Анатолий СУСЛОВ: «НАШИ ПЛАНЫ — ИДТИ В НОГУ СО ВРЕМЕНЕМ»


Беседу ведет Татьяна Пудова

Мост через Северную Двину в Архангельске с подъемным пролетом для пропуска морских судов, двухъярусный мост с наклонной фермой через Москву-реку на Третьем транспортном кольце столицы, мост через Вятку в Кирове, через Енисей в Красноярске, совмещенный двухъярусный мост через Амур в Хабаровске… Во всех этих сооружениях есть труд рабочих и специалистов ЗАО «Улан-Удэстальмост», крупнейшего в Сибири и на Дальнем Востоке производителя металлических мостовых конструкций. Вот уже 30 лет компания выпускает продукцию высочайшего качества. О том, как этого добиваются на предприятии, мы беседуем с генеральным директором ЗАО «Улан-Удэстальмост» Анатолием Сусловым.

— Анатолий Александрович, продукция, выпускаемая вашим предприятием, имеет стратегическое значение. Накладывает ли это какие-либо ограничения на внедрение инноваций, освоение новых технологий, направлений деятельности?

— То, что наша продукция имеет стратегическое значение, не влечет за собой никаких ограничений относительно инноваций. Конечно, есть нормативная документация, регламентирующая основные характеристики нашей продукции, но и в этих рамках поле для совершенствования производства обширно. Более того, стратегическое значение продукции обязывает государство заказывать ее, что в свою очередь мотивирует многие предприятия заниматься ее выпуском. Естественно, что между ними возникает здоровая конкуренция, которая вынуждает искать более совершенные технологии.

— У ЗАО «Улан-Удэстальмост» есть заказчики из северных и приморских городов. Какие технологии используются вами для увеличения срока службы покрытия изделий в критических климатических условиях?

— Действительно, в последние годы значительно повысились требования к антикоррозионному покрытию конструкций. Все шире применяются цинконаполненные грунты, для нанесения которых нужно создать шероховатость поверхности металла, достаточную для хорошей адгезии покрывного слоя. На заводе разработана и изготовлена камера дробеструйной очистки металлоконструкций с механизированным сбором и очисткой дроби, планируется дальнейшая модернизация установки. В 2003 году по просьбе ряда заказчиков после покрытия конструкций грунтовым слоем мы начали наносить промежуточный слой и окончательный лакокрасочный слой.

— Динамика сегодняшней жизни требует постоянного сокращения сроков строительства. Как идет корректировка производственного процесса на вашем предприятии с учетом этой тенденции?

— Вы правы, время долгостроев прошло. Сегодня заказчики требуют жестких сроков исполнения. Поэтому сокращение продолжительности производственного процесса стало одной из самых актуальных задач предприятия. Конечно, были и есть внутренние ресурсы. В первую очередь это касается диспетчерской службы. Когда мы занялись ее совершенствованием, неожиданно столкнулись с проблемами психологического плана. И руководители подразделений, и рядовые сотрудники стремятся к спокойной, равномерной работе. А ведь у нас нередки авралы, когда от всех требуется полная мобилизация и большое значение приобретает скорость выполнения операций. Вот нам и приходится заниматься изменением отношения персонала к своим обязанностям.

— Но это, наверное, не единственный путь для ускорения производства?

— Безусловно, есть и другие. Но они ни в коей мере не исключают первого. Я имею в виду компьютеризацию производственных процессов, внедрение новых технологий, станков с числовым программным управлением (ЧПУ). Но все это требует значительных денежных средств и, естественно, времени.

Даже в самые тяжелые для завода годы, во второй половине 90-х, мы постепенно приобретали производственные механизмы с ЧПУ. Речь идет в первую очередь о сверлильном оборудовании. Собственными силами разработали и изготовили газорежущую машину «Буран» для прямолинейного раскроя листового металлопроката. На базе типовой газорежущей машины ПКФ изготовили практически новую машину с ЧПУ для фигурной резки. Заказали газорежущую машину «Ритм» с ЧПУ, собираемся приступить к ее монтажу уже в феврале этого года. В нынешнем году планируется и монтаж газонаполнительной станции для приготовления смеси инертных газов, используемых в сварочном производстве. Мы также намерены заменить основную часть сварочного оборудования на более современное. Надо сказать, что это очень дорогостоящий проект.

— Но ведь компьютеризация предприятия тоже вносит существенный вклад в ускорение производственного процесса?

— На заводе принята соответствующая программа. И она планомерно выполняется. Уже полностью компьютеризирован отдел главного конструктора и в значительной мере — технологические отделы. Также компьютеризированы раскрой металлопроката и выпуск сопроводительной документации, бухгалтерский учет и работа отдела кадров. Проблема не в отсутствии компьютерной техники, а в том, что нет необходимого программного продукта. На рынке имеются неплохие программы, охватывающие экономическую сторону деятельности предприятия, но у них весьма слабые технологические и технические подпрограммы или же их вообще нет. А без этого вся система оказывается нерабочей. В то же время есть технические программы, в которых, к сожалению, упущены экономические вопросы деятельности компании. Приходится самим заниматься компьютерными разработками или же доводить до ума уже существующие.

— А как в условиях ускорения темпов строительства осуществляется контроль качества?

— В 2003 году завод делал металлоконструкции для автодорожного моста на Сахалине, заказчиком которого являлась нефтедобывающая компания из США, а генеральным подрядчиком — американская строительная компания. При первой же встрече они нас предупредили, что будут принимать каждый изготовленный элемент. Однако через два дня, ознакомившись с заводом, партнеры заявили, что в подетальной приемке конструкций нет необходимости, так как наша система контроля качества вполне их удовлетворяет.

Чтобы выпускать продукцию, соответствующую проектной документации, важно иметь систему обязательных действий — систему, которую не нужно подталкивать. Она должна работать самостоятельно. Это входной контроль получаемого металлопроката, сварочных материалов, мерительного инструмента, своевременная переаттестация сварщиков и обязательное документальное оформление всего перечисленного.

Значительную часть данных функций выполняет центральная заводская лаборатория. Здесь же проводятся испытания высокопрочных метизов, образцов металла и сварных швов на механические свойства и химический состав, ультразвуковой контроль сварных швов, обслуживание контрольно-измерительных приборов, метрология. Имидж завода в первую очередь определяется квалификацией заводской лаборатории. Ни сжатые сроки, ни неблагоприятная порой экономическая ситуация в стране, ни любые другие факторы не должны влиять на качество мостовых конструкций, ведь мост строится на многие десятки лет.

— Некоторое время назад на вашем предприятии разрабатывался инвестиционный проект по внедрению нового технологического процесса резки листовой стали при заготовке деталей мостовых конструкций с помощью лазерных установок. Какова его судьба?

— Если раньше я говорил о замене оборудования на более прогрессивное, то упоминая о лазерных установках, мы подразумеваем уже новые технологии. Так как с применением лазера ожидаем значительного изменения и упрощения всего технологического процесса производства конструкций. Соответственно рассчитываем и на получение экономического эффекта. В настоящий момент заключены договоры на изготовление двух лазерно-технологических комплексов. Первый комплекс поступит на завод уже в конце февраля этого года.

— То есть удаленность от научных центров никак не отражается на ваших планах?

— Мы живем в XXI веке, когда есть надежная телефонная связь, факс, электронная почта и Интернет, если необходимо, то и ежедневные авиарейсы из Улан-Удэ в Москву. Все это позволяет не чувствовать значительной удаленности от научных центров страны.

— Давайте отойдем от технической стороны дела и поговорим немного об экономической. Известно, что с 1995 года в ЗАО «Улан-Удэстальмост» накапливалась задолженность в бюджеты различных уровней. К 2000 году долги и пени достигли огромных сумм. В том же году предприятие впервые смогло рассчитаться с большой частью долгов. Какие меры позволили изменить ситуацию?

— Дело в том, с 1995 года у нас начали практиковаться бартерные расчеты за изготовленную заводом продукцию, и довольно скоро они уже составляли основную часть в общем объеме расчетов. Работать стало невероятно сложно. Надо было обменивать полученные материальные ресурсы на все необходимое для работы завода, выплачивать заработную плату и, конечно, налоги. Если внесение налогов в местный, республиканский бюджеты и целый ряд фондов удавалось производить методом зачетов, используя опять же бартер, то для расчетов с федеральным бюджетом, Пенсионным фондом и Фондом обязательного медицинского страхования требовались «живые» деньги. Безусловно, какую-то часть мы выплачивали, но недоимки неуклонно росли. Ситуацию усугубляло начисление пеней. Для примера: на 3,5 млн руб. недоимки в Фонд обязательного медицинского страхования было начислено 15 млн руб. пеней. Комментарии, как говорится, излишни.

В 2000 году бартерные расчеты отошли в прошлое, и предприятие смогло производить текущие выплаты в бюджеты и внебюджетные фонды полностью, но накопленные ранее недоимки оставались, и сумма их была огромной. Созданные долговые центры и служба судебных приставов серьезно осложнили жизнь предприятия. Но тут невольно вспоминается старинная русская поговорка «Страшен черт, да милостив Бог» — в 2001 году вышли два известных правительственных постановления о реструктуризации задолженностей в бюджеты и Пенсионный фонд, и ситуация кардинально изменилась. Конечно, предприятие еще многие годы будет рассчитываться за старые долги, но это уже совсем другие, подъемные суммы. А сейчас, по прошествии нескольких лет, приходит в голову такая мысль: возможно, бартерные расчеты тоже сыграли положительную роль — помогли заводу не остановиться, выжить в трудное время. Объекты, построенные в те годы, верой и правдой будут служить людям по меньшей мере весь XXI век.

— Будем надеяться, что самое тяжелое осталось позади. Сегодня уже можно говорить о стабильности компании. На ваш взгляд, что ее гарантирует?

— Во-первых, корпоративность. «Улан-Удэстальмост» и еще пять заводов объединены в ОАО «Мостостройиндустрия», входящее, в свою очередь, в корпорацию «Трансстрой». Поиск заказов и поставщиков металлопроката, ценовая политика, в ряде случаев совместное изготовление особо крупных и срочных заказов, связь с проектными и научными институтами, НИОКРы — вот далеко не полный перечень вопросов, решаемых нами корпоративно.

Во-вторых, 30-летняя история завода. За это время он успел занять достойное место на рынке и завоевать уважение клиентов. Марка «Улан-Удэстальмоста» всегда подразумевает высокое качество исполнения. Ну и, конечно, нельзя забывать о людях, которые, несмотря на трудности и всевозможные перипетии, остаются верными родному заводу. Если бы не они, мы бы сейчас с вами не разговаривали.

— На конференции «Результаты сотрудничества за 2002—2003 годы и перспективы развития взаимоотношений», проводившейся в июле, ряд предприятий, в том числе и ЗАО «Улан-Удэстальмост», выразили готовность подписать «Соглашение о стратегическом партнерстве на 2003—2005 годы» с ОАО «НОСТА». На каком этапе сейчас находится работа по подготовке этого соглашения?

— Такое соглашение уже существует. Оно подписано от нашего имени руководством ОАО «Мостостройиндустрия». Орско-Халиловский металлургический комбинат (ныне ОАО «НОСТА») всегда являлся основным поставщиком мостовых сталей для наших предприятий. Сейчас производство такой стали освоено на Череповецком и Магнитогорском металлургических комбинатах, с которыми мы также поддерживаем тесные партнерские отношения. Но ОАО «НОСТА» остается главным поставщиком. При любых изменениях на российском и зарубежном рынках металлопроката руководство этого комбината всегда учитывает запросы и интересы наших заводов. Мы надеемся на долгую совместную работу.

СПРАВКА «БОССа»

Решение о строительстве завода «Улан-Удэстальмост» было принято в 1968 году. Уже 21 марта 1973 года государственная комиссия подписала акт о приемке его первой очереди. В декабре того же года введена в действие вторая очередь. В 1977 году вступил в строй цех очистки, консервации и отгрузки мостовых конструкций. Основные и вспомогательные цехи завода размещены в главном корпусе общей площадью 80 тыс. кв. м.

Для жизнеобеспечения завода в его производственной структуре имеются:

  • электрическая подстанция;
  • ацетиленовая станция;
  • кислородная станция;
  • компрессорная станция;
  • железнодорожное депо и подъездные пути;
  • пожарная часть;
  • шесть артезианских скважин;
  • транспортный цех.

    В 2003 году ЗАО «Улан-Удэстальмост» изготовлено более 19 тыс. т мостовых металлических конструкций на сумму 573 млн руб. Объем выпуска продукции по сравнению с уровнем 2002 года возрос на 24%, объем продаж — на 43%.

    Численность работающих на заводе составляет 1,5 тыс. человек. Из них 302 сотрудника имеют высшее образование.

    Продукция, поставляемая заводом — стальные автодорожные и железнодорожные мосты, путепроводы и эстакады, — служит экономическому развитию многих регионов — от Москвы и Санкт-Петербурга до Сахалина и Камчатки.

  • Такие поставки осуществлялись в 70—80-х годах по линии «Внешторгэкспорта». Эти страны нельзя причислить к рынкам сбыта завода. Поставки объяснялись политикой Советского Союза по отношению к странам, идущим по пути некапиталистического развития. Другими словами, речь идет об инвестициях нашего государства. Небольшой завод не может самостоятельно осуществлять подобные инвестиционные программы. Поэтому возможность освоения зарубежных рынков сейчас ничтожно мала.
  • Вопрос несколько не по теме, но достаточно актуальный для многих. В чем вы, как специалист, видите решение проблемы воровства цветных металлов в масштабах страны?
  • К сожалению, эта проблема существует, и сегодня от нее никуда не денешься. Спрос всегда рождает предложение. Если объявить скупку любого материала, повторится история, как и с цветными металлами. Все дело в том, что у нас перепутали понятие свободы предпринимательства со свободой воровства и скупки краденого. Бытовой лом цветных металлов, к примеру бабушкины самовары, был скуплен в первый же месяц открытия пунктов по его приему. Потом уже пошла скупка краденого лицензированными фирмами. Однако проблему решить очень просто. Достаточно принять нормативные акты, согласно которым продавать отходы цветных металлов имели бы право только предприятия, фирмы и индивидуальные предприниматели, использующие их в работе. Прием же от всех остальных компаний и частных лиц необходимо запретить. Думаю, это единственно возможное сегодня решение.
  • Внутренний рынок металлопродукции России в значительной степени зависит от мирового рынка, который сегодня нестабилен. Как отражается на вашем предприятии такая ситуация?
  • Влияние мирового рынка может как отрицательно сказываться на благополучии нашего предприятия, так и дать мощный импульс для дальнейшего развития. Сейчас много говорится о том, что Россия в силу своего географического положения и благодаря построенным автострадам имеет возможность связать крупнейшие торгово-промышленные центры мира. Здесь все зависит от большой политики. Мы же лишь небольшое предприятие, которое может способствовать ее проведению.
  • Ну и последний вопрос. Ваши планы?
  • Жить! Идти в ногу со временем.

    ***

    Анатолий Александрович Суслов родился 8 февраля 1952 года. Окончил Восточно-Сибирский технологический институт по специальности «Технология машиностроения, металлорежущие станки и инструменты».

    После окончания института в 1979 году пришел на «Улан-Удэстальмост». Работал старшим мастером кузнечно-механического цеха, заместителем начальника и начальником этого же цеха. Затем был начальником механосборочного цеха и основного цеха завода по сборке металлоконструкций автодорожных и железнодорожных мостов. С октября 1991 года — главный инженер завода, с октября 1997 года — генеральный директор ЗАО «Улан-Удэстальмост».

    Депутат Народного хурала Республики Бурятии, член Комитета Народного хурала Республики Бурятии по экономической политике, использованию природных ресурсов и охране окружающей среды.