«А ВАС, КАСЬЯНОВ, Я ПОПРОШУ…»


Денис ВЛАДИМИРОВ, Иван ФЕДОРОВ

В первый после трехдневного уикенда рабочий день — 24 февраля председатель Правительства РФ Михаил Михайлович Касьянов ехал в Белый дом в прекрасном расположении духа, отдохнувшим после беззаботного воскресного катания на горных лыжах под Москвой. На этот вторник он запланировал встречу с думскими лидерами «Единой России» по вопросам взаимодействия с правительством. Кроме того, необходимо было дать распоряжения по подготовке зарубежного визита и очередного заседания правительства 26 февраля.
Планы премьера нарушил звонок президента: Владимир Путин вызвал Касьянова в Кремль к 14 часам.

Предстоящая встреча не предвещала ничего хорошего, по поводу ее целей премьер терялся в догадках. Только в субботу он виделся с Путиным на регулярном совещании ближнего круга президента — что важное президент не успел сказать тогда? Да еще требующее срочной личной встречи?

Оказалось, Путин принял решение об отставке кабинета министров. Проинформировал президент Касьянова и о том, что и. о. главы правительства назначает вице-премьера Виктора Христенко.

В Белом доме Михаил Касьянов сообщил об отставке сотрудникам своего секретариата и аппарата правительства, приступил к сдаче дел Виктору Христенко и распорядился собрать вечером журналистов личного пула.

На ту вечернюю встречу против правил были приглашены и телевизионщики. Касьянов сказал, что планировал уходить, но думал, что покинет премьерский кабинет после выборов. А затем непривычно резко для почти дипломата добавил: «Мой контракт с Владимиром Путиным выполнен».

С ТРЕТЬЕЙ ПОПЫТКИ

За несколько месяцев до 24 февраля Касьянов сам подавал в отставку. Произошло это вслед за аналогичным прошением Александра Волошина, написанным им после ареста Михаила Ходорковского в екатеринбургском аэропорту. 22 ноября 2003 года премьер не пошел на регулярное совещание высших чиновников у президента: он отправил заявление об уходе на имя главы государства фельдсвязью, а сам поехал на дачу. Однако Путин распорядился отложить совещание на два часа и вызвать на него премьера. Отставку он принять отказался.

В следующий раз вопрос об отставке главы правительства активно муссировался после думских выборов, на которых большинство получила «Единая Россия». В течение года до этого в коридорах власти говорили о формировании кабинета министров на основе парламентского большинства как о деле решенном. К названному большинству, заметим, Касьянов не принадлежал. Но и тогда отставки не случилось.

Вообще, вопрос о замене премьера поднимался на протяжении всего первого президентского срока Путина — не без помощи политических конкурентов Михаила Михайловича. И чем ближе к его окончанию, тем чаще, потому что влияние Бориса Ельцина и в целом «семьи» на политические процессы ослабевало, а значит, позиции ее ставленников, к числу которых относился и Касьянов, ухудшались.

Впрочем, Михаил Михайлович, оценив ситуацию, стал играть самостоятельную партию в кремлевском оркестре, лавируя между различными политическими течениями. И делал это весьма успешно, судя по тому, сколько времени ему удалось оставаться в премьерском кресле. Однако всякий раз Касьянов оказывался ближе «семейным» ценностям: интересам олигархов, политическому либерализму в том его понимании, которое сложилось в ельцинскую эпоху, и т. д. Отсюда и его моральная поддержка журналистов ТВ-6, критика действий прокуратуры и силовиков при расследовании хозяйственных дел, намеренно артикулируемая особая позиция по поводу разбирательства дела ЮКОСа и Ходорковского. Хотя есть мнение, что знаменитые высказывания премьера относительно ЮКОСа не более чем «пиар» и действовал он в полном соответствии с «генеральной линией».

Во всяком случае говорить об оппозиции Касьянова Путину, о конфликте между ними нет оснований. Иначе мы наверняка услышали бы в новостях о «сомнительных решениях экс-премьера», заслуживающих прокурорской проверки, а то и расследования. Возможно, в окружении президента найдутся желающие пощекотать Касьянову нервы подобным или каким-либо иным способом. Но, по имеющейся у нас информации, экс-премьер явно не «списан на берег» — он остается в политической обойме и в ближайшее время мы узнаем, в каком качестве.

Более того, политический тяжеловес, получившийся из «технического» премьера, при определенных обстоятельствах может сыграть роль преемника Путина в 2008 году, а такой фигурой в Кремле не станут бросаться. Ведь обстоятельства в нашей стране бывают, как известно, разные: через четыре года обществом может быть востребован и борец за социальную справедливость в штатском, и политик, исповедующий ценности современного развитого общества. А в последней ситуации как нельзя кстати окажется Михаил Михайлович, человек, несомненно сделавшийся членом команды Путина, сама натура которого выдает в нем либерала и «капиталиста».

С этой точки зрения тем более странным выглядит увольнение президентом, приверженным системе сдержек и противовесов, такого лояльного противовеса себе, как Касьянов.

ПЯТЬ ВЕРСИЙ «РОКИРОВОЧКИ»

Сам Владимир Путин на состоявшейся 25 февраля встрече с членами теперь уже бывшего кабинета министров перед телекамерами сказал следующее: «Отставка правительства за три недели до выборов имеет две причины — политическую и административно-организационную. В моем положении действующего президента и одновременно кандидата в президенты России я могу, а значит, считаю, обязан познакомить общественность России с человеком, которого буду предлагать в качестве председателя правительства. Я могу это сделать, а значит, должен. В прошлом году в Послании Федеральному собранию я не просто дал понять, а заявил, что вопросы подобного рода будут мною решаться в ходе консультаций с парламентским большинством. Это может потребовать усилий, может внести элементы неопределенности, потребовать дополнительного времени.

В связи с выборами главы государства правительство слагает с себя полномочия, а вновь назначаемое в соответствии с конституционными сроками правительство может состояться только в начале июня. Мы занимаемся решеынием вопросов административного реформирования, реформированием самого правительства. Правительство само пытается это делать в течение длительного времени, полтора года. Мы подзатянули этот процесс. Если иметь в виду, что мы собираемся довести этот процесс до конца, это значит, до июня правительство будет ”подвешено” дважды: во-первых, фактом назначаемости и, во-вторых, правительство будет находиться в состоянии реформируемости.

Исходя из этих соображений, я принял решение об отставке правительства перед выборами. То, что происходит сейчас, — это практически плановое мероприятие».

Однако президенту поверили не до конца: появилось множество версий мотивов произошедшего.

Версия первая: Путин просто хочет подстегнуть избирательную кампанию, а заодно избавиться от явно расходящегося с ним по многим вопросам Михаила Касьянова. Сторонники этой версии говорили, что в Кремле опасаются апатии избирателей и того, что 14 марта явка окажется неприлично низкой. Отправив же в отставку правительство и начав формировать новое, президент спровоцировал взрыв интереса к политике и — косвенно — к самим выборам.

Версия вторая: Путин собирается назвать в качестве нового председателя правительства фигуру уровня вице-президента, соправителя. У данной версии было две подверсии: одна — премьером должен стать наследник, другая — премьером должен сделаться влиятельный политик-реформатор.

Действительно, премьерский пост является прекрасным трамплином для занятия президентского кресла. А сильная либеральная фигура нужна Путину для того, чтобы улучшить имидж власти.

Версия третья: Владимир Путин ищет козла отпущения, чтобы сделать его ответственным за возможный экономический кризис. Уже долгие месяцы ходят слухи о вероятности нового кризиса. В связи с этим и кадровые решения президента некоторые аналитики восприняли как поиск людей, на которых можно будет при случае свалить вину за все трудности.

Версия четвертая: президент хочет назначить исполняющим обязанности премьера Сергея Глазьева. Аналитики, считавшие реальным такой сценарий, предполагали, что Владимир Путин может сделать Глазьеву предложение, аналогичное тому, которое сделал в 1996 году Борис Ельцин Александру Лебедю, чем и обеспечил себе гарантированную победу во втором туре.

Фактический лидер блока «Родина» со товарищи добились впечатляющих результатов на думских выборах. Более того, Глазьев успел весьма сильно поиграть на нервах главы государства и во время президентской кампании. Вопреки оптимистичным выступлениям кремлевских чиновников в СМИ, на самом деле в Администрации президента очень опасались его влияния на избирателей и того, что он может занять на выборах второе место. Не исключался даже сценарий второго тура голосования.

Версия пятая: президент вынужден был согласиться на формирование нового кабинета министров под давлением влиятельных политических сил. Сторонники данной версии также подчеркивали вероятность далеко не идеальной для Путина ситуации на президентских выборах и называли Глазьева козырной картой в торге за власть. С их точки зрения, президент вынужден был согласиться отправить в отставку правительство, чтобы показать всем влиятельным политическим силам, что их интересы будут учтены, и таким образом обеспечить себе победу в первом туре с разгромным счетом.

Насколько последующие события подтвердили эти версии?

ШИЛО НА МЫЛО, ИЛИ МИХАИЛА НА МИХАИЛА

Выдержав примерно недельную паузу, Путин рекомендовал на пост нового премьера Михаила Фрадкова, ельцинского министра внешних экономических связей, обретавшегося в последние годы на не очень значимых должностях. И этим вызвал видимое каждому телезрителю шоковое состояние даже у верного президенту лидера «Единой России» Бориса Грызлова после встречи фракции единороссов с президентом.

Михаил Ефимович Фрадков — своего рода двойник Касьянова: советский экономический чиновник средней руки, сделавший карьеру в экономических ведомствах пореформенных лет. Набор его личностных, профессиональных и политических характеристик практически идентичен касьяновским (см. справку «Два Михаила»). А «силовая составляющая» образа нового премьера, на которую пресса в последние дни обращает много внимания, на наш взгляд, сильно преувеличена.

Единственное на самом деле существенное отличие: Фрадков не имеет политического веса Касьянова. Правда, и тот в начале премьерства им не обладал, за что и получил от журналистов и политиков «почетное» звание «технического» премьера. Так что вес — дело наживное. Тем более в работе с «правительством национального согласия», вернее, согласия элит, которое президент вскоре и представил.

Это произошло 9 марта. Единственным вице-премьером стал умеренный либерал ельцинского розлива, один из лидеров «Единой России» Александр Жуков, а главой аппарата правительства — питерский либерал Дмитрий Козак. Известные питерские же либералы министр финансов Алексей Кудрин и министр экономического развития и торговли Герман Греф усилили позиции, расширив свои министерства.

Прагматичный либерал ельцинских времен Виктор Христенко возглавил суперминистерство промышленности и энергетики. А технократ, известный ученый Андрей Фурсенко — Министерство образования и науки. Неполитизированный хозяйственник, поддерживаемый, однако, «Единой Россией», Алексей Гордеев вновь назначен министром сельского хозяйства.

Пермский губернатор, сторонник «Единой России» и объединения регионов Юрий Трутнев получил портфель министра природных ресурсов. Влиятельный государственный финансист, глава Пенсионного фонда Михаил Зурабов — министра здравоохранения и социального развития.

Главой МЧС остался единоросс, в прошлом соратник Ельцина Сергей Шойгу. Пост министра обороны сохранил за собой соратник и, как утверждают, друг Путина Сергей Иванов. Портфель министра юстиции остался в руках у получившего его еще при Борисе Ельцине работника прокуратуры Юрия Чайки. Министром внутренних дел назначен кадровый контрразведчик Рашид Нургалиев, а министром иностранных дел — политически нейтральный карьерный дипломат Сергей Лавров. Столь же нейтральный ректор Московской консерватории Александр Соколов возглавил Министерство культуры и массовых коммуникаций. Есть в правительстве и делегат от крупного бизнеса — это министр транспорта и связи Игорь Левитин.

Таким образом, в состав нового кабинета министров вошли представители всех влиятельных политических сил: питерских либералов (Козак, Греф, Кудрин), либералов московских (Жуков, Христенко), силовиков (Нургалиев, Иванов), «староельцинских», дистанцировавшихся от «семьи» (Шойгу, Зурабов, Чайка), олигархов (Левитин), губернаторов (Трутнев). На уровне заместителей министров, руководителей федеральных служб и агентств соотношение сил скорее всего останется таким же.

ТОРГ С ПРЕЗИДЕНТОМ

Итак, ни одна из предлагавшихся аналитиками версий полностью не подтвердилась — и в то же время приведенные пять предположений в какой-то мере выявили подоплеку реальных событий.

Оживления избирателей перед выборами достичь, безусловно, удалось, хотя совершенно невозможно представить, чтобы первая из названных нами версий отставки была единственной, — слишком велика цена подобной PR-акции.

«Вице-президент», упоминавшийся во второй версии, народу явлен не был — ни в виде радикального реформатора-соправителя, ни в виде наследника. Путину нет необходимости завоевывать симпатии российского среднего класса или симпатии Запада с помощью назначения премьером кого-либо из таких либеральных идеологов, как, например, Герман Греф, Алексей Кудрин или Анатолий Чубайс: его акции за рубежом и в России и так весьма высоки, в привлечении дополнительного электората нет нужды. Кроме того, большинство специалистов считают, что Владимир Владимирович не заинтересован в резких реформах — они неминуемо приведут к раскачиванию политико-экономической системы, стабильность которой президенту очень дорога. Да и основным вектором сегодняшней политической жизни является социальная справедливость. Потому ожидать назначения на пост премьера радикального реформатора не следовало. Так же как и явления миру наследника.

Премьерский пост, как уже говорилось, — наилучший трамплин для президентства. В 1999—2000 годах это продемонстрировал сам Владимир Путин, назначенный на должность председателя правительства Борисом Ельциным и названный затем его наследником. Но сейчас называть наследника преждевременно.

Во-первых, потому что, пробыв у власти слишком долго, он успеет стать в глазах общества ответственным за ее ошибки. Во-вторых, потому что чаяния избирателей в 2008 году спрогнозировать сейчас весьма сложно. А значит, трудно и определить персону, на которую следует сделать ставку. Как нам кажется, своего наследника Владимир Путин назначит премьером максимум за полгода-год до следующих президентских выборов.

Тем не менее Путин назначил премьером «рыночника», а не «силовика», правда «актера второго плана», следовательно, определенный резон во второй версии был.

Что касается опасности нового экономического кризиса, упоминавшейся в третьей версии, то нам представляется, что она сильно преувеличена. Кризисная ситуация действительно возможна, но связана она с ценами на нефть. Многие экономисты полагают, что такого рода проблемы могут возникнуть не ранее чем года через два. Вместе с тем перед правительством стоит задача проведения ряда непопулярных реформ, в том числе жилищно-коммунальной, ответственность за которые президент, несомненно, был бы не прочь возложить на премьера.

Глазьев, упомянутый как главный герой интриги в четвертой и пятой версиях, сыграл большую роль в президентской предвыборной кампании, но все же не такую, чтобы предлагать ему функцию соправителя. А потому назначать Глазьева и. о. премьера в обмен на снятие кандидатуры с президентских выборов имело бы смысл для того, чтобы затем обмануть. Но для этого отставка правительства должна была произойти чуть позже: тогда определенные Конституцией сроки рассмотрения кандидатуры нового премьера вышли бы за рамки президентских выборов. После чего можно было бы организовать несогласие Думы на назначение Сергея Юрьевича.

По нашему мнению, Глазьев действительно сыграл не последнюю роль в истории с отставкой правительства, но скорее как элемент давления на президента определенных политических сил в его окружении, что предполагалось в пятой версии. Понятно, что успех на думских выборах блока «Родина», главной публичной фигурой которого являлся Сергей Юрьевич, во многом определен использованием серьезных административных ресурсов и политтехнологических мощностей. А ими в нашей стране распоряжается Администрация президента.

Именно в кремлевской администрации было задумано выдвижение Глазьева (как, впрочем, и Ирины Хакамады) кандидатом в президенты: вряд ли он, не имея за спиной общенациональной партийной структуры, смог бы столь быстро собрать подписи в свою поддержку. Именно люди из окружения президента вели Глазьева к достаточно высоким рейтингам. И именно они отдали команду «мочить» левого экономиста после того, как отставка правительства состоялась и кабинет был сформирован на основе новых принципов.

Принципы эти — обеспечение гарантий победы Путина в первом туре президентских выборов в обмен на представительство определенного спектра политических сил в правительстве. Главную роль в этой интриге, по нашему мнению, исполнила Администрация президента — свита, играющая короля.

…Мы не знаем, как пройдут выборы 14 марта. Но уверены, что президент одержит на них ошеломляющую победу уже в первом туре. Ведь политическая элита за него уже проголосовала — в 14 часов 24 февраля.

ДВА МИХАИЛА

Михаил Михайлович Касьянов родился 8 декабря 1957 года в городе Солнцеве Московской области (ныне один из муниципальных районов Москвы). В 1983 году окончил Московский автомобильно-дорожный институт, затем Высшие экономические курсы при Госплане СССР.

После службы в армии c 1978 года работал во Всесоюзном проектном и научно-исследовательском институте промышленного транспорта Госплана СССР. С 1981 по 1990 год — в аппарате Госплана РСФСР в должности инженера, ведущего экономиста, затем главного специалиста и начальника подотдела Отдела внешних экономических связей.

В 1990 году назначен начальником подотдела Управления внешнеэкономических связей Государственного комитета экономики РСФСР. С 1991 года — заместитель начальника Управления внешнеэкономической деятельности Министерства экономики РФ — начальник отдела этого управления. В 1992—1993 годах Касьянов возглавляет подотдел Сводного отдела внешнеэкономических связей того же министерства.

С 1993 по 1995 год — руководитель Департамента иностранных кредитов и внешнего долга Министерства финансов РФ. В 1995 году назначен заместителем министра финансов, а в феврале 1999 года — первым заместителем министра финансов.

Спустя три месяца Касьянов занимает пост министра финансов РФ. С января 2000 года становится одновременно первым заместителем председателя Правительства РФ.

C 17 мая 2000 года по 24 февраля 2004 года — председатель Правительства РФ.

Владеет английским языком.

Женат, имеет дочь.

Михаил Ефимович Фрадков родился 1 сентября 1950 года в Куйбышевской области. В 1972 году окончил Московский станкоинструментальный институт, в 1981 году — Академию внешней торговли.

В 1973—1975 годах работал в аппарате советника по экономическим вопросам при Посольстве СССР в Индии, а затем до 1984 года — на различных должностях во внешнеторговом объединении «Тяжпромэкспорт» Государственного комитета СССР по внешним экономическим связям. В 1984—1988 годах — заместитель начальника Главного управления поставок ГКЭС СССР.

В 1988—1991 годах — первый заместитель начальника Главного управления координации и регулирования внешнеэкономических операций Министерства внешних экономических связей СССР, в 1991—1992 годах — заместитель постоянного представителя России при ГАТТ (Генеральное соглашение о тарифах и торговле, предшествовало созданию ВТО).

В 1992 году Фрадков назначен заместителем, а в 1993 году — первым заместителем министра внешних экономических связей России.

В 1997 году становится министром внешних экономических связей и торговли РФ.

С весны 1998 года — председатель совета директоров, а с февраля 1999 года — генеральный директор АО «Ингосстрах».

С мая 1999 года занимает пост министра торговли РФ, спустя год — первого заместителя секретаря Совета безопасности России.

С 2001 года возглавляет Федеральную службу налоговой полиции РФ.

С 2003 года является полномочным представителем России при Европейских Сообществах в Брюсселе в ранге министра. В июне 2003 года был также назначен специальным представителем президента по вопросам развития отношений с Европейским Союзом.

С марта 2004 года — председатель Правительства РФ.

Кандидат экономических наук.

Владеет английским и испанским языками.

Женат, имеет двоих детей.

Биографии двух премьеров, бывшего и нынешнего, удивительно похожи. И Касьянов, и Фрадков — экономические чиновники советской закалки: один — госплановский с внешнеэкономической специализацией, другой — из внешнеэкономических ведомств.

Оба встретили пореформенные годы на должностях среднего уровня, сделали быструю карьеру и вошли в команду реформаторов. Обоих в полной мере можно назвать ельцинскими министрами. Оба до конца 90-х годов не занимали политических должностей. Оба специализировались на экономической дипломатии и работали с западными партнерами России. Наконец, оба имеют репутацию сугубых прагматиков в экономической политике, не склонных к резким движениям.

Однако есть в их карьерном пути и различия. Во-первых, в команде Путина, сформированной, как известно, окружением Бориса Ельцина, Фрадков оказался не на ведущих ролях. Во-вторых, Михаил Ефимович в 1998—1999 годах работал в бизнесе, Михаил Михайлович же в бизнес не уходил никогда. А в-третьих, будущий премьер успел потрудиться в силовых структурах и приобрести репутацию борца с коррупцией.

Виктор ДОБРОСОЦКИЙ, представитель в Совете Федерации от Пермской области, заместитель председателя Комитета СФ по экономической политике, предпринимательству и собственности:

— Смена правительства — в чистом виде управленческое решение главы нашего государства, которое он принял в соответствии с Конституцией РФ. И в данном случае ажиотаж вокруг этого шага президента мне непонятен. Другое дело, если бы мы меняли правительство каждые полгода. А сейчас, кстати, и срок для его смены наступил. Это рабочий момент.

Последнее время все политики, пытающиеся делать прогнозы, ошибаются, и мне не хотелось бы идти по их пути. Относительно произведенных перестановок скажу лишь, что Владимир Путин выстраивает совершенно логичную кадровую политику под те цели, которые сам ставит. В правительство Михаила Касьянова входили очень профессиональные люди, чиновники высокого класса. Думаю, новый кабинет министров сформируется на его основе и преемственность будет соблюдена.

Какие министерства исчезнут с появлением нового правительств, во многом зависит от нового премьера (комментарий дан до формирования нового правительства. — Ред.). Наш государственный аппарат ничтожно мал для управления такой большой страной, как Россия, особенно если сравнить отечественные министерства с зарубежными. Сейчас он, по сути, превратился в аппарат статистов, которые только собирают информацию о том, как и что развивается, и распределяют ресурсы.

В сокращении числа министерств я не вижу смысла. Намного важнее улучшить качество работы чиновников и нацелить их на конкретные результаты. А слияние и оптимизация отдельных функций управления могут повлечь за собой снижение его качества.

На мой взгляд, с приходом нового правительства административная реформа будет развиваться, у нас просто нет другого пути. Нам необходимо сильное управление государством. Но сильное не в плане административного ресурса, а в интеллектуальном, с точки зрения квалификации задействованных в нем людей.

Без административной реформы дальнейшее движение вперед невозможно, и, насколько я понимаю, президент это осознает, потому и особо ее выделяет среди всех первоочередных задач.

Записала Елена Прогонова

ДО СВИДАНЬЯ, НАШ ЛАСКОВЫЙ МИША

Михаил Касьянов пробыл на посту премьера новой России около четырех лет (1380 дней), больше него (1925 дней) в этом «горячем» кресле усидел только Виктор Черномырдин. Причем Касьянову удалось пройти путь от «технического» премьера до перспективного публичного политика, который, весьма вероятно, будет одним из кандидатов на президентских выборах в 2008 году.

Михаил Михайлович Касьянов, госплановский работник среднего звена с внешнеэкономической специализацией, после распада СССР предпочел остаться в государственной структуре, а не уйти в бизнес, как многие другие специалисты по внешней торговле и рыночной экономике его возраста. И не ошибся: в течение нескольких лет он сделал блестящую карьеру.

Экономистов гайдаровской группы на все значимые хозяйственные посты не хватало. И потому Касьянов сначала занимает должности среднего уровня в Министерстве экономики, а затем возглавляет Департамент иностранных кредитов и внешнего долга Минфина, в то время одно из основных подразделений министерства: в начале 90-х правительство активно занимало деньги на Западе.

Чуть позже Михаил Касьянов становится заместителем министра финансов, курирующим международные финансовые отношения, что означало вхождение его в когорту ключевых экономических чиновников России. Членство в этой «райской группе» фактически пожизненное: сегодня ты заместитель министра финансов, завтра — заместитель председателя Центробанка, послезавтра — руководитель близкой к власти бизнес-структуры; затем — заместитель председателя думского комитета и вновь — заместитель министра в одном из экономических министерств. Единственный «птенец», выпавший из столь теплого гнезда, — экс-председатель Госкомимущества Сергей Беляев, другие примеры автору неизвестны.

Переходить на более высокий политический уровень, чреватый как головокружительным взлетом, так и не менее головокружительным падением, участники «райской группы» не торопятся. Касьянов и тут отличился, через непродолжительное время сделавшись министром финансов. Впрочем, этому способствовали обстоятельства, в которых он оказался.

БЕГОМ ПО СЛУЖЕБНОЙ ЛЕСТНИЦЕ

В 1998 году, после дефолта, заместитель министра Михаил Касьянов работает фактически под началом премьера Евгения Примакова. Главная его задача в тот период — ведение переговоров с западными кредиторами России, и он волей-неволей становится публичной фигурой.

Михаил Михайлович показал себя весьма успешным финансовым дипломатом, быстро приобрел прекрасную репутацию на Западе. Его дипломатический талант и деловая хватка были высоко оценены Кремлем. Позитивному отношению к Михаилу Касьянову не помешало даже прозвище Миша Два Процента (мол, за согласие России на ту или иную сделку он просил у зарубежных коллег 2% себе лично). В нашей стране, где хитринка расценивается как форма удали, это работало в пользу Михаила Михайловича, а не против него.

В начале 1999 года Касьянов становится одним из первых заместителей министра финансов, он отвечает за управление внешним и внутренним долгом. Весной 1999 года Примакова отправляют в отставку, Кремль формирует новый кабинет министров — под председательством Сергея Степашина. За портфель министра финансов разворачивается ожесточенная борьба между двумя «тяжеловесами» — прежним министром «яблочником» Михаилом Задорновым и председателем думского бюджетного комитета Александром Жуковым. Но в окружении президента Ельцина предпочли компромиссную фигуру — Касьянова.

Это назначение многие тогда сочли случайным и временным. Министр финансов должен обладать опытом управления экономикой или хорошо разбираться в бюджетных вопросах. Касьянов же не занимался ни тем, ни другим. Однако Михаил Михайлович сохранил свой пост не только в период кратковременного премьерства Степашина, но и позднее, когда главой правительства был назначен Владимир Путин. Более того, вскоре Касьянов стал одновременно первым заместителем премьера — наследника Ельцина, курирующим весь социально-экономический блок, а значит, наследником премьерского поста.

Чем руководствовались Борис Ельцин и его окружение, делая ставку на еще не обстрелянного в большой политике, не имеющего опыта хозяйственного управления Касьянова? Эксперты называют три основные причины.

Во-первых, был сделан принципиальный выбор в пользу лиц, не засвеченных на публичных постах в государстве, чтобы создать впечатление обновления власти, новизны политического режима.

Во-вторых, Касьянов зарекомендовал себя как сторонник осторожного, поступательного экономического развития, что тогда мыслилось оптимальным для премьера, и, следовательно, отсутствие у него собственной политической физиономии считалось плюсом.

В-третьих, Михаил Михайлович весьма позитивно воспринимался за рубежом, был живым олицетворением победы капитализма в России. И в этом смысле компенсировал образ бывшего офицера КГБ, «силовика» Путина. Ту же роль он мог сыграть (и сыграл) для среднего класса в России.

После отставки Ельцина Путин становится и. о. президента, а Касьянов — и. о. председателя правительства. В 2000 году, с победой Владимира Владимировича на президентских выборах, Михаил Михайлович занимает пост председателя Правительства РФ.

ВЛАДИМИР ВЛАДИМИРОВИЧ И МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ

Мы вряд ли скоро узнаем, на каких условиях Путин стал преемником Ельцина. Но очевидно, что значительная часть команды второго президента России подобрана первым, в том числе фигура номер два — председатель правительства Михаил Касьянов. Более того, Ельцин, публично напутствуя Путина, советовал ему не ссориться с Касьяновым.

Путин и Касьянов — об этом объявлялось почти официально — распределили между собой обязанности как «мистер политический» и «мистер экономический». В связи с этим Касьянов первое время демонстрировал образ чиновника-исполнителя. Его публичные выступления были содержательными только на международной арене. С экономическими идеями путинского окружения он поначалу не спорил, в большую политику не вмешивался, за что его быстро окрестили «техническим» премьером.

В экономическом регулировании Касьянов, как настоящий минфиновец, отдал предпочтение бюджетной, а не промышленной политике. Его позицию поддерживал вице-премьер и министр финансов «питерец» Алексей Кудрин. Некоторые даже говорили о минфиновской «мафии» в руководстве кабинета министров, упоминая еще одного ключевого вице-премьера — Виктора Христенко, тоже выходца из Министерства финансов.

Правительство было озабочено прежде всего бездефицитным бюджетом, бесперебойной выплатой внешнего долга, созданием стабилизационного фонда на случай падения мировых цен на нефть, а не преодолением зависимости России от сырьевого рынка. И достигло в этом, надо сказать, фантастических успехов: стабилизационный фонд и беспрецедентно большие золотовалютные резервы позволят нашей стране выдержать самые трудные ситуации на мировом нефтяном рынке.

Вместе с тем реформаторский потенциал кабинета министров, по мнению многих экспертов, оказался весьма ограничен, ведь главной задачей премьер считал сохранение макроэкономической стабильности и решал ее довольно успешно. Касьяновский период в экономической политике не без оснований называют вторым застоем. Как бы то ни было, инвестиционная привлекательность нашей страны благодаря достигнутой стабильности (конечно, не только экономической, но и политической) превзошла додефолтный уровень.

Впрочем, для минфиновца Михаил Михайлович был финансовым либералом: именно при нем и при его активном участии началась налоговая реформа, снижение административной нагрузки на бизнес. И вообще, он всегда демонстрировал активное сочувствие бизнесу — при нем достаточно эффективно работал Совет по предпринимательству, орган учета интересов бизнесменов властью.

Сведения о связях Касьянова с крупным бизнесом весьма противоречивы. Но не вызывает сомнения, что многие акции президента по равноудалению олигархов премьер встречал негативно.

Первый раунд борьбы Путина с олигархами — с угрозами в адрес Потанина разобраться с приобретением «Норильского никеля» и укрощением Гусинского с Березовским — Касьянов встретил молчанием. Угрозы остались угрозами, а Гусинский и Березовский получили «черную метку» еще от Ельцина.

Впервые Михаил Касьянов публично высказал несогласие во время снятия с должности министра-олигарха Николая Аксененко, человека, близкого к «семье». Затем выражение несогласия следовало снова и снова. Это касалось ускорения экономического роста (Касьянов выступал за развитие без скачков), резкого снижения темпов инфляции (премьер сомневался в реальности этой задачи), увеличения налогового бремени «нефтянки» (Касьянов сетовал по поводу политизированности данного вопроса), радикальной административной реформы (Михаил Михайлович не считал радикализм целесообразным), даже роли ипотеки (премьер полагал, что главным в жилищном строительстве являются программы социального жилья). Особое мнение у премьера было по ряду внутриполитических вопросов — действиям прокуратуры и силовых структур (по поводу арестов при расследованиях экономических преступлений) и, конечно, ситуации с ЮКОСом и Ходорковским.

Автору представляется, что именно позиция по последнему пункту для Путина особенно значима, поскольку связана с реализацией его понимания независимости власти от олигархов и «очищении» экономики. Взгляды премьера со всей очевидностью разошлись в этом вопросе со взглядами президента. Тем не менее вряд ли данное обстоятельство послужило причиной конфликта между первым и вторым лицами в государстве. Управленческий стиль Путина допускает наличие у членов его команды точек зрения, отличных от его собственной, и даже право высказывать их публично. А за четыре года премьерства Касьянов, несомненно, стал членом команды и соратником президента, чему не помешала даже его постоянно усиливавшаяся политизация.

Появление у Касьянова собственного политического лица породило разговоры о президентских амбициях премьера. Судя по тому, что Михаилу Касьянову, по слухам, предлагали присоединиться к противникам Ходорковского в обмен на наследование Путину в 2008 году, в Кремле эти амбиции ни для кого не секрет. А Михаил Михайлович, не согласившись на предложение (если оно, конечно, было), продемонстрировал серьезность своих намерений.

ВНЕ РОДНОГО АППАРАТА

Существует несколько сценариев дальнейшей деятельности Михаила Касьянова. Довольно давно обсуждается возможность его перехода в одну из крупных бизнес-структур или создание такой структуры специально «под него». Но с некоторых пор заговорили о том, что Касьянов может стать лидером Союза правых сил, партии, безусловно, во многом лояльной президенту. Трудно сказать, какой из вариантов реализуется.

В любом случае Владимир Путин не заинтересован в том, чтобы отпускать от себя Касьянова слишком далеко, поскольку наверняка будет стремиться контролировать ситуацию с претендентами на президентский пост в 2008 году. А потенциал Касьянова как кандидата в президенты очевиден.

Владимир ГУСЕВ, представитель в Совете Федерации от Ивановской области, первый заместитель председателя Комитета СФ по экономической политике, предпринимательству и собственности:

— Одна из причин отставки правительства — желание Владимира Путина как кандидата в президенты иметь больше контактов с населением и показать людям свои конкретные действия. Прежнее правительство, согласно рейтингам, имело очень низкий авторитет в обществе. Поэтому Путин решил продемонстрировать народу предполагаемых руководителей министерств и ведомств и посмотреть, как отнесутся люди к такому составу правительства.

Заметьте, что наибольшую неприязнь россиян вызывают олигархи. И президент уже давно обозначил свою позицию по этому поводу: олигархи должны работать на общество, а они скрывают налоги. Тем не менее председатель правительства Михаил Касьянов встал на защиту Ходорковского. Раздвоение власти недопустимо.

Какие министерства исчезнут после прихода нового правительства? Насколько изменится состав министров? Пока на эти вопросы невозможно ответить. Все зависит от того, какую модель правительства предложит комиссия по административной реформе под руководством Бориса Алешина. Владимир Путин говорил о том, что нам надо идти путем ликвидации ведомственных барьеров. И я с ним полностью согласен.

На мой взгляд, точно должны сохранить свои функции министерства образования, культуры, обороны, внутренних дел, здравоохранения и сельского хозяйства.

Думаю, что административная реформа при новом правительстве будет продолжена. Конечно, число чиновников нужно сокращать, но делать это надо там, где они действительно мешают. Нельзя проводить реформу только ради реформы.

Записала Елена Прогонова

Олег ПАНТЕЛЕЕВ, представитель в Совете Федерации от Курганской области, заместитель председателя Комитета СФ по делам СНГ, член Комиссии СФ по регламенту и организации парламентской деятельности:

— В соответствии со ст. 117 Конституции РФ президент принял решение об отставке правительства. Это, с моей точки зрения, позволяет сделать два важных вывода.

Первый — президентские выборы, так или иначе, начинают новый этап в развитии российской экономики. Утверждая отставку правительства сейчас, Путин значительно сокращает срок, предусмотренный на кадровые перестановки и перемены, которые неизбежно последуют после выборов. Что, в свою очередь, дает возможность новому составу правительства быстро приступить к работе и тем самым избежать ситуации пробуксовывания, когда дефицит политических решений снижает рентабельность экономики и инвестиционную привлекательность страны.

Второй — таким решением Владимир Путин обозначил свою позицию по отношению к стратегии экономического развития государства. Мы слишком долго ориентировались на экономику сырьевого типа. Действовавшее до недавнего времени правительство полностью поддерживало этот курс. Дефицит идей и дефицит прорывов на новые международные рынки стал его визитной карточкой. России же сегодня как никогда нужны именно такие прорывы. И у нас есть потенциал, чтобы их совершать. Это особенно четко показали последние контракты с Индией на поставку вооружения.

Записала Елена Прогонова