т. д. Так что Европейский Союз, несмотря ни на что, продолжает с большой осторожностью относиться к ГМО. В этом году он пообещал установить запрет на использование ГМ-компонентов в детском питании, работа над соответствующим законом уже идет.

Проблема в том, что геном — генетический аппарат живой клетки до сих пор остается тайной за семью печатями. Последствия вмешательства в него непредсказуемы, любая ошибка может стать роковой. И речь не только о прямом воздействии ГМО на здоровье человека. Это в первую очередь биологические и экологические риски.

Пыльца с ГМ-культур переносится на далекие расстояния ветром, животными, птицами и насекомыми и «заражает» обычные растения. Трансгенные культуры обедняют микрофлору почвы, что ведет к ее неизбежной деградации. В Австралии уже появились такие «мертвые» участки земли. А иначе зачем же тогда Европейскому Союзу понадобилось ратифицировать посвященный непосредственно проблемам ГМО Картахенский протокол по биобезопасности в дополнение к Конвенции по биологическому разнообразию?

Лишь одна цитата из Картахенского протокола: «Как только ГМО высвобождается в окружающую среду, его невозможно вернуть или предотвратить его распространение, поэтому негативное воздействие должно быть предупреждено заранее, иначе последующие усилия окажутся бесполезными».

Чтобы сохранить микрофлору и микрофауну, при выращивании трансгенных культур придется строго соблюдать технологии. Среди них — ежегодная смена сортов, чередование трансгенных и нетрансгенных растений на одном участке. Обязательным условием является также 100-процентная уборка урожая, для того чтобы в земле не загнивали остатки ГМ-растений. Однако в России та же самая картошка почти вся выращивается в частных хозяйствах. Кто, интересно, в подобной ситуации будет отвечать за нарушение этих процессов?