Александр КАЗАКОВ: «ПРИ ВЫБОРЕ НАСЛЕДНИКА ПРОИЗОШЛА ОШИБКА»


Беседу вел Александр Полянский

Председатель Комитета Совета Федерации по делам Федерации и региональной политике, в прошлом — первый заместитель руководителя Администрации президента РФ анализирует итоги президентских выборов в регионах и проходящую в стране реформу власти.

— Александр Иванович, какие закономерности вам видятся в голосовании регионов России на президентских выборах? Есть достаточно однородная группа лидеров по явке и числу голосов, отданных за Путина, — это республики Северного Кавказа и Поволжья. Есть группа аутсайдеров, в которую входят и довольно левые по настроениям Орловская и Белгородская области, и изобилующие социальными проблемами Приморский и Красноярский края…

— А надо ли искать эти закономерности?

— Вы полагаете, что не стоит?

— Результаты любой нормальной выборной кампании такого масштаба не могут быть одинаковыми по регионам. В противном случае нужно задуматься, поскольку это является признаком координации со стороны избирательного штаба.

— Но результаты довольно равномерные!

— Если вы имеете в виду конечные итоги выборов в субъектах Российской Федерации, то, безусловно, Владимир Путин победил во всех 89 регионах, число отданных за него голосов везде превышает 50%. Мне думается, что избирательному штабу Путина не было необходимости прилагать особые усилия для достижения этого результата. Его поддержка россиянами как кандидата в президенты и без того оказалась очень высокой.

Вместе с тем отношение к Владимиру Владимировичу Путину в разных регионах, наверное, неодинаково, поскольку существует множество разных факторов, влияющих на это. Но оценивать их направленность и силу воздействия я не вижу смысла, поскольку закономерность победы Путина у меня не вызывала сомнений.

— Но, наверное, ключевым фактором, обеспечившим особенно большую явку избирателей, были пропаганда участия в выборах и их организация на местах?

— Видимо, да. Кто-то из губернаторов хотел проявить б’ольшую лояльность, и засучив рукава занимался организацией выборов сам. Кто-то поручил данную работу своей команде и лишь контролировал ее деятельность. Но в любом случае губернаторы активно участвовали в президентской гонке. В принципе это правильно. Отсюда и достаточно большая явка.

Хотя некоторые руководители, я считаю, даже переусердствовали. Такое впечатление, что людей едва ли не вынуждали приходить к урнам для голосования.

— То есть системной работы в регионах избирательный штаб Путина не вел?

— Я не входил в штаб и потому ничего определенного сказать не могу. Но для меня совершенно очевидно, что штабу образца 2004 года было гораздо легче, чем штабу 1996 года, в работе которого я участвовал. Успех кампании был предрешен на ранней стадии, поскольку фигур, способных составить серьезную конкуренцию Владимиру Путину, просто не оказалось.

— Однако опасения относительно явки избирателей и победы Путина в первом туре все же существовали.

— Опасения всегда существуют. Они сохраняются вплоть до подведения итогов выборов. Сами организаторы иногда муссируют разного рода слухи, чтобы успех проделанной ими работы казался весомее, чтобы их было за что хвалить. Но, как показали итоги выборов, эти опасения не имели под собой реальной почвы.

— Тем не менее политологи оценивали отставку правительства и формирование нового кабинета министров накануне выборов как способ подстегнуть активность избирателей, повысить интерес к выборам.

— На то и политологи, чтобы придумывать всему объяснения. Мне кажется, отставка правительства не была продиктована желанием повысить явку. Скорее, это был некий эмоциональный момент, вызванный определенными трудностями во взаимоотношениях президента Путина и теперь уже бывшего главы правительства Касьянова. В их взаимоотношениях, с моей точки зрения, всегда присутствовала некоторая напряженность и не ощущалось должной доверительности.

— Почему же все-таки отставка состоялась непосредственно перед выборами?

— Видимо, случилось нечто такое, что послужило последней каплей. Если помните, тогда сложилась непростая ситуация с поставкой газа в Белоруссию, о чем премьер-министр узнал не от собственного аппарата или руководства «Газпрома», а от других людей. В этом дело или в чем-то еще, но версия личного конфликта мне представляется наиболее правдоподобной.

— Это наиболее простая версия.

— Да, и наиболее жизненная.

— В новом правительстве есть представители всех политических элит: и «московских либералов», и «питерских либералов», и «силовиков», и олигархов…

— Представительство олигархов во власти явно уменьшилось. И реорганизация правительства преследовала в том числе и эту цель. Что касается представительства других названных вами групп, то оно практически не изменилось, так как задача менять соотношение в их представительстве не стояла.

— Кстати, в субъектах Российской Федерации, возглавляемых губернаторами, связанными с финансово-промышленными группами, результаты голосования разнятся. Причем даже там, где губернаторы связаны с одной группой — «Интеррос». В Тверской области и Таймырском автономном округе довольно высок процент проголосовавших за Путина, а Красноярский край — один из последних по этому показателю.

— Именно поэтому я не вижу прямой зависимости между процентом пришедших на выборы и проголосовавших за Владимира Путина и усилиями олигархов. Уж кто-кто, а Владимир Потанин, одним из первых среди олигархов покаявшийся в грехах и заверивший власть в своем лояльном к ней отношении, должен был расстараться и обеспечить 100-процентный показатель в Красноярском крае. Однако этого не произошло, поскольку не все во власти губернаторов.

Выборы — многофакторный процесс. Результаты получились такими не только потому, что олигархи и связанные с ними губернаторы не проявили должного умения и рвения, а прежде всего потому, что в регионах назрели серьезные, кое-где даже острые социально-экономические проблемы. Они оказали существенное влияние на результаты выборов, особенно регионального уровня. Уверен, что они будут давать себя знать и впредь, притом все сильнее. Не думаю, что административный ресурс, будь то ресурс федерального центра или регионов, сможет ослабить их влияние.

— Иными словами, на выборах президент ни в малейшей степени не зависит от губернаторов?

— Такая зависимость была, есть и будет. Но в данной избирательной кампании она оказалась совершенно иной, чем, скажем, при Ельцине. Путин многое сделал, чтобы ее уменьшить: образовал федеральные округа, реформировал Совет Федерации, создал механизмы вмешательства центральной власти в дела регионов, установил другие способы контроля над деятельностью губернаторов. В результате его зависимость от губернаторов существенно ослабла. Более того, в целом ряде случаев, например в Башкортостане, Чечне, мы были свидетелями ситуации, когда исход выборов руководителя субъекта Российской Федерации прямо зависел от позиции президента. Скажу больше, на мой взгляд, на данном этапе губернаторы, их политическое настоящее и будущее зависят от оценки и позиции президента РФ, а не наоборот.

— Ухудшатся ли отношения между губернаторами регионов — аутсайдеров избирательной кампании, как вы их назвали, и президентом?

— Убежден, что нет. Если их отношения и омрачатся, то причина будет иной, гораздо более существенной.

— Почему реформа власти готовилась Владимиром Путиным так долго? Реформа Совета Федерации была проведена еще в 2000 году. А новый этап реформы власти состоялся в самом конце первого — начале второго срока его президентских полномочий.

— Любая реформа власти требует последовательности и времени. Начали, и это вполне логично, с приведения в соответствие федерального и регионального законодательства. Собственно, для решения в первую очередь этой задачи и был введен институт полномочных представителей президента Российской Федерации в федеральных округах. Дальше последовала стабилизация отношений на территориальном уровне. В этом смысле президенту Путину досталось тяжелое наследство.

У Ельцина сложились очень трудные отношения с регионами, с Советом Федерации. Вы, вероятно, помните отказ верхней палаты парламента отправить в отставку генерального прокурора. Мы все свидетели настоящего кризиса власти. Только наведя порядок на этом уровне, можно было приступать к дальнейшим шагам, целью которых стало реформирование местного самоуправления и региональной власти. Параллельно шли преобразования в судебной, пенсионной, налоговой и других сферах. И, наконец, созрели условия для реформы правительства и обновления Администрации президента.

— Насколько сегодня Администрация президента является органом, аккумулирующим интересы политической и экономической элиты, каковым она была ранее?

— Администрация Бориса Николаевича формировалась по паритетному принципу, в ней были представлены все влиятельные группировки. Сейчас, слава богу, этого нет.

— Нет совершенно?

— То, что происходило при Ельцине, и то, что есть сейчас, — земля и небо. Время, когда ключевые вопросы жизни страны, кадровые назначения и многое другое решалось на «семейных тусовках», на отдыхе в Ницце или на горных курортах ушло. Я не могу представить себе, чтобы на решение Путина мог оказать влияние кто-либо из членов его семьи или родственников.

— Сохранились ли различные группы в Администрации президента?

— Группы существуют в администрации любого президента. Но сейчас они уже не являются представителями интересов тех или иных политических, финансовых, экономических сил. Безусловно, их мнение принимается во внимание. Но окончательное решение президент Владимир Путин примет самостоятельно.

— В 2007—2008 годах грядет волна смены губернаторов по всей России. Насколько этот процесс будет контролироваться президентом и его аппаратом?

— Выборы в регионах всегда контролировались президентом.

— Но сейчас он имеет возможность делать губернаторами своих ставленников.

— Вы преувеличиваете его потребность в обновлении губернаторского корпуса. Авторитет Путина настолько высок, его возможности влияния на администрацию субъектов Российской Федерации так велики, что губернаторы автоматически становятся проводниками курса главы государства. Во всяком случае, я не вижу сегодня губернатора, способного вступить в полемику с президентом, а тем более не подчиниться его воле. Другими словами, сейчас, в отличие от недавнего прошлого, у Владимира Владимировича нет оппозиционеров среди руководителей регионов. А стало быть, нет острой нужды в их массовом обновлении.

Губернаторы у нас — люди умные и опытные. Если президент в соответствии с Конституцией РФ покинет свой пост в 2008 году, то они постараются всеми способами вычислить преемника и сориентируются на него.

— Насколько это реальная задача? Некоторые эксперты считают, что президент даст добро на конкуренцию нескольким потенциальным преемникам.

— Конечно же, это очень сложная задача. Но главы регионов отличаются нестандартным мышлением и недюжинной интуицией. К тому же, когда речь идет о решении собственных проблем, их действия зачастую становятся весьма рациональными. Я глубоко убежден, что многие губернаторы, если возникнет критическая для них ситуация, проявят чудеса политической дальновидности и административной изощренности.

— Почему в нынешнем составе Администрации президента на руководящих постах мы видим в основном ельцинские кадры, которые ранее ассоциировались с «семьей»?

— Отчасти потому, что Владимир Владимирович сам работал в ельцинской команде, многих из этих людей очень хорошо знает, отдает должное их профессионализму, компетентности.

— То есть он их «перевербовал»?

— Хорошего вы мнения о наших чиновниках! Никого или почти никого «перевербовывать» не потребовалось, потому что чиновники по своей сути — не политики, а исполнители. Их долг — добросовестно и профессионально выполнять положенные служебные функции, а не участвовать в политических играх. Подавляющее большинство государственных служащих придерживается именно такой позиции.

К тому же сейчас Администрация президента претерпела очень существенные изменения. Произошел в определенном смысле возврат к схеме организации ее работы во времена Бориса Николаевича Ельцина. А это означает, что роль руководителя сегодняшней Администрации президента становится менее заметной по сравнению с той ролью, которая у него была в предшествующей модели. Полагаю, в ближайшее время мы станем свидетелями целого ряда сложных коллизий в президентском окружении.

— Ельцин, уходя из власти, определил все ключевые фигуры российского руководства. Он явно хотел остаться кем-то вроде Дэн Сяопина. Почему этот проект не состоялся?

— Я не посвящен в детали проекта «Преемник», но не думаю, что он был проработанным и глубоким.

— За последние годы влияние «семейной» группы, несмотря на ее политические и финансовые ресурсы, резко сократилось…

— Иначе и быть не могло.

— Почему? Ведь «пасьянс» из персон, осуществляющих высшую власть, был сложен именно ею?

— Потому что авторы «пасьянса» ставили во главу угла сохранение или даже укрепление собственных позиций.

— Так в чем их ошибка?

— В том, что для достижения этих целей они сделали ставку на Владимира Путина.

АКТИВНОСТЬ ИЗБИРАТЕЛЕЙ НА ПРЕЗИДЕНТСКИХ ВЫБОРАХ

Перед 14 марта некоторые политологи высказывали опасения, что из-за возможного нежелания людей идти на выборы они могут не состояться. Поэтому вопросу явки избирателей было уделено особое внимание как на федеральном, так и на региональном уровне. По окончании выборной кампании регионы четко разделились на лидеров и аутсайдеров по этому показателю.

В лидеры выбились Кабардино-Балкария (здесь явка составила 87,7%), Мордовия (84,7%) и Чукотский автономный округ (83%).

Самая низкая активность граждан, согласно официальным данным Центризбиркома, отмечена в Красноярском крае — 48,45%. Столь скромный результат даже побудил губернатора края Александра Хлопонина выступить со следующим заявлением: «Мы как власть не сумели провести качественную работу с населением и донести до людей тот факт, что выборы любого уровня — это очень важное мероприятие. Я понимаю, что таким образом красноярцы выразили свое отношение к выборам, к ситуации в стране в целом, и виню в этом себя. Я недоработал и перед Федерацией буду отчитываться сам».

Ненамного опередила соседей Иркутская область. Там, по данным ЦИК на 19.00 14 марта, показатель явки составил 49,75%. Но к закрытию участков, как сообщил позже окружной информцентр «Сибирь», он все же перевалил критический уровень и достиг 50,02%.

ГОЛОСОВАНИЕ ЗА ПУТИНА: ЛИДЕРЫ И АУТСАЙДЕРЫ

Хотя Владимир Путин уверенно опередил своих оппонентов во всех регионах Российской Федерации, процентные показатели голосов, отданных за него в различных краях, областях и республиках, все же разнятся.

По данным ЦИК, в пятерку регионов, где Путина любят больше, попали северокавказские республики: Ингушетия (98,18%), Кабардино-Балкария (96,49%), Дагестан (94,61%), Чеченская Республика (92%) и Северная Осетия (91%).

Самые низкие результаты у президента России оказались в Белгородской области (54,8%), Приморском крае (59,2%), Красноярском крае (60,3%), а также в Хакасии, Иркутской и Орловской областях, где он набрал около 61% голосов.{EMAILPRINT}