Тревоги по поводу кризиса можно отложить


Евгений ЯСИН

Эксперты МВФ недавно нас напугали: темпы роста российского ВВП на 2002 год снижены в прогнозе фонда с 4,2 до 3,6%. Самое главное в этом прогнозе — повышательная тенденция на следующий год сменилась понижательной.

Россия не единственная страна, у которой уменьшается прогнозируемый ВВП. После событий 1997—1998 годов и 11 сентября минувшего года мировой экономический кризис — в лучшем случае, рецессия — стал фактом. Для России мировой кризис опасен прежде всего сокращением спроса на товары российского экспорта и соответственным уменьшением цен и доходов страны. Это, естественно, может сбить с ритма начавшийся экономический подъем. При этом основной вопрос — цены на нефть.

Экономическая экспертная группа (ЭЭГ) при Минфине России полгода назад разработала прогноз динамики российской экономики и состояния бюджета в трех вариантах в зависимости от цен на черное золото.

Если они упадут до $15 за баррель, то произойдет резкое уменьшение темпов роста ВВП (1,7—2,5%), практически означающее прекращение подъема экономики и сохранение имеющегося на сегодня отставания от развитых стран. Вариант цены в $18 за баррель нас тоже не устраивает. Прогноз МВФ на 2002 год — $18,5 за баррель, однако реальные цены на нефть сейчас значительно выше. Так что в ближайшей перспективе, несмотря на неважные показатели производства в первые месяцы 2002 года, привычные тревоги по поводу нового кризиса в российской экономике можно отложить.

А как будет при этом выглядеть российский бюджет? Дополнительные доходы в 2002 году, по расчетам экспертов, будут получены только при самом оптимистическом сценарии, и то мизерные, несравнимые с огромной суммой в 341 млрд руб., заработанной в 2001 году.

Оптимисты полагают, что финансовый резерв может составить 4,9 млрд руб., реалисты склоняются к цифре 3,3 млрд руб., а пессимисты считают его нулевым. Таким образом, идея формирования собственных ресурсов для выполнения обязательств по внешнему долгу в 2003 году оказывается весьма сомнительной. Стране придется прибегать к займам у МВФ и на еврорынках на сумму как минимум $4 млрд и еще брать валютный кредит у Центробанка тоже примерно на $4 млрд.

В этом случае вступит, видимо, в силу договоренность с МВФ и, не поддерживая реструктуризацию долга России Парижскому клубу, фонд вернется к ее кредитованию в чрезвычайных обстоятельствах. Однако пока неясно, может ли быть сочтено чрезвычайным обстоятельством возможное снижение цен на нефть до $15 за баррель при том, что страна не намерена ни повышать налоги, ни сокращать расходы. К тому же по расчетам аудиторской компании ФБК, граница безубыточности федерального бюджета лежит даже ниже $15 — на уровне $11,5 за баррель. Замечу, что вряд ли долги нам спишут за активную поддержку в борьбе против международного терроризма, ведь должны мы в основном Германии.

Россия заняла позицию погашения внешнего долга по собственному графику, прекратив переговоры по реструктуризации, так же как и заимствования у МВФ. Следует признать, что за последнее время правительство преуспело в уменьшении долгового бремени. На 1 июля 2001 года, по данным Минфина, внешний долг Российской Федерации составил $137,8 млрд против $158 млрд в 1998 году. Сокращение произведено за счет погашения долга в отсутствие новых займов, а также, вероятно, за счет операций по скупке долгов России банками, контролируемыми государством. Сумма долга составляет примерно 44% ВВП России в 2001 году в долларах по рыночному курсу, что вполне приемлемо для определения кредитного рейтинга страны. Новый пик платежей, приходящийся на 2003 год, снижен с $19,5 млрд до $17 млрд. Финансовый резерв, созданный правительством к концу 2001 года, составил около $2,7 млрд. На этом основании премьер Михаил Касьянов заявил в феврале, что проблема внешнего долга решена. Я думаю, что проблема сохраняется, хотя и потеряла остроту.

Полагаю, что в свое время переговоры о всеобъемлющем урегулировании внешнего долга, включая его частичное списание, не следовало прекращать. Хотя бы периодические консультации необходимо было продолжать независимо от того, могли мы рассчитывать на успех или нет. Тогда, возможно, удалось бы дождаться изменения позиции партнеров. Но теперь возвращаться к данному вопросу уже не стоит, разве что в крайнем случае.

И вот почему. Во-первых, цены на нефть для нас благоприятные. Некоторое напряжение бюджета (минимальный секвестр, небольшое увеличение его доходной части за счет сборов или заимствований, в том числе на внутреннем рынке), видимо, позволит пройти 2003 год.

Во-вторых, с переговорами о реструктуризации долга к 2003 году мы все равно опоздали. Начавшись сейчас, даже при доброй воле всех сторон они не завершатся к сроку.

В-третьих, надо иметь в виду, что переговоры будут теперь касаться только долга Парижскому клубу, это примерно $40 млрд, тогда как по еврооблигациям РФ мы должны не меньшую сумму, а они реструктуризации не подлежат.

В-четвертых, интерес к реструктуризации долга после 2003 года значительно упадет. Суммы платежей, кроме пика в 2005 году, не будут превышать $12—13 млрд в год. Общий размер внешнего долга снизится в 2004 году примерно до $110 млрд. Можно также надеяться, что условия для заимствований России на международных рынках начнут улучшаться. Поэтому появятся, видимо, варианты рефинансирования долга на приемлемых условиях.

По расчетам ЭЭГ, налоговая нагрузка (доходы бюджета так называемого расширенного правительства в процентах к ВВП) сократится с 37% в 2000 году до 35,3% в 2002 году в оптимистическом варианте и до 33,9% — в пессимистическом. Еще 1% с данных цифр нужно отнять в прогнозах на 2003 год вне зависимости от вариантов. Если это произойдет, то важное условие подъема экономики на основе частной инициативы будет продолжать выполняться, хотя и не в тех масштабах, в каких хотелось бы. При этом оптимальная для условий России налоговая нагрузка не должна превышать 30—32% ВВП.