Павел ВОРСУНОВ: «МНОГОЕ СДЕЛАНО, НО СКОЛЬКО ЕЩЕ ПРЕДСТОИТ!»


Беседу ведет Татьяна Пудова

Во времена Александра Сергеевича Грибоедова Саратов, как известно, считался глушью. Сегодня это современный город с десятками предприятий, памятников культуры и с не меньшим количеством проблем. Чем же сейчас живет столица Саратовской губернии? Об этом мы разговариваем с первым заместителем мэра города Павлом Ворсуновым.

— Павел Анатольевич, давайте вернемся на год назад, в октябрь 2002-го, когда вас назначили первым заместителем мэра Саратова. Какие задачи вы тогда перед собой ставили?

— Направление, которое мне досталось курировать, не из легких. Это ЖКХ, коммуникации, энергетика, транспорт — именно то, что является сердцем города, определяет его жизнеспособность. Проблемы, существующие в этих отраслях, возникли не год и не два назад. Они накапливались десятилетиями, что лишь усугубило ситуацию. Из-за дефицита бюджетных средств, выделяемых на их решение, мне пришлось выбрать ряд приоритетных направлений и полностью сосредоточиться только на них.

— С одной стороны, год — это слишком мало, чтобы можно было говорить о каких-то серьезных результатах, но с другой — самое время подвести первые итоги. Какие из них, на ваш взгляд, наиболее важные?

— Прежде всего нам удалось решить проблемы, связанные с теплоснабжением Саратова, конечно, не все, а самые наболевшие. В городе есть четыре теплоисточника ОАО «Саратовэнерго», 168 муниципальных котельных, больше 250 ведомственных. Последние десять лет ведомственными котельными никто не занимался. Средства, которые выделялись на приемку ведомственного жилищного фонда, шли на погашение задолженности энергетикам. Расчет был на то, что оставшиеся после выплаты долга деньги будут направлены на ремонт коммунальных сетей, котельных и т. д. Но их, естественно, не оставалось.

Особенно тяжелая ситуация сложилась с переданным нам жилищным фондом авиационного завода, закрывшегося несколько лет назад. Мы приняли решение в кратчайшие сроки построить там две котельные с разводящими сетями. Сегодня эта задача практически уже выполнена. Несмотря на то что нормативный срок строительства таких объектов — два года, одну котельную возвели за четыре месяца, начиная с разработки проекта и заканчивая приемкой. Она уже стоит, а через неделю-две заработает. Решили проблему и со второй блочной котельной. Привезли модуль, подключили к разводящим сетям. Остались только незначительные работы. Теперь как минимум 30—60 лет за нее можно не волноваться.

— Вокруг Саратова много деревень, юридически входящих в его состав. В самом городе проблему теплообеспечения почти решили. Можно ли то же самое сказать про деревенскую окраину?

— Да, деревень у нас много. Только в один Заводской район входит 17 поселков. До недавнего времени самым проблемным по теплоснабжению у нас считался поселок Зональный. Местная котельная отапливала склады и два жилых дома. Для того чтобы не жечь топливо зря, было принято принципиальное решение: каждой квартире — отдельный котел. Теперь в квартирах установлены собственные котлы, и люди могут начать отопительный сезон тогда, когда посчитают нужным. Эту практику мы намерены продолжать. Уже сейчас работаем над проектной документацией по другим поселкам, планируем к следующему отопительному сезону перевести на индивидуальное отопление поселок ЦДК.

— Известно, что долгое время в Саратове существовала такая проблема, как подпиточная вода от теплоисточников. Удалось ли что-то сделать в этом направлении?

— В текущем году мы заложили в бюджете 40 млн руб. для перехода на закрытую систему водозабора.

— Разве этого хватит?

— Конечно, нет. Чтобы полностью решить проблему, нам необходимо 200 млн руб., но такие затраты бюджет не потянет. На выделенные деньги мы закупили оборудование и начали работы. Пока закрываем 30 тепловых пунктов из 127. Конечно, это очень мало, но эффект уже есть. Примерно через год все затраты окупятся. У меня мечта, чтобы на будущий год нам дали еще денег, хотя бы опять 40 млн. Если это произойдет, значит, с проблемой мы справимся.

Я считаю, что в нынешнем году мы совершили хотя и маленький, но все же прорыв и в другом направлении. На протяжении последних 15 лет постоянно шли разговоры о том, что надо ремонтировать путепровод на 3-й Дачной улице. Трамвай, который ходил по этой улице, был палочкой-выручалочкой для многих. Однако путепровод держался на честном слове.

И вот в 2003 году на ремонт путепровода нам выделили 15 млн руб. из областного бюджета. Мы рассмотрели четыре проекта, но в эту сумму их сметы никак не умещались. Самое малое, что у нас выходило — 24 млн руб. Со стартовым капиталом почти в половину от необходимой суммы мы решились на ремонт путепровода, причем без остановки движения. Пригласили солидную подрядную организацию — наших, саратовских мостостроителей. С нормативным сроком реконструкции путепровода семь месяцев они сделали его за четыре, да к тому же еще с опережением графика на две недели. Я видел, как они работают. В выходные, и днем, и ночью. Молодцы ребята! Для нас сейчас дело чести — расплатиться с ними полностью и как можно быстрее. Недавно на заседании областной думы обсуждали вопрос о выделении на это из бюджета области 9 млн руб. Ни один депутат не проголосовал против.

Что нам еще удалось сделать за год? Мы практически полностью решили проблему учета всех видов энергоресурсов в социальной сфере, где нам приходится оплачивать воду и электроэнергию. И эта работа будет продолжаться уже по каждому отдельному дому.

— И как результаты? Меньше стали платить?

— Как ни парадоксально, везде по-разному. Приведу один пример. Недалеко от нас есть гостиница и ресторан «Москва». Они неоднократно заявляли, что им выставляют слишком большие счета за воду. Смонтировали приборы учета. В результате им пришлось платить в семь раз больше.

— Я заметила, что у вас в городе вечером довольно темно, улицы не освещаются, фонари не горят. Получается, неправду в песне поют: «Огней так много золотых на улицах Саратова»?

— Освещение — наша боль, наша беда. 23—24 октября в городе прошел сильный снегопад. И до него-то освещение было только на 50% от необходимого, а снегопад полностью погубил контактную сеть, что привело к остановке транспорта. На аварийно-восстановительные работы после стихийного бедствия затратили 10 млн руб.

Сложилась тяжелейшая ситуация, тем не менее мы с ней справились и восстановили то, что было, а заодно подготовили программу по полному освещению города.

— И во сколько она выливается?

— В 347 млн руб.

— Для сравнения: какой бюджет города?

— Около 4 млрд руб.

— То есть получается примерно 12-я часть годового бюджета. Существенно, однако.

— Конечно, мы таких денег никогда не увидим. Но если бы нам выделили хотя бы 50 млн руб., мы бы доказали, убедили депутатов, что город может быть намного красивее и лучше. Тогда, глядишь, нам бы еще дали денег на освещение. А может, и не только на освещение. Саратов — это ведь столица губернии, в городе проживает почти 870 тыс. жителей. Хочется, чтобы здесь было уютно и красиво. Разбить клумбу, отремонтировать фонтаны — вроде бы мелочи, но в то же время они способны до неузнаваемости изменить облик города. У меня, да и у нашего мэра Юрия Николаевича Аксёненко, есть мечта — восстановить каскад фонтанов. Но на это нужны десятки миллионов рублей.

— Красоты, конечно, хочется. Но вернемся к более прозаическим вещам. На будущий год в федеральном бюджете отдельной строкой внесен ремонт саратовского «Водоканала». Неужели проблема настолько остра, что нельзя было справиться внутренними силами?

— Саратовский водопроводный комплекс строили еще пленные немцы. Ему более 50 лет. Он полностью отслужил свое. Сейчас здесь нельзя проводить никакие работы, даже ремонт оборудования. Нужно полностью менять весь комплекс, а возможно, и заниматься строительством нового водозабора. Юрий Николаевич много раз обращался в Госстрой России с этим вопросом. Наконец два месяца назад к нам приехал заместитель председателя Госстроя Леонид Чернышов. Мы с ним спускались под землю, смотрели, что происходит с коммуникациями. А происходит вот что: арматура торчит, вода бежит. В любой момент комплекс может разрушиться. Если это произойдет, половину Саратова смоет.

— Да уж, картина не из веселых. И какова цена вопроса?

— Если подойти к решению проблемы комплексно — 700 млн руб. Мы запросили у Госстроя 70 млн. А там уж сколько дадут… Инженерные системы надо развивать. Это жизненно важный орган города. Как, например, кровеносная система у человека. Случись что — и организм заболеет. Мы стучимся во все двери в Москве, частые гости в Госстрое, пытаемся добиться финансирования, поскольку работать в долг уже совесть не позволяет. Стыдно просить у организаций помощи, зная, какие суммы мы им должны. К счастью, небольшие подвижки в этом вопросе есть. В 2003 году нам выделили на ликвидацию задолженностей 20 млн руб., надеемся, что в будущем удастся получить еще 35 млн руб. Конечно, огромная заслуга в этом нашего мэра. Только благодаря тому, что он постоянно твердит о нашей боли, наших проблемах, в Москве про нас не забывают.

— Проблема ЖКХ — больной вопрос для многих регионов. И все его решают по-разному. Одни пускают на самотек, другие привлекают малый бизнес, третьи — большой. Как это делается в Саратове?

— Мы активно сотрудничаем с малым бизнесом и, надо сказать, очень довольны результатами. Два года назад обслуживание Фрунзенского района Саратова полностью взяли на себя частные компании. Сегодня там уже нет ДЭЗов, а созданы товарищества собственников. Слесари ходят на работу в галстуках! Но самое главное — кардинально изменилось качество обслуживания. За два года от жителей района не поступило ни одной жалобы на грубое обращение или непрофессиональную работу! Частник ведь заинтересован в том, чтобы нигде не текла вода, все окна были застеклены, а в подъездах как следует закрывались двери, поскольку от этого зависит его доход. По пути Фрунзенского в 2003 году пошли еще несколько районов. Мы уверены, что результаты также будут положительными.

— А администрация города малому бизнесу в ЖКХ помогает?

— Конечно! В этом году сложилась такая ситуация, что в последний момент, прямо перед началом отопительного сезона, частники отказались от нерентабельной котельной. Мол, она совсем старая, администрация в нее ничего не вкладывает, а самим предпринимателям ремонт не под силу. Мы обратились к фирме «Теплый город», специализирующейся на оборудовании для ЖКХ. Ее сотрудники за считанные дни привезли из-за границы новый котел, разобрали крышу у котельной, вытащили старый котел, поставили новый, замуровали и запустили. И так переоборудовали три котельные. Как видите, малый бизнес мы по мере сил поддерживаем. Кроме того, отстаиваем его интересы на всех уровнях, проводим переговоры с банками, чтобы те предоставляли кредиты под нормальные, а не грабительские проценты.

— Многие регионы в этом году стали сотрудничать с акционерной компанией «Российские коммунальные системы» (РКС). Как вы отнеслись к этой возможности?

— Я довольно осторожно отношусь к деятельности РКС и считаю, что Юрий Николаевич принял правильное решение: мы отдали РКС только один район. Посмотрим, как они переживут зиму, выполнят свои обязательства, а там уже можно будет говорить о том, эффективно это или нет.

— Кстати, о зиме. Отопительный сезон уже начался. Как себя чувствует город?

— Несмотря на то что некоторые соседние регионы оказались в кризисном положении, у нас пока все идет нормально. Мы затянули потуже поясок, наметили для себя перечень неотложных мер, утвердили его на городской думе и после подписания мэром выполнили в полном объеме. Получив разрешение на начало отопительного сезона, мы в течение недели дали тепло для всех потребителей.

В прошлом году у нас была неприятность с одним предприятием, где из-за халатности разморозили теплоисточник. Потом пришлось две недели ремонтировать, а жители поселка, который оно отапливало, сидели без тепла. В нынешнем году мы сделали по-другому. Завели на каждый из 14 домов этого предприятия паспорт готовности. С участием его представителей, ДЭЗа, администрации города и самих жителей провели проверку готовности, после чего представители каждой стороны расписались в этом документе. Собираемся ввести такой опыт в повсеместную практику.

— Вы пришли в администрацию год назад и сразу же стали заниматься неотложными, кризисными вопросами. А что делается на перспективу?

— Все строительство мы ведем только с применением самых современных технологий и материалов, не стремясь удешевить смету. В каждой новой квартире устанавливаются приборы учета воды и тепла. Это совершенно новое для города направление, которое дает огромную экономию для бюджета сейчас и исключает дополнительные затраты в дальнейшем. Также большие перспективы мы связываем со строительством газотурбинных ТЭЦ мощностью 29 МВт каждая, их проектирование намечено на следующий год. Через два года после пуска ТЭЦ электроэнергия, выработанная ими, будет стоить дешевле, чем сейчас на ФОРЭМе. Помимо простой экономии мы получим дополнительный источник тепло- и электроснабжения. А где тепло и электричество, там и новое строительство.

Кроме того, мы приобрели в этом году значительное количество техники для ЖКХ, в частности более 20 единиц мусоровозов, три аварийные машины. Порядка 20 млн руб. потратили на приобретение дорожной техники, и прежде всего поливомоечных машин. Но работы впереди — море. Очень серьезная проблема — транспорт. Особенно социальный: трамваи и троллейбусы. Подвижной состав дышит на ладан. Задача, которая стоит перед нами на будущий год, — купить хотя бы 10—12 троллейбусов. По идее нам нужно как минимум 100 единиц. Но даже если удастся приобрести 10—12, Саратов вздохнет свободнее.

Да, в городе многое сделано, но сколько еще предстоит! Мне приносят по четыре папки жалоб в день. Читаю я их и думаю: какую резолюцию наложить? «Читал, думал, плакал»? Что можно еще написать, если бюджет города не в состоянии решить все проблемы? Мы зарабатываем деньги, собираем налоги, содержим всю губернию, а взамен получаем копейки.

— Если бы в федеральном бюджете финансирование области и Саратова прописывалось отдельно, это бы решило проблему?

— Это наша мечта. Из-за недофинансирования у нас даже нет возможности привлекать инвестиции. Мэр Саратова лично вел переговоры с московскими бизнесменами. Мы готовы предоставить им центральные площадки в городе, льготы, какие они пожелают. Но в любой серьезный проект необходимо вложить как минимум 30% собственных средств, которых у города нет. Мы планируем построить аквапарк. Уверены, что он будет пользоваться большой популярностью. Готовы отдать инвесторам ряд площадок для строительства жилья — только бы снести ветхие и аварийные дома. Но мы реально оцениваем свои возможности и в этих направлениях пока продвигаемся медленно.

— Не хотелось бы заканчивать наш разговор на такой грустной ноте. Все-таки Саратов продолжает развиваться, расти. Понятно, что проблем хватает, но, как говорится, у кого их нет? Вы ведь помимо ЖКХ, энергетики и транспорта отвечаете за промышленность. Известно, что в этой области в городе наметились позитивные сдвиги.

— До недавнего времени на грани банкротства находился завод «Оргсинтез» (бывший «Нитрон»). Раньше это была мощная организация, насчитывающая 6 тыс. сотрудников. Сейчас всего 2,5 тыс., но отрадно, что завод заработал, начал подниматься с колен. Перспектива есть по авиационному заводу. В советский период там работало около 12 тыс. человек, делали до 18 самолетов в год, но в 90-х годах предприятие фактически остановилось. В этом году по указанию президента Российской Федерации Саратовский авиационный завод включен в Федеральную целевую программу «Развитие гражданской авиационной техники на 2002—

2010 годы».

Неплохо сейчас работают такие предприятия, как «Техстекло», ряд компаний по выпуску кирпича, железобетонных изделий, подшипниковый завод, который выстоял во времена разрухи и теперь демонстрирует неплохие результаты.

Успешно развиваются предприятия связи. Сегодня в Саратове нет проблем с установкой телефона. А ведь раньше люди ждали в очереди по 20—30 лет.

— Как известно, любое дело по плечу, если за него взялась хорошая команда. На ваш взгляд, обладает такой командой руководство города?

— Несомненно. Это высококвалифицированные специалисты, настоящие профессионалы. Да, мы часто спорим, даже, бывает, ругаемся, но результатом наших бурных дискуссий становятся грамотные и перспективные решения.

СПРАВКА «БОССа»

Павел Анатольевич Ворсунов родился в 1960 году в селе Березово Пугачевского района Саратовской области.

В 1984 году окончил энергетический факультет Саратовского политехнического института по специальности «Электроснабжение промышленных предприятий».

Трудовую деятельность начал на Метизном заводе. Был электромонтером, мастером, энергетиком, после чего перешел на партийную работу.

В администрации города с 1991 года: работал главой администрации Заводского района, главой администрации Октябрьского района, министром ЖКХ Саратовской области. С 2002 года — первый заместитель мэра Саратова. Квалификационный разряд: государственный советник 1-го класса.

Женат, имеет троих детей.{EMAILPRINT}